– Ступай к князю, скажи, что витязь Ладомир скоро будет, – приказала воеводе Виста.

Воевода нахмурился, чуть ли не заскрипел зубами, но кое-как пересилил себя и скрылся в тереме.

Виста же шагнула к витязю и широко ему улыбнулась.

– Ну, здравствуй, Ладомир.

Витязь похолодел. Если мгновение назад он готов был заключить ее в объятия, но теперь лишь буравил ее расширенными от удивления глазами, пытаясь понять, что с ней не так. Потому что Виста не могла так улыбаться. Ее улыбка могла быть приветливой, могла быть насмешливой, могла быть даже злорадной… Но такой, какая сейчас стыла на ее надменном лице, она быть никак не могла!

Так и не дождавшись никаких слов от витязя, Виста нахмурилась, пожала плечами и двинулась в дом.

– Следуй за мной, – бросила она.

Она не оглядывалась, уверенная, что витязь идет следом. И витязь, растерянный и подавленный, действительно пошел за ней.

Ладомир не знал что и подумать. И уж тем более – что нужно делать. Он рвался сюда чтобы спасти Висту, но ему и в голову не приходило, что, возможно, ее и не нужно спасать.

Может быть это не Виста? Она выглядела как Виста, она одевалась как Виста, да и голос ее был как у Висты. Но… Ее взгляд, ее улыбка – они были совершенно чужими!

И еще какое-то странное чувство, как будто между ним и Вистой разверзлась пропасть. Как будто между ними никогда и ничего не было, как будто Виста превратилась в другого человека за эти две недели!

Ладомир сжал челюсти. Неужели Драга что-то с ней сделал?

После нескольких длинных переходов они остановились возле двери, охраняемой парой могучих гридней, облитых сверкающим железом по самые уши. Виста смерила витязя оценивающим взглядом, словно проверяла, не накинется ли он голодным зверем на князя, удовлетворенно кивнула.

– Ступай, князь давно ждет тебя.

– Виста! – не смог сдержаться Ладомир. – Ты ли это?

– Ни о чем не беспокойся, – она лукаво подмигнула. – Скоро сам все узнаешь. А пока ступай, князь ждет тебя.

Она отступила в сторону, и Ладомир решительно толкнул дверь. И сразу же увидел князя. Высокий, стройный, седовласый, с мужественным лицом, с глубоко посажеными глазами, он производил самое благоприятное впечатление. И, сколько Ладомир ни всматривался в его лицо, узнать в нем чародея он так и не смог.

– Признайся, витязь, зачем же ты ворвался в мой дом? Переполошил всю дружину, воевода вон пыхтит от злости да искрится, того и гляди дом запалит. Из-за чего столько шума? И стоило ли вламываться аки злобный печенег? Разве отказал бы я принять дружинника великого князя? – спокойно спросил Драга.