Руки кушанца упали на рукояти с широкой гардой, похожие на сабельные,

но это были не сабли. Кушанец сорвал их с пояса и в воздухе зашелестели пара пятихвостых плетей. Каждый хвост представлял собой тонкую и длинную стальную ленту.

Невдалеке встревожено обернулась Каска. Нахмурился Джедо, за время работы в цирке какого только оружия он не перевидал, но такого…

— Ножи-молнии! — воскликнул кушанец. — Каждая из этих лент острее бритвы и у каждой — своя траектория! Они быстры и смертоносны как молнии! Попробуй-ка увернись!

— Начинай! — усмехнулся Гатс.

Плети щелкнули, весь десяток лент устремился к Гатсу, и Каска испугано вскрикнула. Гатс отпрыгнул в сторону и с удивлением покосился на разорванный во многих местах плащ, на несколько порезов, появившихся на лице и руке.

— У тебя хорошая реакция, — похвалил кушанец. — Но как долго ты сможешь уворачиваться? Рано или поздно они порвут тебя на части!

Гатс криво усмехнулся и слизнул кровь, стекающую по щеке.

Уложив очередного противника, из толпы рыцарей выпрыгнул Джедо, хватаясь за метательные ножи.

— Назад, Джедо!! — крикнула Каска. — Забудь об этом парне! Возглавь третий и четвертый отряд!

— Но…

— Выполняй приказ!

В ее словах Джедо отчетливо услышал непонятную злость, но р азмышлять было некогда, и он метнулся в бой.

«Гатс не нуждается в помощи! — сказала себе Каска, обрушивая меч на очередного рыцаря. — Когда у него такой взгляд, ему бесполезно протягивать руку помощи!!»

— Сдавайся! — торжествующе кричал кушанец.

Уходя от стальных плетей, Гатс носился по поляне как угорелый. Пожалуй, никогда раньше ему не приходилось проявлять подобную резвость. Но другого выхода не было. Ножи-молнии били быстро и непредсказуемо.

Несколько раз Гатс пробовал приблизиться к врагу, но тогда удары становились настолько плотными, что ему оставалось только отступить.

В том, что это оружие представляет серьезную опасность Гатс убедился когда из толпы сражающихся ненароком вылетел один из рыцарей. Гатс пробежал за его спиной, и «ножи-молнии» обрушились на рыцаря. В глазах его плеснулся ужас, он закричал от дикой боли, затем чавкнуло и его голова взорвалась кровавыми брызгами.

Кушанец остановился и плети закружились вокруг него, как рой рассерженных пчел.

— Я удивлен! — сказал он. — Не ожидал, что найдется кто-нибудь, кто сможет так долго избегать моих ударов!