Гатс аккуратно вытер ее слезы, его губы коснулись ее волос, ласково скользнули по лицу. Каска расслабилась, из-под закрытых век блеснули последние слезинки и, не отрывая глаз, она потянулась к его губам. Гатс вскинул брови, все это с трудом укладывалось в его сознание, минуту назад она едва не убила его, а сейчас…

Он мягко тронул ее подбородок и Каска распахнула глаза. Взгляды их соединились, а затем их губы потянулись друг к другу.

— Твой уход стал первой потерей для Гриффиса, — шептала она. — А ты даже не повернулся. И я наконец поняла. Поняла то, что не хотела признавать все эти годы, с момента первой встречи с Гриффисом. Я поняла, что мои чувства были совершенно пусты. Я так боялась этого, и потому сражалась, пытаясь доказать себе, что хочу отдать за него жизнь. И я гордилась этим…

Они смотрели друг другу в глаза и не могли оторваться, они даже не заметили, как оказались на земле уже без одежды. Тогда только Каска отвела взгляд и прижала к груди руки.

— Почему ты дрожишь? — спросил он. — Ты боишься?

— Мне страшно. Во мне что-то меняется, прямо сейчас, когда я оказалась с тобой… Те чувства, ради которых я сражалась, теперь они кажутся такой фальшивкой… Все то, что казалось мне важным до этого дня, все это исчезает.

Ее глаза заблестели, и она закрыла лицо ладонями.

— Я просто дешевка и дрянь, — прошептала она.

Ласковые пальцы Гатса пробежали по ее телу, мягко касаясь белесых звездообразных шрамов, резко выделявших на смуглой коже.

— Эти шрамы от стрел… Это было в тот день, год назад? Их так много…

Каска порывисто поднялась и закрылась руками.

— Ты не должна их стесняться, — заметил Гатс. — Это украшение любого воина!

— Я… — губы ее задрожали. — Я, между прочим, женщина…

— Понятное дело, — он пожал плечами. — Ты очень сильная и ловкая женщина! Я знал это с самого начала. Не всякий мужчина способен выдержать это… Но, знаешь старое воинское правило? Если ты будешь все время думать о поражении, о гибели, смерть и впрямь появится и останется с тобой… Так вот, сейчас она стоит прямо здесь!

Гатс притянул девушку к себе и тихо сказал:

— Не думай обо всех этих глупостях! Почувствуй свою жизнь и живи, вот и все. Поверь мне…

Она заглянула ему в глаза. «Мои чувства к этому парню, — подумала она. — Это не фальшивка».

Им было хорошо вместе. Впервые за много лет. Двое одиноких людей, выросших на войне и никогда не знавших ничего, кроме войны. Броня недоверия и страха, нараставшая годами, трещала по швам. И с каждой секундой, проведенной вместе, каждым поцелуем и ласковым прикосновением, их души и сердца обнажались, раскрываясь навстречу друг другу.