Но на Иванову ни одна из них совершенно не похожа. Остальные варианты отпали в полуфинале. Ладно, пока мне хватит имени и зеркала. Главное, понять – я это все же или не я? Стучу трижды по деревянной лавке костяшками пальцев и смотрюсь.

Глава 2

Глава 2

Для вида сначала бегло изучаю шишку на лбу, как будто она меня волнует. Ничего особенного, через пару дней и сама пройдет, не в первый раз.

Потом смотрю на другие части лица. Зеленые глазищи в тон платья, темные ресницы и брови, румянец, какой был до болезни и яркие, как бы припухшие губы. Да, это я! И в самом-самом лучшем виде. Вздыхаю с облегчением. Хотя…

Вроде бы что-то во внешности все же изменилось. Что?! Вглядываюсь в отражение, и почему-то мне становится тревожно, даже немного жутко. Ох.

Я тут же опускаю зеркало и задвигаю его подальше в угол скамейки.

- Что с вами, госпожа Мария? Вы внезапно побледнели! – «тетенька-воспитательница» спрашивает так строго, словно обвиняет. - Выпейте мятного настоя, это успокаивает нервы.

И плескает в небольшую чашку без ручки пару глотков зеленоватого компота из прозрачной бутылочки, но пьет эту пару глотков почему-то сама. И только после, не сполоснув, наливает и протягивает мне. Что это значит?!

А, понимаю: так она демонстрирует, что напиток не отравлен. Ну, надежнее было бы после этого пару дней подождать. А о гигиене и индивидуальной посуде здесь, видимо, еще не слышали. Ладно, пью как есть. Нервы мне еще точно пригодятся.

Не понимаю, что за чувство только что сжимало сердце, как бы ледяной рукой, когда я разглядывала свое (или не свое!) лицо.

При взгляде в отражение так и хотелось сказать: найдите десять отличий. Ведь это должна быть не я. Мое настоящее тело осталось в прошлом, в реанимации. Или все же я? Когда смотрюсь в зеркало, со мной как будто что-то происходит.

Надеюсь, это у меня не начинается биполярочка или настоящее раздвоение личности с голосами, говорящими в голове, ночными кошмарами или совместными прогулками по крышам с котами?

Раньше голова у меня была крепкая. Когда одна дверь передо мной закрывалась, я открывала другую (не головой, образно). Может, я сейчас всего лишь почувствовала ностальгию по прежней жизни, не увидев перед собой привычной уже короткой стрижки и бледной кожи?

Но как мне попасть обратно в мой мир? Вернуться на то же место на мостовую и приложиться к брусчатке другой половиной лба? Вышибить клин клином? И о чем особенно в прошлой жизни мне жалеть? Так сразу и не скажешь...

В реанимации у меня отобрали телефон. И связь с девчонками, которых я считала подругами, полностью прервалась.

Ни посещений и передачек, ни приветов через медсестер, ни даже бумажных писем или записочек – ничего похожего не было. Может, сейчас время такое – телефон или ничего. Но на больничной койке я точно поняла, что самое ценное для любого человека – внимание.

Да, девчонкам было тогда не до меня – последний звонок, сдача ЕГЭ, переживания по поводу баллов и организация выпускного, выбор платья и еще тысяча разных забот, которые обязательно возникают, когда начинается взрослая жизнь…

Я все понимаю. Сама вспоминала подружек каждый день и мысленно желала успехов, каждой. Чуть не сказала – молилась за них. Нет, молиться я не умею, не научили, к сожалению.

Может, меня уже похоронили там, на Родине, в запаянном гробу. И даже поплакали надо мной и принесли живые цветы на могилку, четное число – я отсюда этого никогда не узнаю. Незаметно смахиваю слезу.

Мне становится горько и страшно. И я заставляю себя не думать о прошлом, о грустном. Только о настоящем и будущем. О том, что мне необычайно повезло: я жива.

Что все считают меня невестой их князя, никто не заметил подмены. Это, конечно, пока я помалкиваю, из образа не сильно высовываясь. Значит, буду так действовать и дальше.

Надеюсь, князь молодой и мужественно-красивый. И у меня будет семья, о которой я всегда мечтала. Я еду сейчас навстречу к ней.

Отогнув уголок занавески, смотрю на виды за окном. Я не настолько хорошо помню историю средних веков, чтобы утверждать, что внезапно попала именно в прошлое. Каким-то образом.

Судя по языку, одежде и постройкам – я, пожалуй, где-то в раздробленной на княжества Германии. Но откуда все это взялось в 21 веке? Может быть, это какой-то параллельный вариант Средневековья, альтернативный?

В любом случае, приключения начинаются!

Когда первые бурные эмоции у меня прошли, я заметила, что со мной обращаются как-то без особого уважения, я бы сказала. Стараются даже поменьше со мной разговаривать. И везут как будто силком – как овцу, предназначенную быть главным блюдом на празднике.

Хотя, может, у них принято похищать невест? Лучше бы, конечно, жених приехал за мной сам. На могучем черном коне, вороном, как это называют. Подхватил бы меня в седло перед собой и поскакал быстро-быстро, и все по кочкам. А я бы его обнимала.

Как же мне узнать самое главное – какой у меня будет муж? Невозможно же просто ждать, когда меня, наконец, привезут, или когда кто-нибудь случайно проговорится!

Наверняка я, то есть Мария, которая была до меня, внешностью суженого уже интересовалась. А может, и видела его своими глазами. Мне придется рискнуть и попытаться узнать, не показывая виду.

- Я хорошо все обдумала и решила, - выдаю вслух совершенно естественным тоном, внимательно следя за реакцией сопровождающих. – Я рада, что выйду замуж за такого симпатичного…

Ближайшая ко мне «воспитательница» вытаращивает глаза, явно от изумления перед моим извращенным вкусом. Так, похоже, жених-то мне достался не красавец! От слова совсем. Печально! А так хорошо все начиналось!

Но что, если он… заколдован, как в сказке?! Точно! Это место, куда я попала таинственным способом, не может оказаться унылой действительностью.

А значит, здесь может случиться все, что угодно, самое-самое невероятное! Но в конце обязательно наступит он - хеппи энд.

Я полюблю жениха всем сердцем, расколдую его, и он станет брутальным очаровашкой. Это будет так романтично!

Естественно, я с самой первой встречи его внешности не испугаюсь – что я, уродов, что ли, не видела? Моральных – точно встречала, во множестве. Значит, и обычного не испугаюсь. А когда мой жених станет красавцем, тогда все поймут, и первой я сама, что все-все, что со мной случилось - не зря. Не зря была вся моя жизнь ТАМ.

И я, наконец, стану счастливой. Здесь. Как в «Аленьком цветочке». Мы оба с мужем станем счастливыми. Значит, насчет внешности моего суженого мне сейчас можно не париться. Так, про это я все решила. Теперь узнать бы следующую важную характеристику жениха.

- …и молодого… - осторожно продолжаю я.

Глава 3

Глава 3

Думаю: пуская жених окажется немного старше меня – это нормально, даже хорошо. Но все же не совсем старпер. А то вдруг он уже лет… надцать меня ждет, когда я, наконец, вырасту? И сам не взрослеет, а уже дряхлеет. Это же получится совсем другая история?

Ай-яй-яй! Накаркала, похоже… От моей невинной части фразы вторая женщина чуть не подпрыгивает на лавке кареты и выдает гримасу круче, чем у первой.

Они переглядываются и обе смотрят на меня, как на больную, разве что пальцем не крутят у виска, решив, похоже, что я все-таки здорово ударилась головой.

Это совершенно явно читается на их лицах, хотя они не осмеливаются комментировать вслух. Значит, князь-жених еще и не первой свежести! Печально. Вздыхаю.

Других вариантов у меня нет. Пока. Старый папик ведь все равно лучше индивидуального бокса в реанимации или морга. Но зачем такому жениться?

- …за знаменитого и могущественного князя, - решаю я закончить хотя бы так, внутренне застонав.

Ну хоть против этих характеристик сопровождающие меня дамы не имеют ничего против. Эх, надо было сказать «великодушного», это слово мне сейчас словно кто-то подсказывает! Но я уже прилично напугана реакцией на мои предыдущие положительные характеристики и решила не добивать себя совсем.

- Князь Генрих известен далеко за пределами нашей страны, - официальным тоном произносит одна тетенька, подтверждая мои последние слова.

- И могущество его постоянно растет, - поддерживает протокол вторая.

Ага, ну, наконец, я узнала, как зовут мужчину, предназначенного мне. Пока только это. Все вокруг явно стараются держать язык за зубами, даже одергивают друг друга за болтливость, как будто страшатся доносов.

Вроде бы Генрихов, оставивших заметный след в истории Европы, было несколько; но точнее не помню. А в интернете теперь не посмотришь.

Мы едем и едем через бесконечные леса и поля. Хорошо здесь с экологией! Ни заводов, ни выхлопных газов. Разве что понемногу – от лошадей.

Периодически мы останавливаемся вблизи лесных ручьев и речек, чтобы сделать свои дела. А вечерами - на постоялых дворах, чтобы нормально поесть и поспать в кроватях.

Еда очень калорийная, а питье слабоалкогольное, то есть все совершенно не то, к чему я привыкла в детдоме, но я не в претензии. И все едят только ложками, что мне очень привычно.

Кроме троих людей, с которыми я уже общалась, меня сопровождают, то есть стерегут, как оказалось, еще целых восемь человек, увешанных разнообразным холодным оружием, включая кучера.

Они еще больше похожи на бандитов с большой дороги, чем первый увиденный мной мужчина этого мира. И все, также, как и он, старательно скрывают лица.