– Прыгай первой, – призвала ее. Не моргнув глазом, фавна выпрыгнула из окна. Я закрыла глаза и последовала за ней. Столкновение оказалось сильнее, чем я думала. Я вскрикнула, перекатившись на плечо, но Солеа уже схватила меня одной рукой и прижала другую к моему рту. Мне хотелось выть от боли и стыда. Мы потеряли последнюю печать. Все наши планы пошли коту под хвост. Я подвергла Солею опасности. Кассиан был прав. Но через мгновение мы окажемся в безопасности. Осталось всего несколько шагов. Липа стояла совсем близко. Мы справимся. Дерево поглотит нас.
С помощью Солеи я похромала к дереву. Никто не последовал за нами через окно. Вероятно, прошло только несколько минут с тех пор, как я выбросила посох. Но они тянулись как часы. Я прижалась спиной к шершавой коре липы и вздохнула. Жар пульсировал в моем теле. Деревья всегда казались мне странно утешающими. Даже здесь, среди враждебных колдунов.
– Откройся, – прошептала Солеа дрожащим голосом. Я сжала ее руку, и она тоже прислонилась к дереву. Слышало ли оно нас, пока кольцо скрывало нас?
Дерево не сделало нам одолжения. Не подхватило нас и не доставило в безопасное место. Раздался рык, и острые когти вонзились в мою спину. Я вздрогнула от боли, когда они разодрали мою кожу. Пожалуйста, нет!
Я медленно повернула голову. Дерево исчезло, а на его месте появилось какое-то чудище, которого я никогда раньше не видела, и набросилось на меня. Шкура твари обладала той же текстурой, что и кора липы, к которой я прикасалась.
– Древесный демон, – прошептала Солеа, и ужас на ее лице заставил меня содрогнуться. Его губы, которые, казалось, состояли из маленьких веточек и хрящей, скривились в гримасе. У нас больше не было путей отхода.
Демон стоял на коротких мускулистых задних лапах. Руки, схватившие меня, были длинными, как у гориллы, словно он постоянно подтягивался на ветках. Большие черные глаза пристально глядели на меня. Подбородок был выдвинут вперед, а нос – едва различим. Во лбу торчали два рога, напоминающие маленькие обломанные сучки. Изо рта валил дым, источая неприятную серную вонь. Чудище будто явилось прямиком из ада, настолько ужасающее зрелище он собой представлял. Я отпрянула назад, но короткие, а главное, острые когти лишь глубже вонзились в кожу. Пот проступил на теле. Эта штука видела меня или просто почувствовала, как я прислонилась к дереву? Ведь кольцо должно было скрыть меня от него. Солеа не шевелилась. Словно парализованная, она уставилась на демона. Она хотя бы знала, что это такое. Демон наклонился и понюхал ее. Она вздрогнула.
– Ты хорошо пахнешь, маленький Химомант.
Узкий коричневый язык высунулся из пасти и лизнул ее бледную кожу. На лице остались капли, похожие на слизь. Фу.
Это вырвало меня из оцепенения. Солею он определенно видел. Я изо всех сил пнула его по одной короткой ноге. Он взвыл, и я рванула прочь. Затем, развернувшись, схватила Солею и помчалась вперед, хоть и не знала куда. Нам отсюда не убежать. Шар из углей и жара ударил меня в спину. Я повалилась прямо на колени. Вдох вырвался из груди, но я не выпустила руку Солеи. Она смотрела на меня расширенными от страха глазами, а затем я почувствовала запах подгоревшего мяса. Меня затошнило. Перед глазами чернело. Они ее не заполучат. И меня тоже не получат. В противном случае Дэмиан обнаружит на моей шее печать. Солеа поднялась и потянула меня за собой, и мы, спотыкаясь, понеслись вперед. Должен быть выход. Хоть какой-нибудь. Где Рубин? Почему он нам не помогает? Он же обещал.
Я услышала издевательский смех и, обернувшись, посмотрела в глаза своему врагу.
– Ты действительно думала, что я отпущу тебя, Элиза?
Голос Дэмиана.
Меня охватил холод, несмотря на расползающийся по моей обожженной спине жар. Ледяной холод. Мы с Солеей отступали все дальше, но колдуны окружили нас. Возможно, они и не видели нас, но точно чувствовали мой запах. Моя спина горела огнем, боль впивалась в меня тысячей иголок. Дэмиан держал посох в руке, словно трофей. Эту битву я проиграла.
Древесный демон устремился к нам, и колдуны отступили, открывая ему путь. Он смотрел на Солею. Видел ее, несмотря на силу кольца. Природная связь с существом из дерева и коры была слишком сильной. Его язык высунулся из слюнявой пасти, когда он подбирался к нам. Солеа хныкнула, когда когтистые лапы потянулись к ней. Мы бросились вперед. Я игнорировала вопли и визги, окружавшие меня. Все больше колдунов выскакивало на улицы. Нам нужно было куда-то бежать. Цепи подъемного моста гремели. Разумеется, Дэмиан поднял его. Мы пробежали между двумя домами, которые казались необитаемыми. Я запыхалась от бега, мне не хватало воздуха.
– Не-е-е-е-ет! – прокричала я, сжимая ее руку. Но острые когти вонзились в нее и вырвали Солею из моих рук.
Проснувшись, я снова оказалась на лежанке в хижине Виборы. Только в этот раз на животе. Во рту пересохло, а губы потрескались. Моя голова невероятно гудела, казалось, будто в ней застрял камень. Хотя о чем это я. Скорее целая каменоломня.
Я услышала шепот и со стоном повернула голову.
– Элиза? – Голос Кассиана оказался совсем близко к моему уху. – Ты проснулась.
Его холодный лоб прижался к моему. Я услышала его всхлип, но наверняка это было плодом моего воображения.
– Я не должен был отпускать тебя. Нужно было оставаться с тобой. Никогда больше не поступай так со мной, слышишь?
– Кассиан.
Слезы побежали по моим щекам.
Его голос ласкал меня, проникая под мою кожу.
– Мне очень жаль. Мне так жаль.
– Уходи, пожалуйста, – прошептала я. Я не хотела слушать извинений. Мне не нужна была его жертва. Я не могла простить ему того, что он подвел меня. Потому что в этот раз я чуть не умерла ради его мира.
Эпилог
Эпилог
– Мы должны выяснить, где Солеа, – услышала я голос Рубина сквозь туман боли. – Прошло четыре дня. Нужно выяснить, что произошло. – Его голос звучал прерывисто.
– Элиза не готова, – отозвался Кассиан. – Киовар сказал, что ее нельзя расстраивать.
И почему он все еще был здесь? Я же выгнала его.
– Я больше не выдержу, – раздался ответ Рубина. – Это был мой план. Я виноват в этой катастрофе. Я попрошу отца освободить ее.
– Ты не должен себя винить, – неожиданно мягко ответил Кассиан. – Ты ни к чему ее не принуждал. Она хотела быть с Элизой. И была намного храбрее меня.
Это определенно был сон. Мой Кассиан набросился бы на Рубина. Упрекнул бы за то, что тот не прислушался к предупреждениям. Кассиан, которого я знала, никогда в жизни не звучал бы так понимающе.
– Ты не смог бы ей помочь. Это была ловушка. Дэмиан хотел меня проверить. Я должен вытащить Солею оттуда. Если он будет пытать ее… – Голос Рубина сорвался.
В таком случае она выдаст, что я по-прежнему ношу на шее печать Белиозара. И я не смогу ее винить.
Что Дэмиан приготовит для нее, чтобы добыть информацию?
– Я не позволю тебе идти туда одному.
Сейчас он решил поиграть в героя? Ради Рубина, но не ради меня. Как это жалко. Я чувствовала жжение слез под веками, но никогда больше не покажу ему своих истинных чувств. Не покажу, как много боли он мне причинил.
– Ты должен остаться с Элизой, – услышала я сдавленный голос Рубина. – Я пойду один. Я полезен своему отцу. Любого другого он бы убил. Он по-прежнему хочет слишком многого. Нуждается во многом. В Наде, в печати… – Рубин остановился и замолчал.
Застонав, я открыла глаза и перевернулась. Еще никогда не испытывала такой невыносимой боли, как в этот момент.
Кассиан приподнял меня.
– Тебе нельзя ложиться на спину. Раны плохо заживают. Кто сделал это с тобой?
Я стряхнула с себя его руки.
– Не прикасайся ко мне! – прогнусавила я.
Кассиан вздрогнул так, будто я ударила его. Затем повернулась к Рубину.
– Дэмиан был там. Он знал, что мы придем, – отрывисто проговорила я. – Липа была… – Как там Солеа назвала эту скотину? – Там был древесный демон. Он видел Солею. Кольцо не скрывало ее от него.
Рубин закрыл глаза и покачнулся.
– Я должен был знать… Я бы…
– Где ты был? Мы нуждались в тебе.
– Дэмиан отправил меня на собрание Совета вместо себя. Должно быть, что-то заподозрил. Но я настолько был одержим мыслью покончить со всем, что наложил заклинание, которое сделало деревню видимой для вас, и решил, что кольцо предоставит вам достаточную защиту. Я никогда не должен был этого делать. Если она умрет…