– Повтори еще раз и быть может я уразумею, что конкретно ты имеешь в виду, – просит его "дьявол", но в следующий момент выдает скучающе. – Что не так с ее сухожильными рефлексами?
Ей надо было молчать и тупо таращиться на эскулапа, тогда бы она умылась и не стояла в этой неудобной позе. Но кто же знал?
– Дура!.. – выдыхает она себе под нос.
– Что ты сказала?
Ее лицо вновь поднимают, но Лира закусывает губу и возмущенно сопит только бы не застонать от боли в натянутых волосах. Но так надо - сначала разобраться, что это за место, а уж потом открывать свой рот.
– Отведите ее в темницы.
Он задерживает на нейсвой внимательный взгляд, а она… Ну, а что она? Лира думает, что если бы не усы, то никогда бы не запомнила такое лицо. Более того, они кажутся ей лишними. Как будто тот взял и прилепил их под своим носом-картошкой.
– Так что не так с ее рефлексами?
– Милорд, вы не понимаете, она знает, что это такое!
– Весьма!.. – раздается мне в след.
Дальнейшая часть беседы остается тайной за семью печатями. Дверь закрывается. Лира и ее конвоиры-сволочи оказываются в просторном коридоре. Коричнево-белая плитка пола стала куда больше, но перестала быть такой блестящей, отражающей все, как в медицинском блоке. Гвардейцы наконец сжалились надо ней, а может просто перестали бояться начальства, позволив выпрямиться и зашагать почти что самостоятельно.
– Увидит!
Говорит один из них позади. Она же растирает руки и отводит назад плечи. Привычка, взятая прямиком из детства, и здесь дала знать о себе. Ежедневные занятия то балетом, то гимнастикой вбили ее в Лиру намертво.
– Куда она денется?
– Гляди!
Плеча Лиры касаются, видимо желая показать ее слабость. Легкое в своем исполнении прикосновение совпало с тем, когда ее нога ступила на яркий почти малиновый ковролин, тянущейся длинной дорогой по не менее протяженному коридору. Она споткнулась и вместе с тем вскинула глаза.
– Ветер дунет и унесет!
Это замок. Нет! Дворец! Огромный, протяженный, наполненный мрамором и хрусталем, свечами и кринолином.
– Смотри, как бы не сдуло!
– Заткнись!