— Да снова столкнулся с этой… любительницей ипсума.

Карл выглядел озадаченным.

— Правда? И что, на этот раз сдал ее страже?

— Нет. Спас от карманника.

— Ты растешь в моих глазах, друг. А я говорил! Нужно развиваться, выходить из зоны комфорта, пробовать себя в чем-то новом. Скоро ждать твоего перевода в городской патруль?

— Заткнись.

Карл скорчил незабываемую гримасу, которая показывала, что он, конечно, заткнется, но и ко мне вопросики все еще остались. И один из них он, кстати, не преминул задать.

— А где же тогда поруганная мантия?

Надо же. Запомнил.

— Через неделю принесет, — буркнул я и поспешил скрыться в своем кабинете.

Как я был наивен, думая, что Карл не последует за мной.

— Так через неделю у вас будет третье свидание? Снова на городской площади? — спросил он, закрывая дверь.

— Не смеши. Я не собираюсь приходить. Сдалась мне эта мантия.

— Ну, видимо, сдалась, раз ты из-за нее уже второй раз на работу опаздываешь. Хотя мне уже начинает казаться, что дело совсем не в мантии.

Пресс-папье отправилось в свой стандартный полет по заданному маршруту. Карл, по обыкновению, уклонился, и мой снаряд врезался в дверь, оставив еще одну вмятину.

— Знаешь, у тебя здесь скоро можно будет карту звездного неба чертить по этим отметинам, — сказал Карл, изучая вмятины на двери. — Не думал, заказать железную?

— Думал о смене ассистента.

— Жестокий ты человек, Реймонд. Наверное, уже присмотрел кого-то на мое место? Ту самую любительницу ипсума, да? — издевался Карл, завывая театральным голосом актера плохой драмы.

— Еще одно слово, и на этот раз пресс-папье действительно полетит к тебе в голову.

Поняв, что на этот раз угроза реальная, друг ретировался. А я в который раз за сегодняшний день задумался.

На этот раз о том, почему помимо еще одного катапультирования пресс-папье в голову Карла мне хотелось сообщить, что любительницу ипсума зовут Вики, чтобы он перестал называть ее так пренебрежительно…

Глава 27

Глава 27

Моя жизнь в моем выстраданном домике потихоньку устоялась. Лишнюю мебель и ковры забрали, полы получилось отмыть. Причем оказалось, что под коврами был спрятан шикарный паркет.

Стены в тех местах, где были самые большие потертости, я пока просто завесила тканью, соорудив что-то вроде штор. Смотрелось в целом так себе и, по моему мнению, немного напоминало стереотипный бордель.

Хотя откуда мне знать, какими эти заведения были на самом деле. Я-то их видела только в фильмах. И дай бог, чтобы так и оставалось.

В любом случае, я постаралась подобрать ткани так, чтобы сходство с домом разврата было минимальным.

Слава мирозданию, что в этом мире не царило махровое средневековье, как его описывают в учебниках истории. Здесь города были достаточно развиты. Просто основной цивилизации служили не технологии, а магия.

Так, благодаря этому прогрессу имелись почти привычная канализация, ванная и туалет. И печка на кухне была достаточно удобна.

Я не понимала, как именно это работает. Впрочем, знать и не хотела. Мне хватало того, что я могла пользоваться результатом.

В своем мире я тоже не разбиралась в принципах канализационной системы. Не представляла, почему из крана течет вода, и какие процессы для этого задействуется.

Для меня всегда было главным то, что эта вода была. Здесь действовал такой же принцип.

Возможно, когда-нибудь, я захочу разобраться, но точно не сейчас.

Неделя, отведенная мне на доработку мантии, почти истекла. За это время я успела привести дом в относительный порядок, найти местный рынок и оценить качество тканей, которые здесь продаются, взять несколько отрезов для драпировки стен и дивана.

Убегая из дома Адалин, я боялась, что в основном здесь все ходят как раз в таком варианте платьев, что достала мне Мия — ткань а ля дерюга и фасон мешка из-под картошки.

Но в столице можно было достать ткани всех возможных расцветок и плотности. Продавцы уверяли, что цвет не вымоется.

Впрочем, это еще предстояло проверить на практике.

А пока что я даже не думала о том, чтобы начать предлагать кому-то свои услуги. Необходимо было закончить с этой чертовой мантией.

Я вообще не понимала, почему я так стараюсь. Надменный гад не вызывал никаких теплых эмоций.

— Я Реймонд Хольт, — передразнила я, делая очередной стежок. — А я Виктория Риднева! Единственная и неповторимая попаданка. Эксклюзивный бескрылый дракон, который не может обратиться. Спешите видеть, только сегодня и только сейчас!

Злость на этого Хольта иногда превышала все пределы и даже начинала нервировать.

Потому что злиться на него было нельзя. Ну никак. И в конфликт с ним вступать было нельзя, причем не только Вики Рид, но и Адалин Фолкин тоже.

Реймонд у нас оказался птицей высокого полета. Точнее, драконом. Целый Верховный. Тот самый, один из четырех приближенных к императору.

Этот конкретный отвечал за юстицию.

Зато все встало на свои места. Стало понятно, почему каждое его слово звучало как приговор. У нас тут целый Верховный судья.

Так что нужно было молчать в тряпочку и улыбаться, когда он обливает презрением. И делать вид, что я не хочу придушить эту сволочь.

Ведь именно из-за него я не могу начать работать. Мне бы стоило разместить объявление, начать принимать заказы, а не вышивать это дерево жизни бесплатно!

Даже не за спасибо! Я уверена, что от него ни одного хорошего слова не дождешься.

Ладно, Вика, нужно сосредоточиться на хорошем. Зато я заказала стол в ту самую маленькую комнату на втором этаже. Она была узкой, но со своим окном, которое оказалось почти во всю стену.

Стол я заказала как раз по всему периметру окна. Очень удобно будет работать именно там. А рядом можно будет поставить стеллаж со всеми инструментами и расточниками.

Представив такое великолепие, я зажмурилась от удовольствия.

Эх, жаль было только того, что деньги таяли с предельной скоростью. Аренда дома, покупка необходимых вещей, ткани, которые пошли на обустройство гостиной на первом этаже, чтобы можно было принимать клиентов, стол еще этот…

В общем, вопрос заработка казался все более актуальным.

Нет, если перестать так активно тратить, то около полугода я без проблем протяну. Но не хотелось бы жить на сбережения. В идеале их нужно приумножать, расширяя свой бизнес, а не проедать.

Именно поэтому я ругала этого Реймонда Хольта каждый раз, когда садилась за вышивку. А это, нужно сказать, занимало у меня минимум три часа в день.

Я очень надеялась, что ему хотя бы икалось!

Наконец, когда весь рисунок был полностью закончен, я бережно выстирала мантию, причем сама, не обращаясь к услугам прачек, как делали почти все в этом районе.

Но я слишком переживала за ткань. Поэтому стирала в ванной, причем в холодной воде, чтобы точно ничего не полиняло и не усело.

Непрофессионально, конечно, ну да ладно. Если у него потом что-то где-то пойдет не так во время стирки, это уже будут не мои проблемы.

И вот теперь, когда мантия, наконец, высохла, я смотрела на красоту, которую создала.

Ствол дерева был достаточно толстым, и создавалось ощущение, словно он сплетен из разных ветвей. Я специально добивалась такого эффекта, вышивая нитками разного оттенка, чтобы прорисовывать тени и отблески.

Ветви извивались, создавая причудливый узор, который уходил на лопатки. Корни практически повторяли рисунок ветвей, но были чуть менее масштабированными.

И все это в золотых оттенках лишь с небольшим добавлением коричневого и белого.

Все получилось так, как я и задумывала. На солнце создавалось впечатление, что дерево светится колдовским светом.

Стало до слез жаль, что я не могу это сфотографировать. Это ж какая вкусность для портфолио пропадает!

А еще стало жаль отдавать эту красоту синеглазой сволоси. Что-то мне подсказывало, что он не оценит. Наверное, снова будет строить свои презрительные гримасы.

Но делать нечего. Придется идти и постараться улыбаться. А день Х уже завтра…

Глава 28

Глава 28

Из одежды я пока не успела сшить себе слишком много. Хоть и собиралась.

Не то чтобы я была шопоголичкой в прошлой жизни и стремилась иметь гардероб размером с боинг. Но стилист должен выглядеть хорошо. Стильно, сказала бы я, если бы не боялась тавтологии.

Поэтому начала я с того, что сшила себе стандартную черную юбку в пол на завышенной талии. Такая база всегда в гардеробе пригодится.

А дополнила я ее блузой из удивительного зеленого шелка в мелкий цветочек.

В Москве при виде такой расцветки я бы не просто скривилась. Я бы продемонстрировала все оттенки отвращения. Но сейчас, под миловидную внешность Адалин… Очень хотелось попробовать именно такие милые вещи.

Конечно, оставайся я рыжеволосой и не прячь веснушки, эффект был бы лучше. Но и так вполне неплохо получилось.

Густые темные волосы с легким медным отливом лежали на спине крупными кольцами, выкрашенные в черный цвет ресницы делали взгляд более глубоким и почти кукольным. А романтичная блуза только подчеркивала этот образ, превращая меня в коллекционную статуэтку.

В общем, мне безумно нравилась моя реинкарнация.

Оставалось только дополнить образ корсетом. Тем более их здесь носили так же часто, как у нас нижнее белье. Только аристократки под одеждой, а простое сословие — на выпуск.

Но меня эти орудия пыток всегда смущали, поэтому я предпочла просто широкий ремень. Ничего, авось в обморок не попадают от моего вида.