Бегство Кащея было несомненной потерей. Но чародей был убежден, что союзником Белояра тот все равно не станет. Кащей всегда держался сам по себе. Так будет и на этот раз. Такие как он не меняются веками. Заполучив «яйцо», Кащей наверняка уберется в свое логово зализывать раны.

Ну, может быть, поможет расколдовать камни на заставах, но даже если отправится туда прямо сейчас, пройдет немало времени. Вот и все. Больше он ничем не сможет навредить, да ведь он и не знает ничего о дальнейших планах Драги. Ну, а высказанные идеи мирового господства не вынашивает только ленивый.

Да и что, собственно, выиграл Белояр, помимо освобождения Кащея? Душа великого князя по-прежнему в плену, а установить местонахождение пещеры за то короткое время, что был открыт портал, просто невозможно. И у Драги остается достаточно времени, чтобы ввести в игру свое главное орудие – князя.

А сейчас…

Драга проговорил заклятие и вскоре под его тяжелым взглядом съежился старик-полевик, не зная в какую щель забиться. Да и не было здесь щелей. Один лишь каменный пол, холод которого пробирал полевика до костей.

– Как ты посмел не выполнить мой приказ?

Полевик затрясся от страха.

– Да я же не по умыслу, повелитель. Я же по скудоумию своему. Я же целыми днями на солнце, – забормотал полевик. – Оно же печет и печет, печет и печет. Вот уже и все волосы выгорели.

Не поднимая глаз от пола, он приподнял копну своих выцветших волос. Чародей промолчал, он еще не придумал, что сделать с этим жалким существом, не сообщившим о предательстве Кащея.

– Я же поначалу все сделал, как ты велел, хозяин. Проследил как прилетел Кащей, как обратил богатырей в камень. Он и меня хотел того, в камень. Как зыркнул-то глазищами, так я чуть и не помер. Чудом я живой остался, но страху-то натерпелся!

Драга слушал его, в очередной раз убеждаясь сколь глупы эти Древние и сколь беспечны. У них не было и не могло быть никакого будущего. Люди уничтожат их рано или поздно, и никто их не спасет, да и не сможет спасти.

– Камень есть камень, куда он денется? – продолжал разглагольствовать полевик. – Ну я и пошел братишку-то мово проведать. Да и отлучился-то я всего ничего, а когда возвернулся, глядь, а каменюк-то этих и нет! Вот я испужался!..

– Почему ты, жалкий червяк, сразу же не сообщил мне об этом? – рявкнул Драга.

– Хотел я, очень хотел! Я даже пошел к братишке-то, и говорю ему, так и так, мол, были камни и нет камней. Я же не виноват, что заставу построили на моем поле. Вот у братишки-то поле как поле, деревня рядом, люди как люди, обычные.