– Не делай этого. Однажды ты об этом пожалеешь.

Я повернулась и увидела Коллама, стоявшего за ней и сверлящего меня все тем же холодным взглядом. Я забрала рисунки у Амии и одним махом бросила их все в огонь. Пламя жадно поедало бумагу. Ни разу не посмотрев ни на кого из них, я ринулась в свою комнату. Я задвинула занавески своей кровати и зарылась в подушки.

Эта ситуация была худшей из всех, в которых я когда-либо оказывалась с Колламом. Я не могла видеть его с Амией. Хоть они и не выглядели как влюбленная пара, а скорее как брат и сестра. Но от этого мне легче не становилось.

Я ни разу не видела, чтобы Амия выступала против Коллама. Она всегда была одного с ним мнения. От этой гармонии меня тошнило.

Почему она никогда с ним не спорила? Почему она не могла сказать ему, что любит Миро?

А кто позаботится о самом Миро? Он ходил по замку с видом побитой собачки и почти ни с кем ни о чем не разговаривал. В замке по мне явно никто не будет скучать, я была абсолютно в этом уверена. Может быть, только Рэйвен, но она последние две недели постоянно проводила время в библиотеке. Я подозревала, что она избегала меня.

Правда, она собиралась покинуть Аваллах в следующем году. Я слышала, что Элизьен собирается сделать ее своей преемницей. Это было огромной честью, и перспектива стать королевой эльфийского народа заставляла Рэйвен работать день и ночь.

Я напишу Питеру сообщение с просьбой забрать меня. С Майроном я попрощаюсь в самый последний момент.

И все же я продолжила ходить на уроки, делала домашние задания и готовилась к контрольным, которые мы постоянно писали. С одной стороны, это меня отвлекало, с другой, я не знала, какую пользу этот материал может мне принести в моем мире. Однако если бы я не делала домашние задания, мне пришлось бы вести бесконечные дискуссии с преподавателями, чего мне совершенно не хотелось.

Мне хватило письма Питера, в котором он меня ругал. Он упрекал меня в том, что я не думаю, как Коллам перенесет мой отъезд из Аваллаха. Возможно, он будет даже рад, подумала я, продолжая читать. Питер также считал, что Элин все еще охотится на меня. С чего бы ему это делать?

По крайней мере, Питер пообещал никому не рассказывать о моем решении и забрать меня через две недели. Раньше он этого сделать не сможет, потому что его учеба в Эдинбурге пока что слишком его загружала.

Я почувствовала облегчение, читая эти слова. Не думала, что Элин все еще мной интересуется. Коллам женится на Амии, а Элин перед ней в долгу. Кроме того, он наверняка будет рад, узнав, что Амия вышла замуж за мужчину, который был обещан ей с детства. Я была лишь эпизодом в жизни Коллама.

С нетерпением ждала дня, когда Питер заберет меня. Я радовалась тому, что скоро встречу Амели, Итана, Бри и близняшек и смогу зайти в книжный магазин Софи, чтобы насладиться чаем и кексами в ее компании. Человеческий мир со своей нормальностью казался мне как никогда притягательным. Приключений мне хватило на всю жизнь.

Так как я останусь в Аваллахе еще на две недели, я смогу принять участие в соревнованиях по прыжкам в воду, которые состоятся на следующих выходных.

После исчезновения Гавена нам выделили нового тренера по плаванию. Его звали Лорис. Он тоже был удивлен моему таланту, как и Гавен, поэтому каждый урок шелликот предлагал мне оттачивать все новые и новые прыжки. Я часто ходила к озеру по вечерам, чтобы позаниматься с ним дополнительно. В воде я могла отогнать мысли прочь: чаще всего я думала о Колламе.

Майрон попросил меня и Лориса быть осторожными в воде. По этой причине Лорис всегда просил небольшой отряд шелликотов дежурить у барьера. Правда, мы не знали, смогут ли они задержать Элина в случае чего. Факт того, что Элин не давал о себе знать, я восприняла как доказательство того, что он потерял ко мне интерес.

Моей основной головной болью было создание света. Я все еще не смогла добиться ничего, кроме маленькой искры. Но это было хоть что-то. В любом случае, в моей жизни среди людей мне это умение не пригодится. И все же мои амбиции пробудились, и я неустанно работала над светом. Не в последнюю очередь из-за Коллама, который присутствовал на наших занятиях: я хотела доказать ему, что могу это сделать. Это было глупо и по-детски, но я ничего не могла с собой поделать. Я хотела впечатлить его.

Когда я незадолго до соревнований пришла к озеру, я увидела Коллама и Лориса еще издалека. Неужели он не может хотя бы здесь меня в покое оставить? Они о чем-то спорили. Я слышала их перепалку. Однако они замолкли, как только меня увидели.

Правда, я все же услышала то, что, по-видимому, не должна была услышать. Коллам хотел убедить Лориса в том, что было слишком опасно допускать меня до соревнований. Я возмущенно посмотрела на него. Он что, считает, что имеет право запрещать мне единственное, что доставляет мне удовольствие?

Коллам не обратил на меня внимания и пошел в одну из маленьких хижин.

– Я не позволю ему запрещать мне это, – обратилась я к Лорису.

Он покачал головой.

– Я знаю, Эмма, и я думаю, что Коллам знает это еще лучше меня.

Он тихо засмеялся себе под нос, и мне показалось, что ему действительно весело. Я не знала шелликота с лучшим чувством юмора, чем у Лориса. Это компенсировало факт того, что он выглядел не так безупречно, как большинство шелликотов. У него были шрамы на лице: они не уродовали его, но делали черты его лица неправильными. Амия рассказывала мне, что в детстве он оказался на горящем нефтяном месторождении и с трудом пережил это. И все же это событие не лишило его оптимизма в жизни.

Я зашла в кабину и надела свой купальник. Когда я вышла на луг, я не могла не заметить на себе взгляда Коллама. Я знала, что отлично выгляжу в этом купальнике, и даже он не мог этого отрицать. Он окинул мое тело взглядом. Я заметила, что ему лишь с трудом удалось отвести глаза, и тогда он пошел в воду. Я торжествующе улыбнулась.

– Он сегодня плавает с отрядом дежурных, – сказал Лорис, увидев мой вопросительный взгляд.

Он переживал за меня. Эта идиотская надежда снова вернулась. Я побежала к воде, чтобы поплавать и разогреться, а после этого начала упражняться в прыжках. В течение целого часа я до изнеможения тренировала прыжки, с которыми буду выступать на выходных.

Когда я вышла из воды – правильнее было бы сказать, выползла, – Коллам сразу же оказался рядом. Он схватил меня за талию, чтобы не дать мне упасть. Тепло его тела тут же согрело меня. Я не знала, куда деть свои руки, и с радостью бы положила их на его бедра.

Не успела я и сказать что-нибудь необдуманное, как он произнес:

– Надеюсь, ты понимаешь, как это опасно. Элин, возможно, ждет дня соревнований, чтобы пробраться в Аваллах с помощью своей темной магии. Соревнование – одно из главных событий года. Представители всех народов приглашены. Почему ты не можешь просто вести себя благоразумно и отпустить эту идею?

Мы подошли к хижине, и Лорис подозрительно держался на отдалении. Мог бы и помочь мне в противостоянии с Колламом. Но, вероятно, шутить со своим будущим королем он не хотел. Трус, подумала я.

– Надеюсь, нам удастся остановить темную магию Элина при помощи других народов. Так как мы знаем, какими способностями он обладает, мы будем в силах защитить Аваллах от него.

Он прошипел что-то себе под нос, и это звучало как:

«Так и знал, что ты будешь вести себя неблагоразумно».

Он отпустил меня и пошел в хижину, чтобы переодеться. Я смотрела ему вслед, как вдруг Лорис оказался рядом со мной.

– Я знал, что ты справишься с ним и в одиночку.

Я возмущенно посмотрела на него, но он так нагло улыбнулся мне в ответ, что я не могла держать на него зла. После того как я переоделась, я пошла к замку, чтобы обсудить соревнования с Рэйвен. Ей возражения Коллама казались обоснованными, и я этому даже не удивилась, но она пообещала поговорить с Элизьен об усилении защиты.

В день соревнований я проснулась с ощущением неминуемой опасности. Наверняка опасения Коллама не были беспочвенными. В моем животе все сжалось, и я не могла проглотить ни кусочка, несмотря на старания мисс Саммер, которая заняла место Лавинии. В роли управляющей она была гораздо милее, чем на уроках математики.

За час до соревнований мы с Амией пошли к озеру. Я хотела тщательно разогреться. Повсюду толпились люди: я и не знала, сколько должно было приехать зрителей, но, оценив размер трибун, построенных у озера, я испугалась.

– Амия, сколько гостей приедет в Аваллах?

В школе училось где-то триста учеников. На трибунах было раза в два больше мест.

– Как правило, прибывает где-то пятьсот человек. Соревнования обычно очень популярны. Приезжают не только родственники прыгунов, но еще и представители других народов.

Мое сердце ушло в пятки, а ладони вспотели от волнения.

Амия тут же заметила мое напряжение.

– Тебе нечего бояться. Большинство парней не умеет прыгать как ты. Ты явно займешь одно из призовых мест. Ты должна дать жару этим выпендрежникам, мы, девчонки, верим в тебя.

Она говорила это и поправляла мой купальник. После этого она собрала мои волосы в жесткий пучок. Когда она закончила, она обняла меня и крепко прижала к себе. Предстоящее соревнование на мгновение и ее заставило забыть о заботах.