— А с чего ты взял, что в моей голове созрел еще один план? — я тоже с пристальным вниманием смотрел на сосредоточенного Иврина, решавшего главную задачу в своей жизни. — Кто-то шепнул?

— Да я не дурак, Игнат, — поморщился хозяин таверны. — Ты встречался с Тирой, потом сюда для встречи с королевским посланником пришел. Был у тебя, значит, разговор с дарсийцем. Возможно, и договорились…

Иврин замолчал, я а раздумывал, убивать хорошего, в общем-то, мужика, или оставить в живых, переведя разговор в область шуток.

— Язык за зубами я держать умею, — чуть торопливо, опасаясь моего ухода, заговорил хозяин «Хитрой русалки». — Век буду благодарен, если выдернешь меня с семьей отсюда. Только не говори, какие опасности нас поджидают… Когда дарсийцы начнут высаживаться на острова, живые будут мертвым завидовать. Лучше уж выйти в море, а там как судьба сложится. Какая разница, сегодня ты сдохнешь, или завтра. Но когда появляется шанс, нужно хватать его за хвост. Кстати, Бриар у себя в комнате. Новый штандарт уже готов.

— Ну ты и проныра, Иврин, — я покачал пальцем перед носом довольно осклабившегося мужика. — Считай, этого разговора не было. Но я своего слова не сказал.

— Буду ждать, — Иврин облегченно вздохнул, словно спинным мозгом почувствовав мое внутреннее согласие помочь ему.

Бриар опять дрых. Правда, без винного перегара. Заросший жесткой седоватой щетиной художник в неопрятной засаленной одежде и в драных башмаках завалился на кровать. Из полуоткрытого рта вырывалось похрапывание, а пальцы, измазанные краской, подрагивали во сне.

Я подошел к нарисованным картинам и снова полюбовался пейзажами. С последнего визита художник создал только одно полотно. Передо мной развернулась морская баталия с нависающими над водой кораблями. Горящие надстройки, пороховой дым, окутавший борта, падающие вниз люди. И мелькнувший в разрыве между облаками и пожарищами черно-зеленый штандарт.

— Болван, — не сдержался я. — Этот уникум предвидит будущее, что ли, дьявол его забери!

— Есть такой грешок, — прокашлялся за моей спиной проснувшийся Бриар. — Как будто кто-то нашептывает мне сюжет картины, а когда сплю — яркие образы всплывают перед глазами.

— Лучше уничтожьте эту картину, старина, — попросил я. — А то однажды ее увидят люди, с которыми лучше не сталкиваться. Подведете и себя, и меня.

— Купите, командор, и тогда она все время будет с вами.

— Вообще-то я пришел за другим заказом, — напомнил Бриару.

— Да, конечно! Все уже готово.

Шоркая по полу растоптанными ботинками, он пересек комнату и подошел к шкафу. Распахнул его и чуть ли не с головой погрузился в его недра. Было забавно наблюдать, как он задом пытается выползти обратно. Наконец, художник, покряхтывая, поднялся с колен и с торжественным видом развернул черно-зеленое полотнище, которое полностью закрыло его.