Взвизгнув, Селена бросилась к Роланду. Ей было горько и обидно. В памяти постоянно всплывал их разговор во дворце и Селена готова была себя проклинать. Ее взгляд то и дело вздымался к небу, в душе опять проснулась пугающее чувство обиды, но... Резкие слова так и остались запечатанными в глубине души.

Но запечатать мысли оказалось невозможно. Именно сейчас, склонившись над телом Роланда, Селена впервые в жизни задумалась о выбранном пути. И осознала, что судьбу священницы определил для нее отец. А она... Она приняла это как должное. Она просто не задумывалась о чем-то другом. Так было с самого детства. Так было, пока она не встретила Роланда...

Рядом опустился Ральф и проверил пульс.

— Эй, не нужно слез, — мягко сказал он. — Все хорошо, Роланд жив.

Селена кивнула и вытерла слезы. Карнелийца отнесли в кабину дирижабля. Селена не отходила от него ни на шаг. В памяти вихрем носились все известные лечащие заклятия, но использовать их на Роланде, который явно находился под чарами, она так и не решилась.

— Селена, что будем делать с останками Нечистого? — прервал ее размышления Ральф. — Может отколоть кусочек? Иначе вернемся с пустыми руками.

— Как хочешь, Ральф. Но там нет ни капли магии.

Ральф поскреб затылок.

— Между прочим, из этих костей можно изготовить оружие или доспехи, получится получше стали. Оружейники могут отвалить кучу денег.

— Поступай как считаешь нужным, — ответила Селена.

— Ну, тогда... — Ральф посмотрел на Мару. — Пойдем?

Мара счастливо закивала и, взявшись за руки, они покинули корабль. Проследив за ними взглядом, Брен покачал головой.

— Удивительная парочка. Инур-полукровка и магичка с мозгами ребенка. Честно говоря, с трудом верится, что это она прогнала того безумного карнелийца, как там его звали, Ингельд, кажется?

2

Секира Ральфа с трудом рубила костяной остов. Прежде чем инур сумел вырубить хоть одно ребрышко, далеко не самое толстое, он взмок от пота.

Тяжело дыша, инур присел на землю рядом с Марой.

— Ральфи! — тихонько позвала его девушка.

— Я же просил тебя не называть меня Ральфи! — проворчал Ральф. — Меня зовут Ральф! Что я тебе, щенок малолетний?

— Прости, Ральфи, — Мара вздохнула. — Можно тебя спросить?