— Он не придёт, — говорит Таолорис.

— Что-то случилось? — испугалась Алодея и уронила клинок. — С ним что-то случилось?

Таолорис поджимает губы и расстроено произносит:

— Мне жаль такое говорить, но он выбрал трон. Штормволл сказал выбирать между властью и любовью… Тебя он не выбрал.

— Он бы никогда… — начала девушка.

— Дарлорд играл с тобой, необычно заниматься сексом со смертной, ему стало интересно, — шептал Таолорис и глаза девушки помутнели.

— Дарлорд не такой, — она скинула с себя лживую паутины, в которую так сильно хотел замотать её Таолорис.

— Но я говорю правду, мне незачем лгать какому-то человеку. Такие, как ты не имеют для нас значение. Тебе повезло, что он послал меня, чтобы сказать правду. Мог бы так и бросить в неведении, и ты стояла бы и ждала его годами.

Уверенность девушки в боге тьмы немного пошатнулась.

— Он сказал: «Моя прекрасная мечта — милая девушка, но ей пора понять, что она всего лишь человек».

«Моя прекрасная мечта» — именно так называл Дарлорд свою возлюбленную.

Алодея содрогнулась.

— Бог тьмы никогда никого не любил, и он прислал меня сказать не только это, но и сделать отвратительную вещь, — кладя руку на сердце, сообщил ей Таолорис.

— Если хочешь стереть память о нём, то сотри, — произнесла она с комом в горле.

Сердце девушки замерло от боли, когда она услышала слова о том, что её возлюбленный никогда не любил её. Глаза наполнились слезами, мир вокруг померк. Все моменты счастья казались теперь ложью. Она чувствовала, как разбивается её мечта о вечной любви, как уносятся облака счастья, оставляя лишь пустоту и боль в душе.

— Всё не так просто… Меня попросили убить тебя.

— Убить?

— Дарлорд пришел к выводу, что не следует просто избавляться от ненужных игрушек, а лучше уничтожить их, чтобы исключить возможность искушения сыграть в них снова.

— Я — человек, а не игрушка. Я живая, такая же, как и вы, с мечтами и целями! Почему я должна умереть лишь потому, что вы так решили?

Девушка медленно наклонилась за лезвием, а ее глаза сверкали неподвижным холодом. Лезвие блеснуло в лучах уходящего солнца, когда она крепко сжала его в руке. Таолорис лишь усмехнулся, словно предвидя ее действия. Он достал стрелу и натянув тетиву. Мгновение замерло в воздухе, напряжение нарастало. Сердце девушки билось громко, словно зовущий барабан. Стрела вырвалась из лука, стремительно пронзив сердце девушки. Ее тело дрогнуло, а глаза померкли, словно затушенная свеча. Таолорис медленно опустил лук, его лицо выражало лишь спокойствие и безразличие. Он не спешил приблизиться к упавшей девушке, не видя в этом важности. Для него она была лишь пешкой в игре, лишь мусором на его пути. Тени леса скрыли его фигуру, и лишь шепот ветра и пение птиц сопровождали его уход.

— Так ты не солгал, — произнесла я, выбираясь с разума Таолориса. — Ты правда её убил…

— А зачем мне лгать сейчас?

Я залезла в его голову только чтобы убедиться. Уверена, что Дарлорду это было нужно. Важно знать, на кого направить весь гнев, не жалея сил.

Бог тьмы, услышав нас, обернулся самой ночью, украшенной звездами, сияющей и одновременно напоминающей пустоту, что затянет каждого.

— Спасибо, что оказалась так близко. Ты первая на очереди в моём списке, — улыбнулся бывший супруг. — Такая сильная, вечно строящая из себя правильную, не желающая власти, жалкая, — говорил он, не замолкая, словно выплевывал яд.

— Я любила тебя недостаточно?

— Ты не вступилась за меня перед всеми, не заставила их сделать место для восьмого бога — ДЛЯ МЕНЯ!

— Я думала, что мы уйдём вдвоём. Думала, что они нам не нужны. Ты же никогда не говорил, чего хочешь на самом деле.

Он отбросил меня в сторону и собрал всю энергию погибших богов направляя её на меня, одновременно с этим Штормволл собрал молнии воедино целясь мне в сердце. История повторялась, моя тогдашняя семья пытается убить меня, даже после того как умерли сами.

Только сейчас я сильнее, и этот удар лишь доставит мне боль, но никак не убьёт. Я улыбаюсь и встаю, направляя свою силу в супруга, но не успеваю ничего сделать, потому что вперед вылетает Дарлорд и, не жалея магии, ударяет в грудь Таолориса, а тот отвечает своим ударом в бога тьмы. Внезапно всё, что нас окружало, начинает стираться, исчезать навсегда. Всплеск магии разрывает пространство вокруг, разрушая небеса до основания. Тьма, словно огромная акула, пожирает всё, что только может дотянуться до своих клыков. Мы падаем на землю, дрожащую под нашими ногами, где образуется расщелина, ведущая в саму пустоту. Энергия этого всплеска магии ощущается с бешеной силой, словно огненный ураган, и мы стоим перед лицом его ярости и разрушительной мощи. Земля расходится под нашими ногами, трескаясь и изгибаясь под напором неведомых сил. Я ощущаю, как пустота тянет ко мне свои руки, чтобы вернуть назад ту, что сбежала. Безмолвный зов пустоты звучит всё громче и пронзительнее. Силы магии всплеска обрушивают мир вокруг нас, а я стою на краю пропасти, где встречаются свет и тьма, ждущие своего решения.

Басморт подхватывает меня за талию и оттаскивает подальше.

Мы оборачиваемся, чтобы найти Таолориса и Дарлорда, но всё, что осталось от моего бывшего супруга — пепел. Его тело не выдержало столько магии. Но и бог тьмы лежал неподвижно с дырой в груди. Я бросилась вперед вместе с Тэлини. Она поддерживала его голову и плакала.

— Позаботьтесь о моих богах, им нужен кто-то руководящий, — слабо улыбнулся Дарлорд.

Он был самим взрывом и не смог это пережить.

— Басморт вернет тебя. Накопит сил и сделает всё, чтобы вернуть, — сказала я, сжимая его горячую от магии ладонь.

— Нет. Я этого не хочу. Я уйду к своей возлюбленной.

— Но там пустота, там ничего нет, — из моих глаз потекли слёзы.

Как же ничего? Там души, и я верю, что, несмотря на то что она смертная, всё равно лежит где-то там и ждёт меня. Я сделаю всё, чтобы проснуться и найти её в пустоте.

Я смотрела на его лицо, на его медленно закрывающиеся глаза, и слёзы текут по моим щекам, словно река, несущая боль и отчаяние. Я чувствую, как всё во мне разрывается на части, пытаясь удержать его здесь, не отпускать в неведомое. Мы просили его остаться, выбрать жизнь, бороться за неё. Но он просто лежал тихо, спокойно, без страха. Дарлорд уже сделал свой выбор. Его душа уже в пути к возлюбленной.

— Прощай, — прошептала я. — Надеюсь, что мы больше никогда не свидимся, — я приняла его выбор остаться в пустоте.

— Я буду скучать, мой тёмный друг, — улыбнулась Тэлини, обняв на прощание тело Дарлорда и поцеловав его в лоб.

Басморт положил свою ладонь на грудь Дарлорда, и тот издал свой последний вздох, а на его коже начали расцветать ветириосы.

Бой не был закончен, и Штормволл тоже поднимался с ног, видя, как его собственный дом навсегда исчез. Лицо, искаженное злостью, обернулось к нам. В этот момент из уцелевших после войны и падения небес домов начали выходить люди. Они напуганы, их сердца сжимаются. Кожа покрыта ранами. Они все знали Штормволла, видели его портреты и когда-то поклонялись ему. Лица людей наполнены разочарованием к богу, который предал их. Они шептали молитвы, но все они были обращены ко мне. Они желали мне победы, желали сил, желали мира.

Тэлини с помощью тумана показала людям истинную картину произошедшего, позволила им выбрать, на чьей они стороне, и выбрали они меня как свою защитницу.

Я вышла вперёд, вбирая их молитвы, вслушиваясь в голоса.

— Это еще не конец, — произнес Штормволл, поднимая руки. На них вспыхнула энергия, готовая к атаке. — Все должны молиться мне. Я был первым! Был главным!

Вся моя сила сосредоточилась в одной точке, в моей длани, где пульсировала магия, ожидая своего освобождения. Я почувствовал, как огонь и желание победить слились воедино, готовые послушно идти по моей воле. Потоки пламени образовались в виде икр, напоминающих птиц, что оседали на коже бога молний. Они стремительно приближались к моему врагу, обхватывая его со всех сторон и заставляя замереть от страха. Живая магия поражала врага, разрывала изнутри, как когда-то сделал со мной он.

— Ты не можешь меня остановить! — закричал он, но его слова были заглушены мощным потоком моей силы.

В тот момент, когда пламя в последний раз коснулось его, он исчез, а молния ударила на прощание возле нас.

Я обернулась к друзьям. Мои шаги в их сторону звучали уверенно, и в душе разгорелся огонь решимости. Я никогда не была жертвой — я была охотником.

— Я его ослабил, поэтому ты его так легко убила, — похвалил себя Бладсэй и подмигнул мне.

Его лицо искажала сильная усталость, но бог старался держаться.

— Согласна с тобой. Ты потрясающе постарался, — улыбнулась я. — Вы все потрясающие.

Все мы сегодня устали и каждому требуется отдых размером в пару тысяч лет.

Мы уничтожили копьем поглотителей и стерли их из нашего мира навсегда. Пролом же в земле, нам не удалось скрыть даже магией. Он не убирался и остался вечным напоминаем о битве, что здесь разрозилась. Мы взрастили вокруг него лес, а сам пролом заполнили водой, чтобы никто никогда не добрался до его дна.

После боя мы подняли тело Дарлорда и нашли ту самую заснеженную гору из его воспоминаний. Она возвышалась перед нами, как огромный монумент времени и пространства. Снег, сверкая на солнце, словно алмазы, покрывал каждый склон и вершину, создавая иллюзию вечности и чистоты. Под нашими ногами хрустели снежные кристаллы, будто звезды, упавшие с небес. Наш взгляд устремлялся к вершине, где Дарлорд однажды лежал, наслаждаясь небосводом. Гора была настолько высокой, что казалось, у нас получится дотянуться до звёзд. Но это не так, небо было мирным, никакого больше божественного пространства, и теперь для нас недоступен прыжок так высоко, так далеко… Дождавшись ночи, мы рассыпали его прах по ветру, словно отправляли бога тьмы в последний путь, показывая ему звезды, которые он когда-то обожал.