– Ты силен, Хаджар Дархан, – произнес офицер Солнцеликого. – может сильнее большинства, кого я знал. Но тебе не хватает опыта настоящих битв, а не игр возни среди практикующих.

Взгляд Туркута потяжелел. Вихрь белой энергии взмыл и закружил вокруг его фигуры. Исчезло золотое сияние вокруг сабли. Оно сменилось алым, кровавым светом.

– Багровый закат, – произнес воин.

Он взмахнул саблей, делая рубящий удар. Со свистом сабля рассекла воздух, а следом за ней, будто пяти метровый, акулий плавник, сквозь песок к Хадажру устремился красный серп.

Хаджар, используя половину оставшегося запаса, применил защитную стойку. Поток ветра ударил по серпу. Он замедлил его продвижение, уменьшил размер до метра, но не смог остановить.

Глубокая, алая полоса рассчертила грудь Хаджару. Кровь дождем пролилась на песок.

Хаджар упал на одно колено. Хрипя и дрожа, он держался за воткнутый в землю меч. Его единственную опору. Кружилась голова, а звуки затихли, к ак если бы песчаное облако, окружавшее сражавшихся, превратилось в болото.

– Закончим, Хаджар Дархан.

Туркут выписал саблей восьмерку и произнес:

– Ветер багрового заката.

На этот раз он выполнил сразу четыре рубящих удара, порождая в четыре раза больше алых серпов-плавников. Против такого натиска не было шанса у многих Небесных Солдат Средней Стадии, не то что – у практикующего.

Так что внезапная вспышка черной энергии, окутавшей противника, и свет его синих глаз, неожиданно ставших мало похожими на человеческие, изрядно напрягла Туркута.

Когда же простой охранник каравана поднялся, окутанный черным плащом, сотканным из ветра и тумана, Туркут понял, что битва еще далека от завершения.

Глава 327

Глава 327

Увидев перед собой четыре алых полумесяца, Хаджар понял, что справился с ними исключительно использовав полный запас энергии. Увы, у него не оставалось и половины. Так, что как бы ему не противилось использовать недавно полученный козырь в первой же битве – выбора, особого, не было.

Как и учил Травес, Хаджар мысленно опустился на “дно” сознания. Там он обнаружил небольшого, размером с обручальный браслет, черного с синими узорами дракона. Он, свернувшись клубочком на манер котенка, спал, дрейфуя среди пустоты. Хаджар потянулся к нему, будто пытаясь погладить.

Дракончик встрепенулся, улыбнулся беззубой улыбкой и, взвившись лентой, “нырнул” в грудь Хаджару. Все это заняло меньше, чем требуется человеку, чтобы “скомандовать” руке шевелится.

В реальности Хаджар ощутил, как вскипело его драконье сердце, как нагрелась татуировка, оставленная после испытания. Сказать, что у него открылось второе дыхание, значит сильно приуменьшить эффект, произведенный зовом. Хаджар словно заново родился.