Я сердито посмотрела на нее и услышала, как ее смех разнесся по коридору.
Уорик бросился на меня. Я отступила и ударилась о стену.
Когда он приблизился ко мне и врезался в меня грудью, я вздернула подбородок. Он тяжело дышал.
– Ты понимаешь, насколько это было безрассудно?
В гневе Уорик прижал руку к стене у моей головы.
Я молча открыла рот.
– Ты хотела, чтобы тебя поймали?
Я сердито посмотрела на него.
– Потому что только так я могу объяснить твою выходку, – произнес он насмешливым тоном, его губы почти касались моих. В этом положении не было ничего соблазнительного. Уорик насмехался надо мной. – Неужели ты настолько глупа, чтобы попытаться сбежать домой… при свете дня? Пока тебя ищут? Думаешь, я выхожу на улицу, чтобы насладиться погодкой? Я шпионил и наблюдал. Мне казалось, когда я сказал тебе, что улицы кишат охранниками-фейри, ты приняла мои слова к сведению.
– Похоже, они ищут только меня, – возразила я низким голосом.
Уорик оперся на мои предплечья, прорываясь в мое личное пространство.
– Любой, у кого есть мозг, понимает, что ты попытаешься прорваться в Леопольд. Слежка установлена за каждым участком стены, и они схватят тебя прежде, чем ты успеешь сделать шаг. За твою голову объявлена награда, так что тебя ищут все. Пожалуйста… скажи, что ты не направлялась в Леопольд. – Уорик наклонил голову, словно ожидал моего ответа. Я ощутила смущение. – Неужели вооруженные силы людей не вбивают в своих солдат хоть толику здравого смысла?
– Иди к черту, – прорычала я.
Исходящее от него презрение угнетало меня. Уорик был прав. Я поддалась эмоциям, моментально забыв все, чему меня учили. Я не думала, что за мной так серьезно охотятся. Мне казалось, я смогу легко затеряться в толпе и без проблем добраться до стены. Дом был так близко.
Уорик стянул с меня капюшон. Возникло ощущение, что меня раздели догола. Он посмотрел мне в глаза.
– И даже не попрощалась?
Мы дышали в унисон, мне так хотелось его оттолкнуть, ударить о стену и…
Я отвела взгляд, откидывая эти дикие мысли.
– Я не угрожал Рози. Я просил тебя не выпускать не потому, что мне нравится играть с тобой.
– Разве нет? – Я вскинула голову и заскрежетала зубами. Уорик прижал меня второй рукой к стене, его взгляд впился в меня, как острые зубы. Его губы были так близко, я ощущала жар его дыхания. Ногтями я впилась в ладони. – Похоже, ты это любишь.
Уорик наблюдал за мной.
– Чего ты хочешь, Уорик? – Я вздернула подбородок еще выше. – Ты мне ничего не рассказываешь. Даже то, как мы сбежали. Все было спланировано. Кем? Почему ты спас меня? – Он сжал губы. – Ты держишь меня рядом с собой не из-за заботы. Чем ты лучше тех, кто охотится за мной?
Мы смотрели друг на друга. На его лице появилась эмоция, которую я не смогла расшифровать.
– Будь готова после захода солнца. – Он резко отвернулся, откинул капюшон и неторопливо направился к двери. – Я вернусь.
– Что? – Я оттолкнулась от стены. – Куда мы пойдем?
– Мы не можем здесь больше оставаться. – Уорик укоризненно уставился на меня. – Сначала мне нужно разобраться с некоторыми делами. Будь готова на закате, – повторил он и выскочил за дверь, оставив меня в растерянности.
Плюхнувшись на кровать, я разочарованно выдохнула.
– О, милая… – произнесла Рози и щелкнула языком. Она зашла в комнату. – Если вы не переспите в ближайшее время, то спалите все вокруг.
– Рози? – Я потерла виски. – Все не так, как ты думаешь. Мы ненавидим друг друга.
Она рассмеялась и рукой потянулась к горлу.
– Не очень-то похоже на ненависть.
– Сейчас нам приходится действовать заодно. Вот и все.
– Милая, вот мой брак был вынужденной мерой. А то, что между вами… вы, ребята, могли бы зажечь весь Восточный блок. У вас есть связь, я нутром ее чую. Да и любой это почувствует.
– Нет. – Я покачала головой, отвергая ее теорию. – Дома меня ждет мой возлюбленный. Он для меня все.
– Не сомневаюсь, что ты действительно так считаешь, – сказала она, прислонившись к двери, – но прислушайся к совету той, кто многое повидал. Очень немногие находят кого-то, кто бросает им вызов, заставляет чувствовать себя живым, борется и любит с неистовой страстью.
– Откуда ты знаешь, что у нас с Кейденом этого нет?
Я скрестила руки на груди.
– Потому что я видела тебя с Уориком.
Глава 32
Глава 32
– Держись ближе, – отрезал Уорик.
Ощущение тревоги на темной улице усилило его дурное настроение. Мы направились к концу переулка. Заход солнца окрашивал аллею в темно-синие и пурпурные тона. Уорик все еще на меня злился. И как мне кажется, его нрав стал лишь хуже.
Я еще раз попрощалась с Рози, хозяйка публичного дома бесстрастно наблюдала за нами, стоя у двери своей комнаты. По Китти нельзя было сказать, что она думает по поводу нашего отъезда, она не выказывала ни облегчения, ни печали, поэтому мне стало интересно, что ее все-таки связывает с Уориком. Любовной привязанности между ними не было, но все же сквозило что-то такое, из-за чего она спрятала двух самых разыскиваемых преступников Будапешта. К тому же за наши головы объявлена высокая награда.
– Куда мы идем? – снова попробовала я узнать.
Я пряталась за высокой фигурой Уорика, как за щитом, от проходящей мимо толпы.
Вокруг меня витали разные запахи, играла музыка, а горожане носили эротические костюмы с перьями и цветами. Дамы зазывали меня, шепча на ухо чарующие слова, или предлагали попробовать их товар. Полуголые женщины и мужчины, одетые в разные костюмы с крыльями и ушами животных, цеплялись за качели и обручи на выступах стен. Мужчина выпускал изо рта огонь, а женщина играла с пламенем, преобразовывая его в различные формы, которые, казалось, оживали. Выглядела она занимательно: темные волосы с одной стороны, светлые – с другой, глаза разных цветов, что являлось редкостью даже в мире фейри. Такая обстановка соблазняла и призывала народ оставлять деньги в их заведениях.
В своей одежде мы мало чем отличались от большинства – темные цвета и куртки с капюшонами. Я постоянно оглядывалась, в то время как Уорик смотрел только вперед. Его внезапное желание уйти, не дожидаясь полуночи, смутило меня, и я постоянно спрашивала, куда мы идем.
– Охотники ожидают, что мы ускользнем ночью, чтобы затеряться в толпе, – сказал Уорик, когда мы выходили, – сумерки обманывают зрение. Мир между днем и ночью, светом и тьмой.
Из вещей у нас была только одежда, и то – она даже не принадлежала нам. Уорик проводил нас через задние дворы зданий. Вывел на боковую улицу, где стоял мотоцикл.
– Прыгай.
Уорик указал на недавно приобретенный мотоцикл, как бы говоря, чем он занимался весь день. Я пристально смотрела на мужчину, он не смотрел на меня. Меня это раздражало, и из-за этого меня потряхивало.
Тень сомнения закралась внутрь, и я сморщилась. Я отогнала искру подозрения, у меня не было особого выбора.
Мы с Уориком в одной лодке. Оба в розыске и в бегах.
У меня немного друзей – Кейден и, возможно, Ханна.
Я не умею доверять людям и подпускать их к себе близко.
Уорик спас мне жизнь. Вытащил из Халалхаза. Защищал меня. И все же я ему не доверяла. Но следовать за ним – единственный выбор.
Уорик заметил мои сомнения.
Я прищурилась и посмотрела на него. Уорик наклонил голову, словно прекрасно меня понял.
Он сжал челюсти, кадык дернулся. Уорик развернулся и, сев на мотоцикл, завел его.
Я прижалась к его спине, и меня окутало тепло, отчего сердце забилось чаще.
Мы ехали, темнота вечера поглощала весь свет, скрывая нас. Я действительно чувствовала себя в безопасности, ветер трепал мои волосы. Уорик придерживался переулков, где здания выглядели еще более ветхими, повсюду были граффити. Мы миновали несколько огромных фабрик – из труб валил дым. И фейри, и люди имели свои фабрики в нейтральной зоне – продукты для экспорта и внутреннего пользования производились здесь. Дети Майи работали где-то здесь на фабрике.
Все мысли выскочили при звуке выстрела – я дернула головой и увидела четверых мужчин на лошадях, галопом скачущих за нами, – видимо, они прятались в засаде.
– Дерьмо! – прошипел Уорик, давя на газ и направляя мотоцикл зигзагами, чтобы в нас было труднее попасть.
Мимо моей головы просвистела пуля. Меня хотели убить. Оглянувшись, я приметила, что лошади нагоняют нас быстрее, чем я думала. Крики и вопли мужчин перекрывали рев мотоцикла.
– Кто это?
– Охотники, – крикнул в ответ Уорик, – банда воров, которые готовы убить собственных матерей за деньги.
На преследователях была черная одежда, ковбойские шляпы, на поясах пистолеты и ножи.
– Они фейри?
– Здесь это не имеет значения. В этом месте нет сторон. Когда ты борешься за еду, неважно, к какому виду ты принадлежишь. Именно поэтому здесь так много смешанных групп. Им нечего терять, и у них нет никакой морали, – сообщил Уорик, вцепившись в руль. – Держись крепче.
Хорошо, что он меня предупредил, потому что сразу же резко повернул в переулок, забитый горожанами и тележками.
Выстрелы разнеслись по переулку, задев заднюю часть мотоцикла. Пешеходы разбегались в растерянности и кричали.
– Прочь с дороги! – орала я, но никто не слушал.
Уорик умело маневрировал в этом хаосе, но из-за толпы ему пришлось свернуть в другой переулок поменьше – руль задевал стены.