– Если ты смущаешься, я подберу тебе что-нибудь другое. – Мореника выглянула из-за её спины.

Ольжана смущалась, но отрицательно качнула головой.

– Нет, не стоит.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – Ладони Мореники легли на её щёки и повернули голову набок. Ольжана сидела на пуфе, поэтому Моренике не пришлось к ней тянуться – наоборот, она изящно наклонилась, и в её кудрях звякнули золотые украшения.

Ольжана смущалась и от этих тачератских прикосновений. Лале говорил, что местные, не то что северяне, охотнее хватали друг друга за руки, жестикулировали и обнимались, и Ольжана сполна в этом убедилась.

– Да так… – Ольжана облизнула губы. В конце концов, почему бы ей не признаться? – Переживаю, как бы в Тачерату не заявилось чудовище.

– О, дорогая. – Мореника погладила её по плечу. – Никто сегодня не заявится. Я уверена, пан Авро всё предусмотрел.

Ольжана нахмурилась. Неужели она не знала? Мог ли догадаться Лале – и не догадаться она?.. Но Мореника выглядела беспечной, весёлой и такой празднично-красивой, что резало глаза. Часть своих кудрей она заплела в косы и украсила красными лентами. Платье её было похоже на Ольжанино – с жёстким корсажем и гладкими пышными юбками, только алыми, как румянец. Вырез был ещё глубже, а юбки – короче, до середины голени. Тёмная кожа оттеняла пылающее золото: тяжёлые серьги, круглые браслеты…

Шею и запястья Ольжаны Мореника оплела целомудренным жемчугом. Наверное, подумала Ольжана, Мореника знала, что делала, и не будь она такой деревянной, то выглядела бы прелестно – но что с неё взять?

Её глаза в отражении встретились с глазами Мореники.

– Ты так добра ко мне, – заметила Ольжана. И добавила про себя: «Даже слишком».

Мореника усмехнулась.

– Глупости. – Подмигнула. – Ты наша гостья, и я обязана позаботиться о тебе. А теперь смотри.

С проворством фокусницы она вытащила из-за пазухи полумаску, положила её Ольжане на колени.

– Без масок к нам не ходят, – сказала строго. – У нас всё же не просто карнавал, а маскарад. И это – твоя. Я выбрала её на свой вкус, но если захочешь – поменяю на любую другую, какую пожелаешь.

Полумаска – белая, с россыпью жёлтых звёзд и пурпурной луной – чудно подходила к её наряду. Ольжана взвесила её в ладонях.

– Тяжёлая.

– Колдовская кожа всегда тяжела. – Мореника присела на край туалетного столика. – Чего удивляешься? Да, это колдовская кожа. – (Ольжана недоверчиво постучала по лбу – напоминало крашеную обожжённую глину.) – Она бывает разной. Чары для этих масок вызревают полгода. И ещё полгода мы лепим их для тачератцев. Мы заклинаем их так, чтобы в карнавальную ночь эти маски сумели носить и обыкновенные горожане. Так что сегодня необязательно быть чародеем Двора Лиц, чтобы почувствовать себя кем-то другим.