– Хорошо, не буду, не переживай так. Мы одни, нас никто не слышит. Так вот, ты думаешь, брак Нинель – случайность, однако я уверен – это результат твоего труда.

– И всё равно, сватовство – это не моё. Нет, не спорь! Я не могу больше позволить себе вмешиваться в дела высших сил. Пусть судьба сама подсказывает, где и кого искать нашим дочерям.

– Тем более что пристроить осталось только четверых, и начинать нужно только через несколько лет.

– Никогда!

Максимилиан кивнул.

– Я не против. Наше главное дело – не дать наделать им глупости, а счастье… счастье пусть ищут сами.

Потом они стояли обнявшись и любовались своими дочерями, особенно Яу, ведь это был её главный день. Свадьба под неотрывным и пристальным вниманием тысяч камер, сотен тысяч любопытных людских глаз, среди которых немало весьма недовольных.

Но теперь Яу знает, что семья всегда рядом. И бегать есть смысл… только если он хочет догонять.

Эпилог

Эпилог

Ежегодный приём владельцы корпорации Трёх планет устроили на острове с субтропическим климатом, который арендовали для этой цели на две недели вместе со зданиями гостиниц и персоналом.

Гости, как обычно, прибыли заранее.

Главный праздничный бал, изюминка всего собрания начался на третий день.

Было приглашено столько народу, что казалось, на острова перебрался весь город. По крайне мере, хотя бы одному из семейства Тенявцевых был знаком каждый встречный. Если это были не соседи и родственники, то деловые партнёры Максимилиана, или господина Бослонцева, или туристы, хорошо запомнившие Панкрата, или просто светские люди, то и дело встречающиеся друг с другом на одних и тех же приёмах.

Бал был в разгаре, и никто не посмел бы упрекнуть его устроителей в отсутствии умения проявить размах и продемонстрировать роскошь.

Уже в сумерках Мария и Нинель вышли из душного зала, чтобы немного освежиться. Последняя явно находилась в интересном положении, и главным свидетельством тому факту был вовсе не живот, который ещё вполне умещался в обычное платье, а изменение вкуса. В последние недели Нинель на дух не переносила сладости. Господин Бослонцев прибывал от этого в панике и даже хотел поселить Нинель в больницу под постоянное наблюдение. С большим трудом Виоле и Максимилиану удалось удержать старшего зятя от необдуманных поступков.

И вот обе оказались на свежем воздухе, подальше от толпы и от столов, которые буквально ломились от всяческих сладостей.

– Сядем тут, – постановила Нинель, выбирая удобные садовые качели и устраиваясь на полосатом сидении. – Я уже устала.

– Да, танцевать больше нет никаких сил.