Вот как. Ключ. Так все дело в каком-то ключе.
Его руки, опиравшиеся на мрамор, коснулись внешних сторон моих бедер. Я была в плотном длинном платье, однако игнорировать мурашки, пробежавшиеся по коже, было выше моих сил.
Мужчина наклонился, овеяв дыханием мое лицо:
— Видит небо, я всеми силами пытался держаться от тебя подальше…
Его тяжелое дыхание на моих губах начало ощущаться все более отчетливо, отчего я смутилась.
— А если я не хочу этого? — вдруг выдохнула я, сгорая от желания прильнуть к нему.
Киллиан задержал дыхание на мгновение, после чего тихо перебил:
— Не спеши, малышка. Скажешь это вслух, и я тебя не отпущу. У тебя еще есть шанс стать счастливой.
Сердце громко колотилось, глаза заполнились слезами.
Мои истинные эмоции вырвались наружу. Правдивая вода, я полагаю, тоже сыграла в этом небольшую роль.
— Мне страшно… — прошептала я. — Мне так страшно…
Он обхватил ладонями мое лицо, поцеловал мокрые от слез щеки, чтобы потом серьезно произнести в губы:
— Никто кроме меня не посмеет сделать тебе больно. Никто.
— Кроме вас?
— Это неизбежно. Я разрушаю все, к чему прикасаюсь.
— Вы как будто отговариваете меня.
— Так и есть. Я никогда не был хорошим человеком, Ария. Но сейчас пытаюсь им быть. Не даю тебе опуститься на дно вместе со мной.
Я едва заметно улыбнулась, млея от порхающих поцелуев по моему лицу.
— Я умею плавать.
Аспид усмехнулся, приблизившись. Между нашими губами оставались сущие миллиметры пространства, тогда как воздух буквально искрил.
Я приоткрыла губы, стараясь сделать вдох поглубже. В легких категорически не хватало кислорода.
— Я чудовище, Звездочка. Я монстр. У меня много имен, но исход один — боль. Тебя хотели женить на Монтегю. Думаешь, я бы допустил это? Думаешь я не прокручивал сотни раз у себя в голове, как пускаю в эту сволочь убивающее заклятие? — Киллиан произнес это резким, угрожающим тоном: — Он смотрел на тебя, он видел твои глаза, посмел думать, что когда-нибудь он будет смотреть в них по ночам. Только вот какая загвоздка, Ария…
У него была безумная улыбка. Слишком притягательная. Слишком дьявольская.
И клянусь, что в этом самый момент я ненавидела себя за это. Ненавидела себя за свои желания.
— Я буду следовать за тобой по пятам. Ловить твое дыхание, смотреть на тебя читающую, видеть твою милую улыбку. Я спятил. Я психопат. Это тебя тоже не отталкивает, малышка?
Сердце пропустило удар. Значит мне не показалось… Я постоянно ощущала чужое присутствие и уже было решила, что сошла с ума от навязчивой паранойи!
— Вы следили за мной, — выдохнула я растерянно. — Не только в Арунделе. Вы постоянно следили за мной! Как часто?
— Как часто я был твоим призраком? Иногда каждый день, иногда чаще.
Я облизнула сухие губы, привлекая к ним темный мужской взгляд.
— Чтобы убедиться, что я в порядке? Что я в безопасности?
— Да.
Я умолкла, а затем спросила, заранее боясь ответа:
— Но почему?
— Ты нужна мне. Больше, чем ты думаешь. Больше, чем ты можешь себе представить.
Он первый разорвал растущее между нами напряжение и отстранился.
— Идем, — Киллиан протянул мне руку. — Я покажу тебе источники.
* * *
Глава 20 — Онсэн
Глава 20 — Онсэн
Мужчина нахмурился, заметив мое мрачное настроение, которое я едва ли могла скрыть. Обуревающие меня волнения умудрились каким-то немыслимым образом перекрыть безграничную радость флера. А Киллиан все смотрел и смотрел, словно что-то решал для себя, не особо долго ломая голову. Если он принял решение, то оно окончательное. У него вообще все намного проще, чем у меня.
Только вот о чем он думал, так и осталось для меня загадкой, лишь взгляд, который долго сверлил мой стал легче.
— Ты спрашивала, где мы? — Киллиан отстранился, потянул меня за руку на себя. — Мы в небольшой провинции Синча в Железных Холмах. Здесь водятся на редкость полезные онсэны. Тебя что-то беспокоит?
Руки мужчины безмятежно погладили плечи. Я растерянно огляделась вокруг, заметив массивные бамбуковые двери и, борясь с сильным головокружением, смущенно призналась:
— Да, беспокоит.
Но я не собиралась об этом говорить — не тогда, когда мои мозги едва-едва работали.
Киллиан ждал продолжения, его ладони перешли на мою спину, погладили между лопаток, словно пытаясь нащупать крылья, которых у меня не было.
— Так… тихо. Мы здесь одни?
— Кроме Ляосинь в доме никого нет, но она нас не потревожит. Ты забыла, что такая настоящая тишина, да? — Маг прижал меня ближе, положил свой подбородок на мою голову. Я не видела, что его руки пытаются сделать с моей спиной, но они явно что-то делали. — Прислушайся, Ария. Слышишь?
Я напряглась, глубоко вдыхая тяжелый аромат мужчины. Вероятно, голова могла кружится и из-за него — из-за Киллиана.
— Шум воды? — удивилась я, не зная, куда деть свои ладони, в итоге завела их за Киллиана и сцепила, крепко обняв. Мужчина на секунду замер, а потом поцеловал мои волосы.
— Синча расположена на водопадах. Они здесь повсюду. Почему у тебя такие мудреные завязки на платье?
Я остолбенела.
— Что?
Киллиан нежно провел ладонями по моим плечам, а платье вдруг тяжелой волной упало на пол. Оставшись лишь в одной сорочке, я дернулась, но маг перехватил мои руки и вернул их за свою спину.
— Не прячься, — шептал он не хуже демона-искусителя. Впрочем, им он и являлся. — Я хочу показать тебе источник, он согреет… И я согрею… Ты ведь не против,
Я? Что-то внутри меня недовольно копошилось, язвило, дергалось, однако сейчас, в эту самую минуту, мне хотелось лишь одного — прижаться к Киллиану поближе и вдыхать, вдыхать, вдыхать его запах…
Не заметив моего сопротивления, мужчина наклонился к моему красному уху и прошептал:
— Ты лучше всех обнимаешься.
Киллиан аккуратно потянул меня за собой, мы прошли во внутренний двор, состоящий из деревянного пола и одного большого источника. Я ахнула от удивления. Так вот что такое онсэн! На улице стало еще холоднее под вечер, а от воды исходил приятный теплый пар. Внизу бурлила темная изумрудная река, шелестели ветви заснеженных елей, а чуть поодаль гремели водопады, завораживающие своей красотой.
— Нравится? — тихо спросил маг, обнимая со спины.
— Да, — выдохнула я завороженно. — Очень.
А потом испуганно вскрикнула, когда Киллиан без разрешения вновь взял меня на руки и осторожно опустил в горячую воду, которая оказалась просто кипящей и обжигающей для моей замерзшей кожи! Сознание опять куда-то поплыло, мной сразу заруководили инстинкты. Вцепившись в деревянный бортик, я уже хотела выползти обратно, но мне не позволили.
— Грейся, Ария, — негромко приказал Киллиан. — Как минимум час.
— Мне горячо! — выдохнула я возмущенно, кожа раскраснелась, а волосы растрепались. Изо рта при каждом выдохе выходил пар — все же зима на улице, а мне жарко. Безумно жарко!
— Опустись ниже, иначе онсэн не поможет.
— Нет!
Светло-серые глаза мага потемнели, заставив уличные бумажные фонарики на миг погаснуть. Я стояла у самого края — на носках, пытаясь как можно меньше соприкасаться с источником. Вода была примерно по талию, кожа горела, словно я плавала в самой настоящем жерле вулкана, а маг… а Киллиан выпрямился во весь рост и начал медленно расстегивать черную рубашку… одна пуговица, за другой, не спуская с меня темного взгляда, обжигающего не хуже онсэна.
По внутреннему двору прошелся зимний ветер, и рубашка распахнулась, приоткрывая красивую бледную кожу, литые сильные мышцы, рельефный пресс и небольшую белую дорожку волос, которая опускалась в… брюки. Я ненароком облизнулась, со спокойствием отметив возбужденное состояние Киллиана.
Ветер любезно принес его запах: дерево, мыло, снег… Закрыла глаза не в силах бороться с флером. Хочу коснуться. Хочу поцеловать.
И шепот, болезненный, хриплый… мой или его — разгадать трудно:
— Обними меня.
Мое разгоряченное лицо берут в холодные ладони, целуют лоб, щеки, ресницы…
— Открой глаза, Ария, — хрипит Киллиан.
Я слушаюсь. А в ответ болезненный стон и нежное прикосновение к моим губам, выбивающее из груди весь воздух. Меня аккуратно, но настойчиво толкают назад, подальше в воду, а когда ноги уже не достают до дна, спускаются ледяными ладонями по телу, берут за бедра, больно впиваясь пальцами, тут же извиняются за несдержанность, целуя уголки губ, и предлагают держаться за него.
В воде каждое движение дается в сто крат легче, я обнимаю мужчину ногами, уже задыхаясь от его настойчивых поцелуев, и с досадой замечаю: брюки не сняли.
Его рука скользнула по спине, по шее, задев шейные косточки, распустила волосы. И все прекратилось.
— Согрелась? — спокойно спросили меня.
Я тяжело дышала, пытаясь понять смысл его слов. А когда, наконец, поняла, вспыхнула разом и отстранилась, наперевшись спиной на каменное ложе на самом краю. Дом стоял на возвышении, а внизу текла бурная река с острыми камнями. Упадешь — так насмерть. Все как с этим мужчиной.