Рядом их окружали полноправные ученики. В количестве нескольких сотен, они разделились в своих предпочтениях. Кто-то отчаянно болел за Диноса (видимо набивались в слуги Хищным Клинкам), другие поддерживали Эйнена.

Тоже, причем, скорее из солидарности, нежели из симпатии. Все же не каждый день представитель списка Крепкой Земли (Эйнен находился на одна тысяча пятьсот сорок третьей строчке) бился с кем-то из списка Нефритового Облака (Том Динос занимал строчку во второй сотне. Весьма высокий показатель).

А вот кто действительно болел, от всего сердца, именно за Эйнена, так это ученики внешнего круга. В этом поколении лишь двое, кто когда-то носил серебряный медальон, смогли получить золотой.

И одним из этих двоих как раз таки был островитянин.

Ну и поскольку учеников внешнего круга, по традиции, присутствовало абсолютное большинство – около двух тысяч, то создавалось впечатление, что трибуны болели исключительно за Эйнена.

– Как ты можешь быть таким спокойным, Хаджар?! – Дора, которая при обсуждении надвигающейся угрозы в виде войны, сохраняла решимость и спокойствие, достойные опытного воина, с самого утра не могла найти себе места. – Твой друг, единственный друг, отправляется на верную гибель, а ты сидишь и ничего не делаешь!

Хаджар не стал уточнять, что по сути он ничего сделать-то и не мог. Лысый принял вызов, что было запечатлено в их с Томом медальонах. Откажись он сейчас от поединка, по своей воле или нет, и все – до свидания школа Святого Неба.

А с таким клеймом бесчестия не примет в свои ряды ни одна другая школа. Даже какая-нибудь захудалая на самой границе центрального округа Империи.

Все же честь среди адептов ценилась прежде всего.

К тому же, все что мог, Хаджар уже сделал. Целую ночь он выступал в роли бойцовского манекена для своего друга. В итоге они разработали тактику, при помощи которой Эйнен имел некоторые шансы на победу.

С самого рассвета, используя прошлый опыт, они устроили очередной тотализатор и на этот раз собрали сумму, намного большую, нежели на свой экзамен.

Сейчас, на жетоне Хаджара “лежало” почти триста тысяч очков Славы. И, если Эйнен одержит победу, то им с Хаджаром перепадет примерно сорок тысяч. Тридцать заберет островитянин, десять Хаджар.

Он и так считал, что лысый хочет скинуть ему слишком большую сумму за дело, которое сделает в одиночку, но порой спорить с Эйненом было бесполезно.

– Анис, а…

– Успокойся Дора, – девушка погладила подругу по руке. – Том не станет убивать твоего друга. Поверь мне – все будет хорошо.

Хаджар с подозрением посмотрел на Анис. Та опять спрятала взгляд.