Маша недовольно посмотрела на подругу. Наверняка она имела в виду Вана. Если бы она знала, что он недавно спас ей жизнь, как бы тогда относилась к колдуну? Однако Маша чувствовала, что пока об этом не стоит никому рассказывать. Даже сам Ван поспешил исчезнуть, пока Игорь и Ольга не очнулись.

Очнулись…

Маша посмотрела на лежавшее без сознания чудовище.

— Нам надо уходить отсюда, — сказала она друзьям. — Лихо может вот-вот прийти в себя.

Все согласно закивали.

— Нам туда, — указал Елисей в сторону, откуда на поляну пришли Маша и Ольга. — Иногда я буду подниматься в небо, чтобы свериться с дорогой. Если нам снова никто не помешает, — он с опаской глянул на Лихо, — то к утру мы выберемся из леса.

— Даже без лошадей? — поинтересовался Арсений.

— Даже без них.

Маша вспомнила, как от страха перед чудищем бросила лошадь, а сама спряталась в кустах. Напуганное животное, скорее всего, убежало в лесную чащу. Вспомнив о костях, которые валялись по всему лесу и хрустели под копытами лошадей, девушку передернуло. Куда делось второе животное, Маша спрашивать не стала.

Покидая поляну, где жило Лихо, Маша несколько раз оборачивалась и смотрела на примятую и почерневшую от электрических разрядов Вана траву. Удивительно, что никто не заметил этих следов и не поинтересовался, откуда у Игоря взялся плащ. Видимо, все пребывали в таком шоке, что до наблюдения не было никакого дела. Что ж, для Маши и Вана это только к лучшему.

Перед глазами девушки встало бледное и исхудавшее лицо колдуна. Возможно, он все же был чем-то похож на Ивана. Например, осанкой, вздернутым подбородком, а еще манерой прищуривать глаза, когда кого-то слушает. Пожалуй, на этом сходства между ними заканчиваются. Ван уже не был тем, кем был прежде, но отголоски прошлой его сущности все еще жили внутри него. И что-то подсказывало Маше, что он не хочет терять их.

— Не понимаю, почему змей не приходит в себя? — спросила Ольга спустя несколько часов после того, как они покинули поляну.

Охотница с сомнением поглядывала на Хала, лежавшего на спине волка.

— Думаю, его чем-то одурманили, — предположил Елисей. — Видимо, опасались его змеиной сущности.

— А разве ваших сущностей не следует бояться? — спросила Маша. — Вы с Игорем — оборотни, а Арсений тоже силен.

— Я силен только на своей территории, — грустно улыбнулся Арсений. — А так я мало на что способен.

Елисей закивал, подтверждая слова лешего.

— Поэтому Арсения просто связали, а меня посадили в клетку, — от последнего слова он недовольно поморщился. — Так что превратиться обратно в человека было затруднительно.