Вдруг мое внимание привлек заезжающий на территорию поместья белый экипаж. Он остановился у главной лестницы входа и возница спешился. Подбежали слуги, распахнули двери кареты, из которой вышли две дамы. Я улыбнулась, узнав свою любимую бабулю и леди Сельвию.

Драконица махнула рукой и к экипажу подъехала огромная крытая повозка. Набежало еще больше прислуги. Они начали разгружать повозку и у меня глаза округлились от множества ящиков и свертков с товарами.

– Они что, всю ночь закупались? – вырвалось вслух, а потом я взглянула на настенные часы и поняла, что совсем потеряла счет времени, пока принимала ванну, а потом завтракала, варясь в тревожных мыслях, ведь уже почти полдень.

Посмотрела на спящего сына и решила, что пора и ему встретить новый день в гостях у четы Вокс. Предвосхищая сотню детских вопросов, заранее придумала на них ответы. Мягко поглаживая, разбудила Грейсона улыбкой.

– Вставай, сыночек, надо умыться и позавтракать.

Он сел в кроватке и сонно оглянулся.

– Не пугайся. Помнишь, отец Элиаса нас вчера забрал? – он коротко кивнул. – Мы у них пока поживем.

– Почему? – потер он заспанные глазки.

Я набрала полную воздуха грудь и решилась на серьезный разговор с сыном. Рано или поздно он все равно узнает, кто такой на самом деле его родной отец и почему ему не стоит доверять.

– Много лет тому назад я встретила твоего папу Харона и мы поженились, – начала я историю, будто сказку рассказывала. Попутно поглаживала Грея по волосам и смотрела ему прямо в глаза, – но тетушка Шаэла никогда меня не любила. Хотела для племянника другую жену. Однажды, во время занятия по верховой езде, лошадка скинула меня на землю, и я сильно ударилась спиной. Ноги отнялись, и я не смогла больше ходить. Помнишь то кресло с колесами, в котором я часто сижу рядом с плантациями виноградника? – Грей снова кивнул, но уже с приоткрытым ртом. Значит, история его увлекла. – Вот в таком сидят люди, которые сильно болеют и не могут ходить. Харон всегда стеснялся, что у него жена калека. И однажды он заставил меня подписать бумаги о разводе. Отправил меня в загородное поместье, чтобы снова жениться на другой девушке. Но коварная тетушка хотела совсем от меня избавиться и подговорила мою сиделку, чтобы та сбросила меня со скалы прямо в горную речку. И она это сделала. Но меня спас дедушка Гюнтер, принес к себе домой и познакомил с Алеттой. Они нарекли меня новым именем и взяли в свой род, как родную внучку. Вскоре я узнала, что ношу под сердцем ребеночка, – он заулыбался, когда я потрепала его за щечку. – Когда я тебя родила, то сразу встала на ноги. Твоя магия меня вылечила. Мы бы так и жили, как раньше, ведь Харон не знал, что ты родился. А когда узнал, захотел отнять тебя у меня, потому и выкрал. Но мы с тобой смелые! Мы сбежали! И теперь нам безопаснее оставаться здесь под защитой генерала Вокса. Понимаешь?

– Папа тебя бросил, – опустил он печальный взгляд и по-взрослому взял меня за руку. – Я тебя, мамочка, никогда не брошу, – кинулся мне на шею и обнял так крепко, что дышать стало трудно. Слез умиления я сдержать не сумела. Прижимала к себе сына и благодарила богов, что он у меня такой чудесный! – Он хотел назвать меня Ксандер. Сказал, мы будем вместе жить.

– Так не будет, солнышко. Он хочет все вернуть, но у нас с тобой другая жизнь.

– И кораблик подарить обещал. Соврал, да? – отпрянул он от меня, чтобы заглянуть в глаза.

– Харон богат. Может, не соврал. Но нас с тобой ни чем не купишь, правда? – он сощурился и смахнул слезу с моей щеки.

– Не плачь, мамочка, я не пойду к нему жить. Я тебя больше всех люблю…

Раздался громкий и настырный стук в дверь, не трудно было догадаться, кто нарушил нашу с сыном идиллию.

– Входите! – разрешила я.

Словно ураган в комнату ворвался! Сначала прислужники с коробками, а потом и две неугомонные женщины.

– Бабуля! – обрадовался Грейсон и побежал к старушке.

– Доброго дня! – заулыбалась Сельвия. – Принимайте подарки. Мы с Алеттой купили все, что нужно для жизни юному дракончику и его прелестной маме.

– Благодарю, – взглянула я на башню из коробок.

– Подарки! – захлопал в ладоши Грейсон и первым кинулся распаковывать товары.

До самого глубокого вечера лишь с одним перерывом на обед мы разбирали коробки. Чего там только не было! Вещи, обувь, игрушки, текстиль для комнаты и множество милых мелочей, даже магический ночник для Грейсона в виде белого дракончика.

Мы радовались, шутили, играли в настольные игры и я совсем забыла о бедах. Особенно забавно было наблюдать за тем, как Сельвия пытается научить Алетту вышиванию, а та в свою очередь рассказывает о виноделии. Споры о том, что для женщины лучше, не утихали. Даже Грейсон в них участвовал, рассказывая о качестве бочек. Вот уж чему моего сына бабуля научила с пеленок, так это разбираться в сортах винограда и бочках! Признаться, я и сама уже соскучилась по рабочей суете, бумагам, контроле качества и сейчас бы с особым удовольствием после очередных переговорах с новым покупателем посидела бы в кресле Гюнтера у плантации. Виноградники особенно прекрасны на закате. Будто в это время ягоды и наполняются своим неповторимым цветом и вкусом, забирают у солнца остатки тепла и света. Эти мысли утешали и погружали в давно забытое умиротворение, но пора уже привыкнуть, что счастье не может длиться долго…

– Госпожа, – когда личная прислужница Сельвии ворвалась в покои с округленными от страха глазами, я сразу все поняла, – там у ворот канцлер Харон Кроу с вооруженным отрядом стражи. Требует встречи с сыном!

Глава 30 Харон Кроу

В эту ночь родовое гнездо Кроу было особенно пустым и безликим, будто всю жизнь выкачали из дома. Шаги Харона отражались эхом от каменных стен – звуки одиночества и уныния, но дракон пока не знал, что Амели с ребенком не дождались его возвращения. Он верил, что остаток ночи в объятиях бывшей жены скрасит ужасные новости о беременности Холли. По лестнице он вспорхнул с улыбкой, но она померкла, когда канцлер увидел распахнутые двери детских покоев. Забежал в комнату и позвал сына по новому имени, убедился, что ребенка нет и побежал в супружеские покои.

Тишина и пустота… На столике у камина недопитый бокал вина, нетронутые фрукты.

– Амели! – закричал на надрыве и со злости перевернул стол. Раздался грохот, который привлек внимание стража, идущего по коридору.

– Господин, – застыл мужчина в поклоне на пороге комнаты, – леди Амели с сыном ушли, пока вас не было, – доложил он спокойно, чем окончательно вывел Харона из себя.

Дракон подскочил к мужчине и схватил его за горло, заставляя смотреть ему прямо в глаза.

– Я же сказал тебе никого не выпускать!

– Простите, – прохрипел страж, застыв невольной куклой в сильных руках хозяина, – но вы не давали такого распоряжения. Вы просили меня остаться с леди. Я не знал, что она здесь пленница и не может уйти со собственному желанию, – глаза мужчины покраснели от недостатка воздуха и дракон разжал пальцы.

– Как она могла уйти?! Пешком?! – ухватив стража за шкирку, Харон втащил его в спальню и припечатал к стене.

– За ней приехал экипаж с гербом рода Вокс, – пожал он в страхе плечами. – Вы всегда говорили, что поместье открыто для вашего друга адмирала. Простите, но не было иного распоряжения.

Харон осознавал, что страж прав и это он допустил оплошность, не раздав четкие приказы охране. От отчаяния дракону захотелось выплеснуть весь тот гнев, что кипел внутри и он закричал:

– Где Фергус?! Веди его сюда, живо!

Мужчина откланялся и Харон вышел из покоев в коридор. Не хотел заляпать кровью предателя дорогие ковры. Захлопнул дверь и сжал кулаки, чувствуя, как душевная боль заполняет грудь. Не ожидал он удара в спину от Холли. Всегда думал, что уж она-то его любит, но увы. Даже Амели не осталась на ночь, как обещала. Забрала единственную маленькую светлую душу, которая его полюбила таким, какой он есть. Харон знал, что за сына он свернет горы, не позволит никому отнять у него наследника. Но сейчас перед ним стояла цель жестоко наказать предателя, посягнувшего на его законную жену!

Фергуса привели быстро и по жесту хозяина поняли, что лучше покинуть коридор. Страж по обыкновению склонился перед драконом.

– Холли беременна, – с виду отрешенно сказал Харон и Фергус поднял на него затравленный взгляд. – Говорит, от тебя ребеночка ждет, – ухмыльнулся дракон.

Фергус молчал.

– Это так ты отплатил мне за доверие?! – повысил он голос. – Отвечай, тварь! Хорошо развлекся с моей женой?! – но стражу нечего было ответить. От страха он и вовсе дар речи потерял.

А Харону и не нужны были ответы. Он все видел по глазам предателя и обрушился на него без предупреждения, сбивая парня с ног первым же ударом по лицу.

Страж упал на пол и закрыл голову руками, но Харон поднял его и начал бить, словно он не живой человек, а тренировочная груша. Только когда Фергус потерял сознание и лужа крови украсила каменный пол, дракон остановился и велел охране забрать и выкинуть парня за ворота поместья. Ощутив прилив сил и хоть малое, но удовлетворение, Харон смыл с рук кровь, переоделся в служебный костюм императорского канцлера и собрал весь отряд своей стражи в холле.

– Мы едем в поместье Вокс за моим сыном! Будьте готовы к нападению! Если встретим сопротивление, будем прорываться! – распорядился Кроу и повел отряд за собой к подъездной дорожке поместья.