— Штормволл, ты проиграл в тот момент, когда твоё желание управлять мной победило здравый рассудок. Держи ты меня поближе, будь ты чуть более открытым — мы бы провели вечность вместе всей семьёй на небесах. Чем чаще ты меня отсылал в мир, чем больше отстранял, тем активнее я искала способ закрыть прошлую пустоту в себе. Я полюбила людей, других богов, землю. Я открыла для себя мир, и всё благодаря тебе. Спасибо, что оказался таким дураком. Спасибо, что доказал свою ненужность в моей жизни.

— Спасибо, что помог нам встретиться друг с другом, — улыбнулся мне Басморт. — Спасибо, что не сдержал ярость и обозлился на людей. Каждый твой шаг, каждое слово сближали нас с Сэриией, отдаляли тебя от всех богов, уничтожали твой дом изнутри.

— Спасибо, — усмехнулась я и сделала шаг навстречу Штормволлу, — что ты такой слабак.

— Как ты смеешь? — молния под его кожей сверкала, стремилась в руки своего хозяина. — Ты думаешь, что можешь просто уйти от меня и создать свою идеальную жизнь?

— Да, именно так, — ответила я, не отводя взгляда. — Я построила свою жизнь без тебя, и это было лучше, чем все твои обманные обещания.

В глазах Штормволла плясали искры, готовые вырваться и разрушить всё вокруг.

— Обманные? — он усмехнулся, но его голос едва сдерживал агрессию. — Ты забыла, кем я был? Я был твоим защитником, твоим богом!

— Защитником? Ты меня запер, — я шагнула ближе, чувствуя, как моё сердце стучит в груди. — Ты не был моим защитником, ты был моим тюремщиком. И теперь, когда я освободилась, я не собираюсь возвращаться в ту клетку, которую ты построил.

И я не имела ввиду золотую клетку со змеями. Я говорила о совей прошлой жизни. О мире, в котором жила, пока не раскрыла глаза.

Штормволл сжал кулаки, его гнев был ощутим кончиками пальцев, как буря, готовая разразиться посреди солнечного дня.

— Ты не знаешь, с кем связываешься, — произнес он.

— Ох, я-то тебя знаю, а вот ты не знаешь, с кем споришь, — ответила я, уверенность наполняла моё сердце. — Я не одна. У меня есть друзья, у меня есть семья. И я никогда не вернусь туда, откуда пришла.

С этими словами я обернулась к Басморту, и он кивнул, готовый поддержать меня в этом последнем противостоянии. Мы вместе, и этого было достаточно, чтобы справиться с любой бурей, даже с той, что собиралась разразиться прямо сейчас.

Штормволл обрушил на нас молнию, сокрушительную и безжалостную. Её сверкающий огненный язык заполнил все уголки пространства, обжигая воздух и отбрасывая нас назад, словно куклы. Белое пустое пространство вокруг начало медленно чернеть, не выдерживая магии, которую пропускал через себя бог молний. Его силы не поддавались описанию — молнии, разрывающие небеса, исходили от его потусторонней сущности, пугающе сверкали и рассекали воздух. Запах гари неистовой бури сводил с ума.

Я никогда раньше не видела ничего подобного. Никогда не сталкивалась с его настоящим гневом и теперь понимала, как он так легко и быстро расправился со всей нашей семьёй.

Каждая молния, бьющая из его рук, была приговором к погружению мира во тьму и разрушение. Штормволл являлся опасностью для всего живого, его существо было наполнено злобой и жаждой уничтожения.

— Надеюсь, мы не опоздали? — улыбнулся Дарлорд появляясь рядом и хватая меня за руку, чтобы я не упала из-за бури, направленной прямо на меня.

Бладсэй смерил безразличным взглядом Штормволла и бросился вперёд, нанося тому раны, заставляя энергию бога течь к ногам. Его магия крови была жестокой и неотступной. Каждое касание вызывало невыносимую боль, разрывая плоть и заставляя врага содрогаться от агонии. Быстрыми движениями Бладсэй отвлекал на себя бога молний заставляя того направлять все силы лишь в свою сторону. Он создавал кровавые шипы, что проходили под кожу Штормволла и разрушали плоть изнутри. Энергия, исходящая от бога крови, ничуть не уступала Штормволлу, но очень напоминала её, словно они близнецы.

Тэлини в этот момент заставила туман цепляться за кожу Таолориса. обвивая его силовыми нитями. Её сила была изящной и утонченной, но не менее смертоносной. Её магия проникала в самые уязвимые места Таолориса, вызывая ему иллюзии, вводя в заблуждение. Но он не шевелился, не сопротивлялся, словно ждал приказа начать бой.

Я собрала свою энергию, распределяя её, чтобы вступить в битву, но тут неожиданно Штормволл направил молнию в Таолориса, и она поразила его тело насквозь. Его тело тряслось, а потом обмякло. Мы замерли не понимая, что происходит, но тут бывший супруг начал вставать. Мышцы окрепли, волосы наэлектризовались, а глазах зажглись искры. Он громко выдохнул и в его ладонях появилась энергия, от которой исходил свет жизни Дженсании, подул ветер, что нес с собой запах Буревола. Он стал идеален, прекрасен, словно в нем жила сама Аривира. Расслабленность в лице указывала на Майодию. Сила сжавшие наши сердца, наполняя их болью, грустью рассказывали нам о любви Корнана, которую он хранил к каждому живому существу и теперь навсегда потерял.

— Ты не просто убил нашу семью, — поняла я, смотря в глаза Штормволла, — ты забрал их энергию и передал ему.

Только Таолорис ещё не знает, что его тело не выдержит все эти силы и вскоре рассыплется. Штормволл сделал из него недолговечное оружие, опасное для всех нас, потому что подобная сила не поддается контролю, и ей нужно выбраться.

Ветряная буря вырвалась на свободу, обретая мощь, невиданную прежде. Она взмахнула своими руками, и магия зашумела вокруг нас, создавая вихри и искры. Таолорис чувствовал, как созданная им сущность преобразовывается, становясь опаснее и могущественнее. В её призрачных глазах мерцали огоньки магии, а полупрозрачное лицо излучало свет, который не могли поглотить тени.

Глава 31

Глава 31

Сильный ветер не давал открыть глаза, и все попытки сделать шаг оканчивались тем, что тебя отбрасывало назад снова и снова. Сквозь бурю до нас доносился шёпот Таолориса. Божественные стражи, которые когда-то были сброшены как гора ненужных кукол, потому что Штормволл создавал новых, улучшенных, двинулись в центр нашей небесной арены. Ветер не мешал им, а шёпот управлял, заставлял идти в нашу сторону, доставая клинки, наполненные магией бога молний. Опасность ощущалась в каждом порыве ветра, сила стражей воплощалась в виде могучих зверей: льва с молниеносной гривой, орла с грозовыми крыльями и туловищем слона, и волка со сверкающими клыками и хвостом ящерицы. Их грозные формы несли на себе мощь непревзойденной божественной силы, готовой расколоть небо.

Я уже и забыла, что бывший супруг — бог сплетен, тот, кто льёт в ваши уши ложь, искажает информацию и обращает её против своих врагов. Его магия была разрушительной, словно ядовитый плющ, проникающий в каждый уголок души. Он ловко переплетал правду с ложью, создавая паутину обмана, из которой не было спасения. Те, кто попадал в его сети, теряли свою истину, становились марионетками в его руках. Он разрушал доверие, уничтожал надежды. Магия Таолориса была как чума, заразная и неизлечимая.

Сплетни Таолориса больше действуют на людей, но могут быть опасны и для богов, для тех, чьё сердце не зажило. Для тех, чья боль, словно расплавленное железо, течёт по венам.

— Не слушайте его! — закричала я и постаралась унести свой разум далеко отсюда, чтобы больше не слышать его голос.

Мой крик не помог Дарлорду, чьи когда-то сверкающие от звёзд глаза помутнели. Из-за того, что я отвлекала себя, я не услышала, что сказал ему Таолорис, но понимала, что единственная рана на сердце бога тьмы — его потерянная навеки любовь.

Я вернула себе слух и услышала отвратительные вещи, которые он продолжал говорить снова и снова.

— Когда я убил её, то перед этим сплёл паутину лжи, где ты стал злодеем в её истории. Я сказал, что ты выбрал небеса, выбрал трон, а меня послал избавить от ненужной девушки, потому что таковы условия Штормволла. Когда я пронзил её сердца я сказал, что ты никогда её не любил. Я заставил сердце смертной разорваться от твоего предательства.

Глаза Дарлорда заполнили слёзы вперемешку с яростью.

Я почувствовала, как сердце бога тьмы сжимается, его лицо исказилось от боли. Я знала, что слова сплетен могут разорвать его, как острый меч. Но я не могла позволить этому произойти.

Я оттолкнула стража, что уже наставил на моё горло клинок и превозмогая силы направилась к Таолорису. Пока он отвлекался на свой шёпот, я схватила его за руку и заставила себя проникнуть в его мысли.

Столько грязи, мерзости, зависти и отвращения я не встречала ни в одной голове. Получив новые силы Таолорис планировал убить всех нас, но и Штормволла тоже, чтобы занять главное место и стать единственным богом. Я пробиралась через его измены, сплетни, жестокое обращения с людьми, пытки и убийства ради удовольствия. Каждый раз, когда я касалась одной из прошлых историй — ощущала, как мои руки чернеют, гниют.

Наконец, я нахожу момент, где вижу любовь всей жизни Дарлорда. На поляне, под лучами заходящего солнца, Алодея стояла одиноко, смотря в небеса. Ее светлые волосы, украшенные цветами, падали на плечи, создавая образ нежной и загадочной красавицы. Руки девушки дрожали, когда она сжимала их в ожидании. Она переступала с ноги на ногу, нервно оглядываясь в поисках бога тьмы — Дарлорда. Алодея с каждой секундой все больше впадала в беспокойство, ожидая возвращения своего возлюбленного. Ее сердце колотилось громче, чем звуки ветра, и в ее глазах мерцали надежда и страх. И вот, она услышала знакомый шорох и обернулась, с улыбкой надеясь увидеть Дарлорда перед собой. Но перед ней стоял лишь Таолорис, который пришел с неожиданными вестями. Ее сердце сжалось от разочарования, но глаза остались полны искренней надежды. Тут он говорит, что пришёл от Дарлорда, чтобы передать ей его слова. Девушка расслабляется при виде незнакомца, раз его знает сам бог тьмы, но держит за спиной клинок, словно это поможет ей в сражении с богом.