– А я про тебя вот что скажу, – он сунул руки в карманы толстовки. – Во-первых, Элис не твое настоящее имя.

Софи окаменела.

– Тебе оно не нравится, это сразу видно. На двадцать четыре ты не выглядишь. Дальше – ты не жила тут в Сландене. Про бункер на горе, что я спросил – вранье. Нет там никакого бункера. Просто проверил тебя. Вывод – живешь под чужими документами.

Сердце Софи глухо заколотилось от страха. Боже мой, боже… Какая она дура, так просто выдала себя!

– Дальше, для официантки ты слишком образована. Ты училась на какую-то бумажную специальность, не на швею. Много знаешь про историю города. Полагаю, подготовилась, чтобы тут жить и сойти за свою. Бегаешь, не глядя по сторонам, так же и работаешь. Я еще месяц назад заходил в ваше кафе – ты меня даже не узнала. А сейчас вдруг узнала. Делаем выводы – ты скрываешься после какого-то знатного дерма в жизни, пытаясь выкарабкаться и начать заново.

Софи стояла, затаив дыхание, стараясь изобразить на лице недоумение.

– Ну? Угадал?

Она молчала.

– Чтобы ты понимала – меня это не пугает. Мне все равно, что там с тобой было раньше.

– Это сейчас не пугает, – тихо сказала Софи.

– Я не из робких. И тоже не простой. Есть свои тараканы и заскоки. Так что, пробуем или как?

Софи стояла и хлопала глазами.

– А… Ты меня немного ошарашил, – призналась она. – И это все не так. Про имя и документы и…

– Не собираюсь я никому тебя сдавать, если ты к этому ведешь. – Раф пожал плечами. – Ну что там может быть, чтобы меня удивить? Наркота? Бывший муж? Защита свидетелей?

Софи сглотнула.

– Извини, мне… Я лучше пойду.

– Ладно. Понял, – сказал он, кивнул и пошел прочь. Так просто, словно ему и правда было все равно.

Три дня Софи не ходила бегать. Потом пошла в другой парк. С ужасом она ждала, что в ее дверь постучит полиция, но ничего не произошло. На пятый день она отважилась и пошла туда, где бегала обычно.

Раф привычно наматывал круги по широкой дорожке. Увидел ее и подошел.