Первой за ворота выехала конница, а за ней карета. Лошади промчались мимо избитого Фергуса и грязь из-под колес экипажа черными брызгами окатила предателя. Сидя в карете, Харон даже не думал о судьбе парня, все его мысли крутились лишь вокруг сына и Амели. С намерением воспользоваться своим привилегированным положением он задумал забрать свою семью раз и навсегда. Если понадобится удерживать Амели в поместье насильно, он пойдет на это! Их сближения с Элиасом он никогда не допустит! Сын будет расти под покровительством родного отца!

На территорию владений Вокс Харон въехал с воинственным настроем. Он знал, что если драконы не впустят его в свое поместье – это будет нарушением. Как имперский канцлер он имеет полное право войти в чужой дом и забрать то, что принадлежит ему по праву. Столкновение сил будет означать нападение на должностное лицо, приближенное к императору. А за такое могут не только погоны полететь, но и голова с плеч.

Харон знал Вернона Вокса как смелого и рассудительного генерала в отставке. На его счету немало заслуг перед империей, но даже его связей не хватит, чтобы противостоять власти Харона. Он не посмеет противиться прямому приказу канцлера! Но уверенность в этом немного пошатнулась, когда Кроу заметил мерцание магического купола рода Вокс над поместьем. Пробить защиту рода в силах лишь представители более мощного рода драконов, но Харон не обладал такой возможностью. Род Кроу медленно вымирает и похвастаться магической силой гнезда дракон, увы, не мог.

– Открыть ворота! Это приказ канцлера! – вышел Харон из экипажа и крикнул постовому.

– Господин приказал никого не впускать! – грозно ответил главный страж Вокс.

– Скажи хозяину, что канцлер Кроу приехал за сыном и никто не вправе препятствовать! – вцепился Харон в прутья калитки и посмотрел на знакомый цветочный сад.

Страж отослал послание прислужнику и кивнул. Кроу застыл изваянием, ожидая ответа. Подал знак отряду, чтобы стояли на месте, а сам смотрел на мерцающий магический купол. Вскоре увидел, как леди Сельвия выходит из дома и направляется к воротом, значит, Вернона нет, иначе он бы не отправил жену на переговоры. Что ж, это большая удача. Уговорить драконицу впустить его в поместье будет гораздо легче.

Но не успел Харон сполна порадоваться встрече с доброй женщиной, как небеса содрогнулись и широкая тень легла на весь его отряд. Огромный белоснежный дракон стремительно снижался над поместьем и надежда Харона рассыпалась пеплом. Элиаса в перевоплощении он узнал сразу! Пока адмирал приземлялся и принимал человеческий облик, мысль, что он вернулся из Роунта слишком рано, проскользнула в голове Харона. Неужели дело рук Вернона и Элиас теперь знает, кто такая Амели?

Обняв мать, адмирал отправил ее обратно в дом и широкой поступью двинулся к воротам. Не побоялся выйти за пределы поместья и приблизиться к Харону.

– Чем моя семья заслужила такую великую честь, чтобы сам канцлер с вооруженным отрядом посетил наш дом? – начал Элиас вовсе не с приветствия. После того, как в его руки попало письмо от матери, в котором говорилось о прошлом Лиоры, он забыл о спокойствии. Чудом получилось вырваться из Роунта, где до сих пор длились переговоры с парламентером, но связей Вернона хватило, чтобы заменить сына собой в этой миссии.

– Тебе рассказать или сам уже знаешь? – ухмыльнулся Харон и гордо вскинул подбородок, не постеснявшись заглянуть прямо в серые глаза бывшего друга.

– Не стоит. Лучше сократить время нашего общения. Я в тебе жестоко ошибся, Харон. Будет лучше, если ты уберешься с моих земель и забудешь сюда дорогу! – белая магия овила запястья дракона, кулаки невольно сжались.

– Я бы и рад не ступать на эти земли, – скривился с отвращением Харон и тоже стиснул кулаки, – но в твоем доме есть то, что принадлежит мне. Ты же не думаешь, что я просто уйду без ничего? Я пришел за женой и сыном.

– Она не жена тебе! – с рычащими нотками в голосе возмутился Элиас.

– Так и тебе она никто, – рассмеялся Харон. – Сына мне приведи и я уеду, – чтобы избежать кровопролития, Кроу решил отступить в вопросе Амели на данный момент. Он знал, что никуда она не денется и явится за ребенком. Вот тогда уже точно останется по собственному желанию.

– Нет! – грозно отрезал Элиас. – Грейсон останется под защитой моего рода! Ребенок будет жить с матерью!

Харон опешил. Вот уж не ожидал от вечно улыбчивого и добренького адмирала такой жесткости в решениях.

– Я сочту это, как сопротивление и нарушение закона! Перед тобой императорский канцлер, а не местный кузнец! Хочешь, чтобы я разгромил твою охрану и вошел силой?! – глаза дракона наполнились яростью. Он готов был в любой миг начать бой.

– И чего ты этим добьешься? Дом под куполом. Мой род сильнее! – Элиас был прав и от этого Харон злился еще больше. – Лиора и Грейсон не выйдут из поместья, даже если ты разобьешь лагерь у моих ворот! Я не позволю тебе проливать кровь стражей. А если хочешь сразиться, я всегда к твоим услугам.

Больше всего на свете Харону хотелось уничтожить соперника, но ему ли не знать, какой силой обладает оппонент. Не только связи отца продвинули Элиаса по службе. С самого детства он тренировался и упрямо шел к своей цели.

– Это мой единственный сын, других не будет, – понизил он голос, стараясь вызвать в бывшем друге хоть толику понимания и сочувствия.

– Я люблю Лиору и женюсь на любимой женщине. Мне неважно, что в прошлом она была твоей супругой. Она будет счастлива, если сын будет рядом. Ты уж прости, Харон, но мне ее счастье дороже твоего. Забрать Грейсона не позволю. Уходи, – указал он взглядом на дорогу.

– Ты знаешь, что я имею законное право на единственного наследника!

– Так и действуй в рамках закона. Своим положением ты меня не испугаешь. Поверь, я всегда найду выход! – Элиас говорил четко и уверенно, а Харон понимал, что сейчас ничего не может сделать.

– Уходим! – приказал он отряду, надменно посмотрел на адмирала и прошипел: – Она твоей никогда не будет, – развернулся и широким шагом направился к экипажу.

Глава 31

Глава 31

– Прекрати нарезать круги! – смерила меня строгим взглядом Алетта, но я уже не могла остановиться. Как только Сельвия вышла из комнаты, чтобы встретиться с Хароном, сердце затрепетало в груди до противной боли.

Грейсон забрался на подоконник и увлеченно смотрел в окно, а бабуля сзади его придерживала.

– Вот неугомонный, а! Это же надо! Ты только глянь, целый отряд головорезов с собой приволок! Наглец!

Я подбежала к широкому окну и отодвинула тяжелую портьеру. Увидела тонкую фигурку Сельвии, что направилась к воротам, за которыми скопилось целое войско стражей Кроу и сам хозяин этого безумия. Пораженная страхом, я забыла, как дышать. Хоть бы он не навредил драконице!

– Харон же канцлер. Сейчас будет права качать! – фыркнула я, продолжая опасаться за хрупкую Сельвию. – Надо мне выйти! – не смогу просто стоять и смотреть на это через окно! Совесть сжирала изнутри. – У Воксов не было бы проблем, не появись я в их доме.

– Угомонись! – прикрикнула старушка. – Вернон сказал тебе сидеть и не выходить! Вот и сиди! – махнула она рукой, игнорируя мое беспокойство. – Только хуже сделаешь, – Алетта одарила меня осуждающим взглядом и я понимала, почему. Наверное, не стоило действовать в порыве эмоций и приезжать в поместье Кроу одной, но в тот миг я не видела другого выхода.

– Я думала…

– Смотри, мама! Смотри! – пальчиком указал Грей в небо и я забыла, как хотела парировать высказывание бабули. Прижала ладони ко рту, чтобы не закричать от восторга.

– Святая бочка! Дракон! – восхитилась Алетта.

– Он белый, мама!

Шок, который я испытала, когда Элиас приземлился и принял человеческий облик, ни с чем не сравнить! Какое же было счастье увидеть его живым и здоровым! Я не прекращала осенять окно святыми знаками, выказывая благодарность богам. И почему он сразу не сказал, что у него тоже белая магия, как и у моего сына? До чего же он прекрасен! Я будто видела своего сына в будущем. Потрясающе!

Элиас трогательно обнял мать и поднял взгляд на окна поместья. Грейсон тут же помахал адмиралу рукой и тот широко улыбнулся. А потом приосанился и смело двинулся к воротам, отправив драконицу обратно в дом.

– Ой, Лиора, красивый он у тебя! Вот точно мой Гюнтер в молодости! Вот точно! – причитала бабуля и мечтательно закатывала глаза. – Сейчас он с паскудником разберется! Вот увидишь!

– Он не убьет папу, ба? – искренне распереживался Грей.

Я обняла ребенка и шепнула ему на ушко:

– Все будет хорошо, – верила ли в это сама?

Но ничего не поделаешь. Нам оставалось лишь смиренно наблюдать за драконами, которые стояли напротив друг друга и о чем-то говорили. Даже Алетта затаила дыхание, не выронив ни слова. Больше всего на свете я сейчас боялась, что на наших глазах развернется кровопролитный бой. То и дело прижимала свободную ладонь ко рту, когда Харон всплескивал руками. Казалось, я застыла мухой в янтаре и никогда не дождусь исхода этого разговора. Сердце в груди колотилось с такой силой, что его стук отдавался в висках. Еще немного и от напряжения рухну в обморок! Но каким же было мое изумление, когда бывший муж отступил и забрался обратно в карету!

С облегчением выдохнув, я еще крепче обняла сына и посмотрела на бабулю.