Вход отыскался там, куда и указывал Змиулан. Огромная дыра под корнями огромного столетнего бука привела в пещеру, пол которой усеивали кости самых разнообразных существ. Преобладали человеческие, но было немало и костей домашних животных, в основном коров и лошадей. Попадались и останки диких – медведей, кабанов, оленей. Все кости сверкали белизной, даже совсем свежие были уже тщательно обглоданы. А в дальнем углу пещеры зиял черный провал, похожий на раскрытую пасть чудовища.

– Это и есть и логово горгонии? – голос Висты дрогнул.

– Не думаю, тут не так уж много останков, – ответил Ладомир. – Сдается мне, их накидали здесь для того, чтобы пугать случайных прохожих.

Виста присела возле человеческого черепа, огромного, толстого, похоже, принадлежавшего какому-то могучему витязю.

– Но это она их сожрала?

– Откуда мне знать? – пожал плечами Ладомир. – О горгониях уже давно ничего не было слышно. Слухи ходят разнообразные, порой совершенно нелепые.

Виста ощупала гладкую поверхность черепа.

– Этот совсем свежий. Но его так тщательно обглодали. Неужто это горгония? Но как же у нее так получается? – в ее голосе было больше любопытства нежели страха.

– Говорят, что горгония впрыскивает в тело своих жертв особый яд, из-за которого мясо само отстает от костей. Хотя другие говорят, что кости так обгладывают змеи, что у горгонии вместо волос, – встретив испуганный взгляд девушки, витязь виновато развел руками. – Я ж говорю, что только не болтают. Разве можно такому верить?

– Чернобог тебя раздери с твоими баснями! – ругнулся Лютый. – Зачем ты это рассказываешь? У меня и так поджилки трясутся, без твоих сказок!

– Теперь я припоминаю, – Виста задумалась. – Я что-то слышала про этих тварей. Вроде как они превращают людей в камень одним взглядом, как василиск?

– Ну это точно сказки, – уверенно ответил Ладомир. – Зачем им это? Жрать они тогда что будут? Камни, что ли? А василиск животное мирное, травоядное, в общем-то. Когда мяса налопается…

Он подошел к провалу, посветил факелом и шагнул вовнутрь, всем своим видом внушая уверенность и решительность. Повертел головой, осматриваясь. Проход был на удивление просторный, и по нему свободно могли проехать два всадника.

– Опять нам в подземелье, – проворчал Ладомир и покосился на Висту.

– Чего ты на меня уставился? – смутилась она.

После случая со Змиуланом, после крепких и горячих объятий Ладомира, Виста чувствовала себя не в своей тарелке. Она не знала, как ей теперь относиться к витязю. Было бы глупо отрицать чувства, возникшие между ними, но…