— Командир!

К Гатсу подошел Гастон в сопровождении рейдеров.

— Парни, когда вы наконец закончите эти серьезные разговоры? — возмутился Гастон. — Давайте лучше выпьем!

— А как ты здесь, Гастон? — спросил Гатс. — Что произошло с твоей лавкой?

— Это я называю возвращением домой! — улыбнулся Гастон. — Когда я услышал о том, что случилось с Ястребами, я не смог усидеть на месте.

Рейдеры окружили Гатса и почти силой поволокли к своему костру. Джедо едва успел ухватить его за ухо.

— Подожди, Гатс, ты кое-что забыл, — сказал Джедо.

— Что еще? — нахмурился Гатс.

Джедо подтянул его за ухо поближе.

— Я говорю о Каске, — тихо сказал он. — Год назад, когда нас окружили королевские войска, она была тяжело ранена. Несколько дней она была на грани жизни и смерти. Все это время, в бреду, она звала Гриффиса и… тебя.

Гатс повернулся в сторону Каски и тотчас налетел на ее взгляд. На лице девушки мелькнуло странное выражение. Какая-то смесь удивления пополам с чем-то еще, чего Гатс не смог понять. А может просто не успел, потому что заметив, что он смотрит на нее, Каска резко отвернулась.

— Мы знаем, как тяжело ей далось все это, — продолжал Джедо. — Тем более, что она всегда старалась нести все на собственных плечах. Я бы советовал тебе, Гатс, подумать, как уменьшить ее ношу.

Стояла глубокая ночь. Рейдеры, впрочем, как и все Ястребы давно уже крепко спали. Бодрствовал один лишь Гатс. Несмотря на изрядное количество выпитого, он оставался совершенно трезв.

Рядом хрустнула ветка, но Гатс едва повернул голову. Он знал, кто это.

— Ты… Пойдем со мной, — уронила Каска и, не дожидаясь ответа, направилась в лес.

Они шли довольно долго, но Гатсу было все равно куда и зачем они идут. За весь день, что он пробыл среди Ястребов, они не разу не поговорили, и даже близко не подошли друг к другу. Но сейчас, когда Каска находилась в двух шагах, Гатс испытал необыкновенное умиротворение.

И именно сейчас он вдруг понял кое-что. То, что Джедо пытался осторожно втолковать ему еще год назад, и отчего он отбрыкивался как полный дурак. То, что весь прошедший год смутно беспокоило его и что заставило его вернуться в Мидланд.

Вряд ли Гатс мог объяснить это словами, но он и не нуждался в объяснениях. Он вообще больше ни о чем не думал. Он просто шел за Каской, на душе было тихо и спокойно, и он готов был идти так до бесконечности.

Впереди зашумел водопад, деревья расступились и они выбрались на небольшую прогалину. Небо над лесом посерело, на востоке окрасилось алым, и темная масса падающей воды стала светлеть, рассыпаясь блестками. Под обрывом кипела вода, скручиваясь тугими узлами, из пены выглядывали острые камни.