Они с Солеей обменялись взглядами, которые не сулили ничего хорошего. В дверном проеме внезапно появилась Ларимар. Хуже и быть не могло. Еще и Верховная жрица почтила меня своим присутствием. Внутри постепенно становилось действительно людно. Слишком людно, на мой вкус.
– Ты должна забрать печать, – объявила она, устремив на меня свой непреклонный взгляд, пока Солеа и Рубин уклонялись от ответа. – Ты уже носительница печати. Она тебе не откажет.
– Нет! – возмущенно воскликнул Кассиан. Он стоял рядом с моей кроватью, словно сторож. Одной рукой он сжимал свой посох, отчего создавалось впечатление, будто он готов был ударить им Ларимар, если та подойдет ко мне слишком близко. – Она не будет этого делать. Вы не можете этого требовать. Это слишком…
– Иного выхода нет, – прервал его Рубин. – Только носительница печати может вызволить печать Нангура. Я даже близко к ней подойти не смогу, а у Элизы есть ауреола-кольцо, – добавил он. – Она ее спрячет.
Поэтому Элизьен прислала ее? Это был давно продуманный план?
– Я с удовольствием отдам кольцо тебе, – поспешила ответить я. – Оно наверняка и тебя невидимым сделает.
Я ни за что в жизни не отправлюсь в деревню колдунов, чтобы ворваться в дом Дэмиана и украсть его самое ценное сокровище. В этот раз мы с Кассианом были одного мнения.
– Мой отец подозревает, что я действую у него за спиной. Он мне больше не доверяет. Следующие несколько дней мне придется оставаться в деревне. Таков его приказ. Он забрал меня из Аваллаха. Не знаю, когда смогу снова навестить вас. Сейчас мы должны придумать план.
Ларимар шагнула к Рубину.
– Ты не обязан ему подчиняться, – сказала она. – Ты все еще можешь остаться здесь.
Солеа с тревогой в глазах посмотрела на него, но Рубин лишь ободряюще улыбнулся ей, проигнорировав Ларимар.
– Я буду ждать тебя, когда ты придешь, – пообещал он мне. – И ты не будешь одна. – Он сделал глубокий вдох. – Солеа сопроводит тебя и доставит в безопасное место, как только вы отыщете печать.
Отлично они все придумали!
– Разве не ты рассказывал мне о сотнях ловушек, защищающих печать? – возмутилась я. Он ведь понимал, чего от меня требует. И почему он втянул в это Солею? Фавна не имела никакого отношения к нашей проблеме. Совсем наоборот. Семья изгонит ее, узнав, что она поддерживает врагов Дэмиана. – Как, по-твоему, мы вообще попадем в деревню? Она же для нас невидима. – Я начала перечислять все проблемы, поскольку план казался совершенно безумным. Даже сама идея… Я покачала головой.
Ларимар подошла ближе и села на стул.
Она понизила голос, будто не хотела, чтобы кто-то услышал ее:
– Никто не может попасть туда без приглашения колдуна, поэтому Рубин откроет вам деревню. Как только заберешь печать, – ее голос даже не дрогнул, – ты немедленно покинешь деревню с Солеей через старую липу, которая растет рядом с домом Дэмиана. Вы вернетесь прямо сюда. Другой возможности нет.
Она говорила об этом так, словно это было легко и просто.
– Я все время буду с вами, – заверил Рубин. – Попытаюсь максимально облегчить вам задачу. Заранее обезврежу ловушки и отвлеку отца. Если повезет, его вообще не будет на месте, потому что он отправится на заседание Совета. Элизьен позаботится о том, чтобы на заседании во время нашей вылазки обсуждали вопрос, должны ли шелликоты вернуть Дэмиану печать Вангуун. Он не сможет там не присутствовать.
Я чувствовала, как сопротивление внутри меня разрушилось.
– Ты не будешь от нас отходить? – спросила я.
Рубин кивнул.
– И заранее позаботишься о том, чтобы у нас не возникло проблем с кражей печати?
Снова кивок.
– И Дэмиана там не будет.
– Мы сделаем все возможное, чтобы вы вернулись в целости и сохранности. Обещаю, – сказал Рубин, и его настойчивый взгляд остановился на Солее. – Я не стану говорить, что это безопасно, но у нас нет выбора. Если Совет поддержит возвращение печати Вангуун, Колламу придется вернуть ее. Тогда у Дэмиана в руках будет две печати. Совет боится его. Я уже говорил тебе о том, что два члена Совета исчезли. Мы не можем с точностью сказать, как остальные на это отреагируют, будут ли бунтовать против Дэмиана или позволят ему собой управлять. Дэмиан поклялся отомстить тебе за то, что ты аж дважды обвела его вокруг пальца, – безжалостно продолжал он. – Если бы у нас было время, чтобы придумать что-то другое… Поверь, Элиза. Мне не хочется требовать этого от тебя.
Но он сделал это. Кассиан больше ничего не говорил, лишь стоял рядом со мной, напряженный, словно тетива лука. Когда власть Дэмиана рухнет, Кассиан сможет вернуться в Лейлин. Все выйдут победителями. Если я не потерплю неудачу.
– Ты уже согласилась на это безумие? – поинтересовалась я у Солеи. Какая у нее была причина так рисковать жизнью?
– Я не оставлю тебя одну. Мы должны убедиться, что липа действительно вернет тебя сюда.
– Для этого тебе не нужно сопровождать меня. Дома со старым дубом все прошло без проблем.
И пусть все внутри меня противилось идти туда одной, я не хотела втягивать ее в это понапрасну.
– Старый дуб тебя знает. Мы не знаем, поможет ли тебе липа. Но ты не можешь возвращаться с печатью через всю деревню.
– Даже без печатей Дэмиан все равно останется у власти в Совете, – размышляла вслух. – Ему не составит труда привлечь на свою сторону большую часть заседателей. Даже если мы уничтожим печати, он не сдастся. И что тогда будет со Священным деревом? – спросила я у присутствующих. Мы стояли перед горой совершенно неразрешимых задач.
– Будем решать проблемы по мере поступления, – сказала Ларимар. – Самая большая опасность исходит от печатей. И мы верим, что если убить Дэмиана, то и заклятие, лежащее на Священном дереве, разрушится. Этот вид магии, должно быть, связан с жизнью де Винтера. Цена, которую он за это заплатил. Черная магия не дается даром.
– Отлично. – Я выпрямилась. – А почему, на самом-то деле, его никто не убивает?
Это стало бы решением всех наших проблем. Должен же кто-нибудь найтись, кто совершил бы это доброе дело. Или мне просто нанять наемного убийцу? Наверняка Финн бы нашел такого парня в Даркнете, или как там это называется. К сожалению, у меня не хватит денег, чтобы заплатить подобному человеку, но краудфандинговые компании запускались даже для проектов похуже. Уже прямо-таки видела заголовок: «Студентка ищет в сети наемных убийц для самого черного колдуна всех времен и народов». Я хихикнула.
– Это не весело, – бросил Кассиан. – Не делай этого, Элиза. Должен быть другой способ.
Его голос ни капли не был сердитым. Скорее беспокойным.
Очевидно, он снова мог читать мысли. Как ему повезло! Хоть одна проблема разрешилась.
– Пока Дэмиан обладает печатью Нангура, он неуязвим, – пояснила Ларимар. – Его нельзя убить. Печать своей силой скрывает не только Друид Глен. Защита, которую посох предоставляет своему владельцу, во много раз превышает магию сигил. Дэмиан воспользовался магией печати, и никто не сможет его убить. По крайней мере, пока она находится у него.
У нее имелись ответы на все вопросы. Действительно ли она всю жизнь следила за Дэмианом, или откуда она все это знала?
На губах Ларимар мелькнула улыбка. Я так редко видела, как она улыбается, что чуть не испугалась.
– Я действительно за ним следила, – сказала она. – Только не по той причине, о которой ты думаешь. Моя любовь угасла в момент, когда я поняла, каким человеком он является на самом деле. Но я хотела вернуть своего ребенка, которого он у меня отнял. Я подумала, что если не буду выпускать его из виду, то он в конце концов приведет меня к Рубину. – Она взглянула на сына. – Эта надежда угасла, стоило Дэмиану тайно покинуть Аваллах. Я думала, что потеряла сына навсегда. Потом пошли слухи, что Дэмиан вступил в Гильдию колдунов, и я поняла, что он затевает что-то ужасное. На какое-то время потеряла его из виду. Должно быть, именно тогда он начал искать печать Нангура. С его стороны было разумным решением сначала отыскать печать, которая сможет его защитить. Однажды ночью я подслушала разговор Эльдорина и Мойры. – Ларимар на мгновение замолчала. – Я хотела расспросить сивиллу о том, где находится Рубин. Она была моей последней надеждой. Но они даже не заметили меня. Мойра рассказывала Эльдорину о видении, что ей явилось. Ужасное видение, в котором главную роль сыграл Дэмиан де Винтер. С тех пор я стараюсь предотвратить события, которые предсказала сивилла. Только вот, к сожалению, мне это не удается.
И почему меня это совсем не удивило? Мне бы так никогда не повезло. Это была моя борьба.
– Он действительно очень любил твою бабушку, – добавила она.
Каково же было Ларимар? Сначала предал мужчина, которого она, как ей казалось, любила, а после она вышла замуж за мужчину и узнала, что его сердце принадлежало другой. Я провела руками по лицу. Мне чуть не стало ее жаль. Должно быть, все эти годы она была ужасно одинока. И никто ей не верил. Кто бы в таких условиях не стал злобным и вредным?
– И все же Эльдорин и Элизьен нашли моего сына, – ответила на мои мысли Ларимар. – Я не хотела, чтобы ты узнал, что ты наполовину колдун. Вот почему я была так строга с тобой. Я не хотела позволить тебе выяснить это. – Она мягко улыбнулась Рубину. – Нельзя было позволять ему использовать тебя в своих целях, а узнав, что он сделал с Виктором и Надей, я убедилась в своей правоте. Я была благодарна Элизьен за то, что она привела тебя в Лейлин. Иначе Дэмиан использовал бы тебя так же, как твоих брата и сестру.