Я наклоняюсь ближе, наши губы почти соприкасаются. Становится так тихо, что я слышу лишь стук собственного сердца. Затем, с изысканной медлительностью, я выпускаю еще больше магии в одном долгом, чувственном Дыхании Страсти. Оно вырывается из моего рта розовыми завитками, которые вьются вокруг него, а затем исчезают.

Угольки в его глазах мгновенно вспыхивают жарким, бесконтрольным пламенем, и я чувствую его эрекцию подо мной. Интенсивный запах возбуждения заполняет мои ноздри, из-за чего мои собственные глаза расширяются от желания. Ронак издает низкий, гортанный стон, который превращает мои внутренности в желе. Но я жду, ни на секунду не прерывая зрительного контакта с ним. Я чувствую исходящий от него жар, когда его эрекция касается меня.

Затем его рот приближается к моему. Но прямо перед тем, как он успевает коснуться меня, я спрыгиваю с его колен. Он так быстро встает со стула, что тот опрокидывается и с грохотом падает на пол. Ронак тянется ко мне, но я предвижу это, поэтому отскакиваю в сторону, прежде чем он успевает схватить меня.

– Но-но-но, – отчитываю его я, застенчиво пригрозив пальцем. – Ты все еще Не-Первый, помнишь?

Я быстро ухожу в другой конец комнаты, чтобы между нами оказался стол. Ему требуется вся сила воли, чтобы не последовать за мной. Должна отдать ему должное, у этого парня впечатляющее самообладание – я выдохнула в него серьезную дозу Страсти.

Я приподнимаю бровь и упираю руки в бедра, просто потому что знаю, что это приведет его в ярость. Ронак тяжело дышит, свидетельство его желания выпирает из штанов. Он пытается контролировать себя, но я вижу, насколько это… тяжело. Ха!

– Ты сам попросил. Дыхание Страсти. Прикосновения Флирта. Если бы у меня все еще был мой лук и стрелы, я могла бы выстрелить в тебя Стрелой Любви, но я бы так с тобой не поступила. В любом случае вот ваше доказательство, – сладко говорю я, махнув рукой в сторону возбужденного Ронака на другом конце комнаты. – Удачи вам с последствиями.

Эверт смеется над Ронаком.

– О, черт. Нет, такого ты со мной не делала. Я бы заметил. Твою силу можно увидеть, – размышляет он, больше для самого себя, чем для остальных.

– Я же говорила.

– Это было потрясающе. Как ты себя чувствуешь, здоровяк? – произносит Эверт с насмешкой.

– Я слышала, холодная ванная может помочь, – говорю я Ронаку, подмигивая.

С этими словами я разворачиваюсь и неторопливо ухожу, покачивая бедрами, как настоящая задира с шикарным задом. Я так увлечена движениями своих бедер, что забываю, что стала материальной и теперь не могу проходить сквозь стены. Поэтому я врезаюсь лицом в дерево.

– Ой, – говорю я, потирая лицо.

Ужасно неловко. Испортить такой шикарный уход.

Я бросаюсь к двери, открываю ее и выбегаю наружу. Как только я выхожу в сад, то слышу истерический смех парней.

Я успокаиваю себя мыслью о том, что оставила Ронака с ужасной эрекцией, которая не скоро пройдет, не говоря уже о хорошем ударе по его гордости. Это научит его не связываться с Купидоном. К тому же это доказало Эверту, что я не использовала на нем свои силы. Я не могу сдержать улыбку.

Купидон: два. Стена: один. Купидонство во всей своей красе.

Глава 19

Глава 19

Сидя на дереве, я наблюдаю за заходом солнца. Практически весь день я тренировалась летать. Ладно, это ложь. Я занималась всего час, а затем в основном бездельничала и ела фрукты из сада. Ну и что? Я устала, и мои мышцы все еще привыкают к нагрузкам. Но эй, шаг за шагом, верно?

Парни занимались своими делами, так что я весь день была предоставлена самой себе. Попрактиковавшись в полете, я решила залезть сюда и посмотреть на закат. Он отличается от заката в мире людей, где солнце заходит за горизонт, забирая с собой весь свет. Здесь же вместо единой земной коры огромное количество парящих островов, поэтому и закат выглядит иначе. Солнце словно уплывает все дальше и дальше, пока не становится лишь точкой в темнеющем небе, а затем показываются звезды, и луна подходит все ближе и ближе. Похоже на танец, где один партнер приближается, а остальные отдаляются.

На острове спокойно, но я не могу не думать о том, почему парней изгнали сюда. Я хочу спросить их об этом, но, помня реакцию Эверта, понимаю, что нужно действовать осторожно. Может быть, они больше и не хотят убить меня и верят в то, кто я такая, но они мне не доверяют. Пока не доверяют.

– Ты ничему не научилась после своего лазания по деревьям?

Я опускаю взгляд и вижу, как Эверт и Силред смотрят на меня сквозь ветви. До этого я не осознавала, насколько высоко забралась, но теперь вижу, что они довольно далеко от меня.

– Но здесь такой красивый вид, – говорю я им. – Не волнуйтесь, обещаю, что не упаду в этот раз.

Эверт закатывает глаза.

– Спускайся, Чесака. Пора ужинать.

Они знают, что я не могу устоять перед едой, хотя я и объедалась фруктами почти весь день. Я быстро встаю и спрыгиваю с ветки. Снизу доносятся проклятия. Порыв воздуха приветствует меня, когда я падаю, и я трижды взмахиваю крыльями, приземляясь перед ними с глухим стуком.

– Черт возьми, женщина, не делай так.

Я показываю большими пальцами себе за плечи.

– У меня есть крылья, – напоминаю я им.

– Которыми, как ты призналась, ты не умеешь пользоваться, – подмечает Силред.

– Иди, – Эверт хмуро указывает в направлении дома. Я закатываю глаза, но делаю, как мне велят. Я слишком люблю еду, чтобы просто стоять здесь и спорить.

Когда мы заходим в хижину, за столом уже сидит Ронак, которого я не видела с самого утра, когда использовала на нем свои силы. Я беру тарелку и с улыбкой на лице кладу в нее еду. Ронак делает все возможное, чтобы проигнорировать меня, но я не отпущу его так просто.

– Итак, как ты себя чувствуешь?

Ронак пронзает меня убийственным взглядом. Я улыбаюсь в ответ. Эверт смеется и садится рядом с Ронаком.

– Не волнуйся, Чесака. Теперь мы все тебе верим.

Как только я накладываю в тарелку столько еды, сколько могу уместить, то занимаю свое место на полу и начинаю есть. В перерыве между кусочками я спрашиваю:

– Значит, теперь, когда вы осознали, как были не правы, не говоря уже о том, какими вы были грубыми, придурковатыми – да, я делаю это настоящим словом, – злыми, высокомерными, тупоголовыми…

– Достаточно прилагательных, – обрывает меня Эверт.

– В любом случае теперь, когда вы осознали, насколько ужасно поступили со мной в самом начале, хотя я этого не заслуживала, и что я на самом деле абсолютно невиновна во всех ваших идиотских обвинениях, вы расскажете мне, кто вы, черт возьми, такие и почему вас изгнали на этот остров?

Парни обмениваются взглядами, но отвечает Ронак.

– Не твое дело.

– Что ж, это несправедливо. Я рассказала вам мою историю, теперь вы расскажите мне вашу. Кто вы такие? Вы не похожи на других фейри, которых я здесь видела. И если вы скажете, что вы какие-то демоны, я серьезно вам врежу.

Силред и Эверт смеются.

– Мы генфины. Не демоны. По всей видимости, этот остров абсолютно свободен от демонов, – говорит Силред.

– Ну, если не считать тех дьявольских тварей, которые напали на нас. – Я невольно вздрагиваю. – Они были ужасны.

– Да, раньше остров кишел ими. Нас чуть не растерзали до смерти, когда мы впервые оказались здесь, но, к счастью, за эти годы нам удалось существенно сократить их численность. Обычно мы знаем, где расположены их логова, но эта стая застала нас врасплох. Как правило, они не подходят так близко к хижине.

– Что, если они придут сюда? – спрашиваю я, пытаясь говорить спокойно и ровно, но с треском проваливаюсь. Я ничего не могу с этим поделать, они чуть не убили меня и не отгрызли мне ногу.

– Они не придут, Ронак разобрался с ними. Мы будем есть их до того самого момента, пока не покинем остров.

Я морщу нос, но не могу проигнорировать переполняющее меня облегчение.

– Значит… генфины. Я ничего не знаю об этом виде фейри, – говорю я, выуживая ответы.

Эверт скрещивает свои внушительные руки на груди и откидывается на спинку стула, его черный хвост покачивается у него за спиной.

– Ничего удивительного, ты бы вряд ли встретилась с нами. Наша численность довольно жалкая. Плюс, как правило, мы стараемся держаться нашего главного острова, который находится примерно в тридцати островах в ту сторону, – говорит он, показывая большим пальцем через плечо.

– Не могу представить почему, вы ведь так дружелюбны с чужаками.

Эверт выпрямляет руки и наклоняется вперед, его голубые глаза озорно светятся.

– Я покажу тебе, насколько дружелюбным я могу быть.

Боги милосердные, думаю, мои женские части только что сделали перекат и начали плавиться. Лежать, девочка. Я оценивающе смотрю на него.

– Значит… секс можно вернуть на стол переговоров?

Силред давится водой, которую пьет, и Эверт хлопает его по спине, что нисколько не помогает.

– Я не против секса на столе, – говорит Эверт с ухмылкой.

Я раскатисто смеюсь. Вот теперь начинается веселье. Именно этого я хотела… всегда. Флирта, игр, желания. Кожу покалывает от восторга, я чувствую, как мои силы Купидона собираются прямо под кожей, умоляя высвободить их. Мои перья взъерошиваются, привлекая взгляд Эверта.

– Может быть, ты и не против, – говорю я, – но меня все еще нет в меню.

Губы Эверта расплываются в широкой хищной улыбке.

– Хм, придется это исправить, – говорит он, на что я пожимаю плечами.