Остальные стрелы врезались в его кожу, и принц снаружи загорелся. Запах горелой плоти… Я помнила этот страшный запах. Огонь не остановится, пока от Кристофера не останется один лишь пепел, но почему-то мне все еще было больно от мысли, что я убивала его. Мои чувства ничего не значили. Я не должна оставлять в живых врага, даже если он пытался стать моим другом.

– Нам пора, мы не можем тормозить, – одернул меня Джонатан, пока я осознавала, что сжигаю кого-то заживо.

Огонь слаб. Этот дар всегда был со мной, но я не слышала его, не откликалась, поэтому на простой маневр со стрелами потребовалось много сил.

– Тогда бежим, – прошептала я и подхватила Кайла, который не стоял на ногах после того, как истратил последнюю частичку своей магии.

Я вспомнила о мальчике, которого обещала спасти, – Калебе. Надеюсь, что они успели его вытащить, ведь это входило в наш план.

– Калеб… – начала я.

– Мы вытащили его и тех, кого он взял с собой, – едва слышно ответил Кайл. Его силы совсем угасали.

Я слышала, что, если силы у одаренного совсем исчезнут, он умрет. Такого не должно произойти. Мы выдержим все это вместе.

Мы бежали изо всех сил, каждый из нас устал. Выбегая из-за деревьев, мы оказались на огромной открытой поляне, где инвизиболу было проще сесть. Здесь мы условились встретиться, но сначала наши заберут людей у обрыва и лишь тогда прилетят за нами.

Рядом со мной пролетела пуля, задев кожу шеи, отчего потекла маленькая струйка крови. В этот момент от страха кислород покинул мои легкие. Я коснулась ладонью раненой кожи и быстро остановила кровь.

На поляну вышло около тридцати одаренных с оружием. Принц знал, куда мы побежим, предвидел все возможные пути отступления из замка и заранее направил своих людей к нам. Я сделала медленный вдох, и мне стало плохо: сил оставалось не так много.

Кайл уже потерял сознание и висел на наших с Джонатаном плечах. Мы осторожно посадили его у дерева, а Джет окутал его лианами и корнями деревьев так, чтобы никто не смог коснуться нашего друга.

Люди принца побежали на нас без лишних слов. Каждый выпускал свой дар на свободу, а кто-то и вовсе соединял дары друг с другом. Все, что мы могли делать, – это блокировать атаки. Кто-то из нас еще пытался ударить в ответ, но получалось слабо, слишком слабо.

Лираша и Дарен пытались восстановить энергию. Казалось, что вода обволакивала кожу, создавала барьер между нами и этим миром, наполняла нас жизнью, облегчала боль. В этот момент Джонатан и я посмотрели друг на друга, зная, что сейчас придется идти до конца, без права на слабость или ошибку.

Джонатан присел на колени и мысленно что-то передал Дарену, поэтому тот сел рядом с ним, после чего они одновременно коснулись земли. Не сразу поняв, что происходит, я осторожно наблюдала за ними. Потом из земли начали прорастать деревья, самые величественные и большие, какие мне когда-либо приходилось видеть. Их стволы поднимались все выше и выше, а ветви раскинулись над головами Джонатана и Дарена, словно защищая их. Земля задрожала под ногами, началось землетрясение. Я потеряла равновесие и упала, все вокруг тоже попадали на землю. В этот момент я осознала, что происходит нечто невообразимое. Джонатан и Дарен смешали магию земли и воды, создавая иное, необычное явление. Их способности проникли в самые глубины природы, разбудив ее силу.

Джет не просто когда-то руководил целыми армиями, сражаясь за короля. Он изучил магию, проникся ею, понял, как управлять силами, взаимодействуя с ее первоначальным источником.

– Кэсседи, атакуй, давай же! – закричал Дарен.

Я начала сжигать деревья, а Джонатан повалил их на одаренных. Послышались крики, но мне ничего не было видно из-за кучи дыма и пепла. Одаренные кашляли и задыхались от такого ужаса. Нас спасала лишь Лираша, окружив водой, тем самым защищая от огня и дыма.

Огонь замер, а те, кто страдали от него, застыли во время очередного приступа кашля. Место битвы охватила тишина, и это значило лишь одно… Принц выжил. Как по щелчку пальцев он вышел на середину поляны. Половина его одежды была сожжена, глаза налились кровью, а на левой стороне лица кожа вовсе отсутствовала, как и на руках. Он был трупом, восставшим из ада. От такого зрелища меня чуть не вывернуло наизнанку.

Мы стояли и пожирали друг друга глазами. С неба пошел снег, который превращался в ледяные сосульки, разрубающие все, что попадалось на пути. Я закрыла свою команду огненным щитом и разморозила для них время.

У меня получалось сопротивляться его магии, и ему это даже понравилось. Принц сделал поклон, предназначенный лишь мне.

Принц (или то, что от него осталось) подошел ближе. Я увидела в его кровавых глазах безумие и боль, смешанные в одном страшном коктейле. Его искаженное лицо и обнаженная плоть напоминали мне о том, что за всем этим уродством скрывалась чудовищная опасность.

Захватив воздух в грудь, я почувствовала, как мой страх сменился решимостью. В глазах отразилось пламя, и я подняла руку, создавая огненный вихрь. Волны огня обрушились на принца, но он не останавливался. Он шел вперед, игнорируя боль и разрушения вокруг. Я поняла, что его сила непомерна и один лишь огонь не сможет ему противостоять. Я должна найти другое решение.

– Ого, когда ты этому научилась? – хриплым голосом спросил он. Он едва говорил, но почему все еще был жив?

– Разве ты уже не должен развлекать чертей в аду? – усмехнулся Джет.

– Удивлены тем, что я еще стою на ногах? Ох, ребята, боль и смерть я тоже могу заморозить. Вы и не подозревали, с кем затеяли войну.

Сила, которая раньше была нам незнакома, томилась в нем и ожидала выхода.

Он всегда мог использовать свой дар в полной мере, и именно в тот момент, когда мы бежали, а маму схватили, он мог ее спасти. Но он не сделал этого. Он позволил мне ее потерять, позволил сломить меня, чтобы стать целителем моих душевных ран, пользуясь тем, что я осталась совсем одна. Он знал, что я буду нуждаться в ком-то, кто поможет мне справиться с этой болью.

Я вновь создала вихрь в надежде, что тот будет сильнее предыдущего. Но принц продолжал двигаться, рискуя собой, чтобы достичь своей цели.

Шесть одаренных из армии принца, которые еще держались на ногах, встали рядом с ним.

– Я, признаться, поражен. Вы стали такими сильными, почти всех победили, – улыбнулся принц.

Льдины продолжали падать с неба, но теперь они не таяли, встречаясь с моим щитом. Они застревали в нем, разрывали его. С каждой секундой я слабела и теряла силы.

Раздался взрыв, мой щит пошел рябью и исчез, нас всех откинуло назад ударной волной. В ушах звенело, и я не могла пошевелиться. На минуту мне показалось, что душа покинула мое тело.

– Зря используешь лишь огонь, не он твой главный дар, – сказал принц, готовясь вновь атаковать.

Его сила велика, но он не пытался нас убить, а это значило, что мы должны были уничтожить его до того, как он решит вступить в бой по-настоящему.

Лираша, лежавшая рядом со мной, попыталась восстановить нашу энергию, а я – закрыть всем нам раны, но даже так… мы слишком ослабли. Я безумно жалела, что у Джонатана не было полных сил, сейчас его магия была нужна нам как никогда.

Все звуки затихли, кроме одного. Я услышала выстрел, и в следующий момент на меня попали капли крови, а глаза распахнулись в ужасе. Это оружие было мощнее обычного, которое принц зарядил с помощью своей магии, чтобы удар был неожиданным, быстрым и смертельным.

– Мне необязательно использовать все свои силы, достаточно лишь ослабить вашу бдительность и нанести решающий удар.

– Нет, пожалуйста… – прошептала я.

Снег крупными хлопьями начал падать с неба. Тело девушки лежало неподвижно среди белых одуванчиков, словно на мягкой перине, которая стала ей последней обителью. Кровь, темная и мерзкая, растеклась вокруг головы, образовывая подобие нимба, которое могло быть и благословением, и проклятием. Темные волосы Лираши, небрежно расположенные вдоль плеч, спускались на грудь, а ветер поднимал их вверх. Пушистые снежинки нежно ложились на ее тело, словно цветы в день свадьбы. Смерть забрала ее в свои объятия жестоким поцелуем в лоб. Ее глаза, некогда полные жизни, теперь закрылись навсегда, словно занавес, за которым скрыт тайный спектакль. Время остановилось, а смерть стала победителем. Снег продолжал падать, будто слезы небес, смешиваясь с кровью и пеплом.

Тело Лираши больше не шевелилось. Все, что я видела, – дыру в ее лбу. Я обещала, что мы выберемся все вместе. Я обещала!

На шатающихся ногах я сделала шаг к ее телу, чтобы взять подругу за руку. Ее тело все еще было теплым, и казалось, что она просто спала. Моя девочка просто спала. У меня не получалось даже заплакать. Я не могла поверить в то, что произошло.

Почему Джонатан не успел прочесть мысли принца? Почему Дарен не обратил внимание, что Кристофер целится в Лирашу? Почему я ее не защитила? Почему никто ничего не сделал? Почему… Почему…

Я потянулась к магии крови в попытках залечить смертельную рану. Я буквально пыталась воскресить ее, но мне удалось лишь спрятать дыру во лбу. С чего я вообще взяла, что могу спасти Лирашу… Как нелепо. Что я вообще могу сделать хоть для кого-то… Ноги ослабли, и я погрязла в мыслях, которые уничтожали меня.