– Откуда ты знаешь, что я дружинник Владимира? – витязь окинул князя подозрительным взглядом.

– Поблагодари Висту за то. Она тебя вовремя признала, – усмехнулся князь. – А то не сносить бы тебе буйной головушки.

– И давно она… здесь? – требовательно спросил Ладомир, поражаясь своей наглости.

– Ах, вот в чем дело, – суровые складки на лице князя несколько разгладились. – Теперь я понимаю. Ты приехал за ней. Я понимаю, любовь легко лишает разума и мудрецов, не то что… Ну, коли так, я прощаю тебе, витязь, твою дерзость. И приглашаю разделить со мной обед. Ну, а пока готовят стол, думаю, тебе не помешает попариться с дороги, не так ли? Ступай, Виста распорядится.

Ладомир машинально кивнул, даже направился к двери, прежде чем сообразил, что князь так и не ответил на вопрос. Он резко обернулся и наткнулся на улыбающееся лицо Драги.

– Я понимаю твои чувства, – сочувственно заметил князь. – И из уважения к ним отвечу. Виста приехала сюда недавно, сразу после моего выздоровления. Так случилось, что мы встретились. А ведь тебе, наверное, как никому известно, что сердцу нельзя приказать. Теперь сам видишь, какое положение она занимает в этом доме, – он виновато развел руками. – И надеюсь, вскоре она станет моей женой.

Витязю показалось, что на него обрушились потолочные балки. Потемнело в глазах, перехватило дыхание, а ноги стали как ватные. Он с трудом взял себя в руки, медленно развернулся и двинулся к выходу.

2

Теперь-то витязь понимал, что стояло за возникшей между ним и Вистой отчужденностью. И ни жаркая баня, ни отчаянные усилия молодых и сочных девок, разминавших его мышцы, закостеневшие после целого дня в седле, так и не вернули хорошего расположения духа. Уже одеваясь в свежее платье, он вдруг цепко ухватил девку за плечо, грубо привлек к себе. Та радостно заулыбалась, с надеждой прильнула к нему всем телом, но ее поджидало жестокое разочарование – его интересовало лишь расположение покоев Висты. Обиженным голосом девка ответила на все вопросы, и ушла, возмущенно вихляя задом.

На обед витязь пришел хмурый и сосредоточенный. Ел, кидая в рот все, что стояло рядом, не ощущая ни вкуса, ни запаха, и старался не смотреть в сторону Висты.

– Стольный град очень далек от нас, Ладомир, – заметил князь. – Поэтому мы всегда рады любым гостям из Киева. Надеюсь, ты поведаешь нам новости, да расскажешь о подвигах своих славных, кои, несомненно, приключились с тобой в пути.

– Я в затруднении, князь. Я скакал весь день и сейчас с трудом ворочаю языком. Ты уж прости меня, но, может быть, я завтра смогу потешить твое любопытство? – витязь с трудом сдерживался от резких слов.