- И случилось, - произнес мягкий, незнакомый голос с той стороны, куда он не мог повернуть голову. - Это были мы. Мы случились.

И тут напряжение покидает Кейна и утекает без следа. - Крис. Черт, как приятно свидеться.

Когда Крис вступает в поле зрения Дункана, он кажется человеком с лицом фея; одет он лишь в простую рубаху и штаны из белого льна. На нем нет обуви и не видно оружия, и платиновые волосы свободно качаются, покрывая спину. - Хэри. Слишком давно не встречались.

Дункан думает, тая обиду даже от себя, что Крис может называть сына Хэри, не получая мечом в грудь.

Кейн заключает его в объятия, отпускает и оглядывает с головы до пят, улыбаясь. Удивительно, но он кажется искренне счастливым. - Да, слишком давно и так чертовски недавно. Так что, ты прятался?

- Некоторым образом. Были небольшие проблемы с культом смерти, а твой Зов звучит и видится и чувствуется так, словно ты не всерьез. Особенно когда я пришел и нахожу тебя рядом с человеком, у которого черный меч торчит из сердца.

Кейн кивает. - Делианн Митондионн, знакомься. Дункан Майклсон.

- Дункан Майклсон, - произносит Крис задумчиво. Приседает справа от Дункана и протягивает руку. - Мне сказали, вы мертвы.

- Мне тоже так говорили, - отвечает Дункан и трясет руку. - Делианн Митондион... погодите, вы Принц-подменыш?

- Был. Откуда вы услышали это имя?

Дункан улыбается: - У меня было слишком много времени и ничего в руках, кроме сетевой читалки. Просматривал истории о выдающихся туземцах.

- Когда были в Бьюке. Хэри мне рассказал.

- Итак, Принц-подменыш не был подменышем, просто актером?

- Я рожден на Земле, но не был актером. Никогда.

Кейн вмешивается: - А это лошадиная ведьма.

- Ах. Очень приятно.

- Спасибо. Он хорошо о тебе отзывается и думает, что ты еще лучше всех его слов. И не хочет упоминать, что узнал: Божьи Глаза следят за ним.

- О, ради всего дрянного, - восклицает Кейн. - Теперь они удвоят усилия.

- Но мы видим лучше.

- Э, ну... хорошо. Я вижу лучше. Не впутывайся.