Стало очевидно: договориться будет проблематично. Слишком сильно Порвираль обиделся на ведьму, которую не удалось обложить ни налогами, ни матюгами. Впрочем, было одно заклинание от дурных мыслей, которое точно подействовало бы на этого мздоимца, – деньги. Они не то что заставляли забыть обиды, но и порой поднимали со смертельного одра самых жадных.

Рангер, не зная всей подоплеки наших с Порвиралем отношений, не иначе как решил, что имеет дело с тугодумом. Стиснув зубы, поднял руку, отодвинул манжету рукава, обнажив запястье, и показал брачную татуировку.

– Разорвать брачные узы, – пояснил пепельный, чтобы до градоначальника точно дошло, что от него хотят.

– Что ты хочешь, чтоб я для этой мерзавки сделал? – спросил Порвираль, тем самым дав понять, что все разъяснения пепельного пошли прахом. Градоначальник уяснил лишь одно: раз от него что-то хотят, значит, у него есть власть. И над ситуацией, и над ведьмой. В смысле, надо мной. Это-то местечковое господство и ударило в голову бургомистру. Он окончательно охамел и удовлетворенно произнес: – Да даже если эта бздыга на коленях будет меня умолять, я для нее разве что костер организ…

– А ну, повтори, как ты назвал мою жену? – прорычал пепельный, перебив бургомистра.

Повисла пауза, и не просто повисла, а начала затягиваться удавкой на одной толстой шее, когда Рангер шагнул к столу так, что я оказалась за широкой мужской спиной.

С одной стороны, это оказалось даже приятно. С другой – неудобно. Попробуй прицелься как следует из-за такой преграды! А я только-только пульсар создала. И, вытянув шею, выглянула из-за плеча супруга.

Порвираль тут же вскочил из-за стола, отступил к стене так, что вжался в каменную кладку спиной, и истошно заорал:

– Стража-а-а-а!!!

Но та спала, как совесть, подкупленная мешком золота.

Короткий хлесткий удар пепельного, успевшего в мгновение ока обогнуть стол и оказаться рядом с Порвиралем, оборвал истошный вопль градоначальника.

– Неверный ответ. Правильный – досточтимая леди Дэйрис, – невозмутимо произнес пепельный. – Запомни, милейший. Так и только так следует обращаться к моей жене. Ты понял?

Бургомистр, получивший плюху, закивал, а затем сполз по стеночке и заскулил.

А Рангер же вернулся ко мне и произнес:

– Пойдем, дорогая. Здесь у нас все равно ничего бы не получилось…

И галантно предложил мне свой локоть для опоры. А я… растерялась. Нет, куда положить ладонь, чтобы завершить композицию из двух рук, я прекрасно знала. А вот как благодарить за заступничество… такое было впервые. С малых лет я привыкла сама отстаивать свое добр… в смысле злое имя. И мстила от души. Но чтобы за меня кто-то вступился… И мало того, настоящий лорд!

Скосила взгляд на Рангера. Тот был невозмутим.

Тут-то в коридоре наконец раздались топот и бряцанье металла. Не иначе как охранник проснулся. И, судя по звукам, едва очнувшись от дремы, он поспешил не к начальству, а за подкреплением. Так что к кабинету сейчас мчались двое или трое…

– Черный ход? – едва слышно предложил писарь и, метнув взгляд на побитого Порвираля, добавил одними губами: – Всегда мечтал это сделать.

– Если ведьма выходит через черный ход, ей больше никогда не войти через парадный, – отозвалась я, призывая тьму.

Но атакующих заклинаний не понадобилось. Хватило лишь грозного взгляда Рангера – и трио стражников, что не сильно-то и спешило на зов, выстроилось вдоль стеночки коридора, точно почетный караул.

Мимо него я прошла с гордо поднятой головой. А вот когда мы с пепельным оказались на улице, вдруг заметила, что мой муженек старательно прятал улыбку.

Как я в храме, когда патер внял моему жесту ребром ладони по своей шее и правильно ответил на вопрос пепельного о разводе.

Это что же получается? Неужели Рангер…

– Что? – поймав на себе мой задумчивый взгляд, спросил муженек.

– Ничего, – отозвалась я и повернула голову в другую сторону, чтобы паладин не заподозрил, о чем я думаю.

А размышляла я о произошедшем только что в кабинете бургомистра. И по всему выходило, что рядом со мной шел не паладин, а матерый интриган! Который ловко обернул ситуацию в свою пользу: и за честь жены вступился, и… сделал так, что бургомистр, с которым можно было договориться если не полюбовно, то за деньги, теперь нас точно не разведет!

Но зачем? Рангер же сам хотел побыстрее разорвать брачные клятвы…

Супруг же, не подозревая о моих догадках, взял уверенный курс в сторону рынка. О том, куда мы направляемся, я догадалась по все возраставшему шуму, столь свойственному базарной толчее, и специфическому аромату. Запахи мяса, рыбы, свежего хлеба – все это перемешалось в какофонию ароматов. Уже по ним можно было смело дойти до торговых рядов даже с закрытыми глазами. А уж с открытыми – и подавно.

Так что спустя совсем немного времени мы с пепельным оказались в шумной людской толпе.

– Раз уж мы выбрались в город, стоит купить продуктов. Зайчатина, конечно, была вкусной, но я предпочел бы что-то еще, – произнес супруг и повел меня к рядам с овощами.

Там он умудрился раздобыть огромную корзину, лишь улыбнувшись уже немолодой, но озорной тетушке. Та хоть и косила опасливый взгляд на ведьму и сворачивала в левой руке кукиш, но правой активно указывала на разложенный на прилавке товар, а потом с упорством складывала его в корзину.

Так, на дне плетенки оказались морковка, лук, початки кукурузы, капуста. Глядя на это, я прикидывала, хватит ли денег, чтобы расплатиться. Вот только я не успела засунуть руку в сумку, чтобы достать монеты, как супруг ловко вложил в ладонь торговки горсть медяков.

– Благодарствую, ваше лордейшество, – раскланялась торговка и, посмотрев на меня, добавила: – И вам спасибочки, уважаемая ведьма.

На это заявление я дернула глазом, а супруг лишь хмыкнул и, взяв корзину, пошел дальше. Постепенно наша поклажа наполнялась. Появились в ней и сверток с окороком, и пара кругляшей копченой колбасы.

Корзина в руках пепельного становилась все тяжелее, как и моя голова. Ведь рынок – это место, где можно не только купить свежей рыбы или петрушки, но и узнать самые свежие, самые горячие, будто только вынутые из печи пирожки, сплетни. Ими-то здесь и делились едва ли не активнее, чем торговали.

– Слыхала, говорят, в соседнем Хармосе тати лютуют. Вдруг и до нас доберутся! – донесся откуда-то сбоку доверительный грудной голос, пока я приценивалась к сыру.

Я скосила взгляд, увидев дородную дебелую тетку в чепце с рюшами и в белом переднике. Этакая типичная добропорядочная горожанка, которая никогда не перемывает косточки, а лишь благопристойно обсуждает слухи.

– Тю, Повика, не бреши! Чтоб до нас добраться, нужно по тракту пройти, а тот заброшен. Никто к нам не придет, – заверила бойкая торговка.

– Но новый-то патер как-то дошел! – не согласилась пышка.

– Так это два месяца назад было, до распутицы. К тому же он дланник, а значит, самими богами хранимый и ими же к нам посланный, – авторитетно заявила лотошница.

– Да, с новым преподобным нам повезло. После смерти отца Мурвия, почитай, три года в грехах жили и прошения в столицу слали, просили нового дланника к нам направить… Вот и услышали небеса и конклав наши молитвы! – заключила тетка в чепце.

– И не говори! А новенький, хоть молоденький и порой не по канонам мессы читает, а все же от души! И даже ведьме вредить не дает… – на последних словах торговка осеклась, не иначе как заметив меня. Ну точно: – Ой, госпожа ведьма, доброго вам здравица!

Раз уж лотошница заговорила первой, я не стала это игнорировать.

– Кроме здоровья, хорошо бы ковригу хлеба…

– Да-да… – засуетилась лотошница, а та самая добропорядочная горожанка в переднике, что стояла у ее прилавка, вдруг, проявив изрядную прыть, для ее комплекции удивительную, припустила к рыбным рядам.

Мне же протянули каравай. После него в корзине оказалась и половина головки сыра. А спустя немного времени к ним присоединился и горшок с топленым маслом. Последний даже не продала, а отдала задаром уже знакомая мне старушка, которую я седмицы две назад лечила от ревматизма.

– Спасибо тебе за мои колени, родная, – произнесла она, вручая кринку. – Намного легче стало… Только иногда теперь крутит. Вот как сегодня.

После этих ее слов я невольно глянула на небо, которое начали затягивать тучи, и, поблагодарив бабулю за масло, поставила то в полную корзину.

– Думаю, нам стоит поспешить обратно до дождя, – сообщила я Рангеру.

– Откуда знаешь, что скоро польет? – спросил муженек. – Погодная магия?

– Угу. Метеопредсказания от бабки Фисии. Самые верные. Погодные маги могут ошибаться один раз, но каждый день, а она – никогда!

Так что я начала пробираться сквозь толчею, активно работая локтями.

Глава 13

Глава 13

Когда же мы с пепельным покинули базарную площадь, я посмотрела на корзину, которую муженек держал в руках. Поклажа пепельного даже на вид весила изрядно, потому предложила помочь. Но Ран отказался. И дать мне взяться за ручку, и от заклинания левитации.

Только когда мы вышли с рынка, я поняла, что благородство благородством, но раны только начали заживать. И если он сейчас надорвется… В общем, лечить супруга по новой мне не хотелось. Потому я, сунув два пальца в рот, залихватски свистнула. Уличные мальчишки посмотрели на меня с уважением, а муж – с недоумением.