Светлый фон

– Мне нравится серый цвет, отлично отражает истину этого места. Но можешь устроиться в покоях Лилит, там теперь все выкрашено в чистое золото.

– Теперь?

– Да, эта особа видит роскошь исключительно в золоте, а чтобы подчеркнуть свою значимость, готова и скалу утопить в нем.

Хочу узнать чуть больше, чем мне рассказал Даниэль, поэтому задаю следующий вопрос:

– Расскажи мне, как…

– Как Лилит заточила короля ада в медный кувшин Соломона и откуда она его достала? Мои источники так и не смогли выяснить.

– Мне кажется или в твоей интонации звучит неповиновение нынешней иерархии?

«Об этом точно не стоит говорить вслух ни мне, ни тем более тебе!»

«Пошел вон, не смей лезть в мою голову!»

«А то что? Мне нравится твоя ярость, она прямо-таки заставляет мой мизинец дрожать, – посмеивается Ваал.

«Как же бесит это его обожествление самого себя!» Моя ярость плещется через край из-за всего происходящего: из-за его спокойствия, пленения близких людей и моего незавидного положения. Я так распаляюсь, что меня уже не остановить. Призываю все свои чувства: скорбь, ярость, похоть, отчаяние, желание наказать. Мои глаза, словно яркие звезды, отражаются в его, но страха в них нет.

«Как же бесит это его обожествление самого себя!»

Подхожу ближе и беру его лицо в ладони, притягивая к себе. Демон не сопротивляется. Он смотрит в мои глаза с совершенно отрешенным выражением, лишь между бровями пролегает небольшая складочка. Стоя так близко к нему, замечаю некоторые микроизьяны, что, несомненно, рушит предположение о нем как о восковой фигуре. Его глаза меняют цвет с сапфирого на полупрозрачный аквамарин – готова часами наблюдать за этими оттенками драгоценных камней.

Ладонь Ваала ложится на мою поясницу, чувственными разрядами притягивая еще ближе. Сократив расстояние до критических значений, я упираюсь в его грудь. На ощупь она такая теплая, совсем не похожая на глаза, создающие впечатление зимнего пейзажа. Мы смотрим друг на друга, его движение едва уловимо на моих губах.

Я вдыхаю его жизнь, его суть, чему Ваал никак не сопротивляется, приникая к моим губам сначала неуверенно, будто ожидая реакции от меня. «Искренне не могу понять, что за чертовщина сейчас творится! Он должен уже исчезнуть». А вот мое легкое замешательство и бездействие его явно забавляют, и поцелуй становится более глубоким и чувственным. Глубоким в прямом смысле слова. Я все еще стою столбом, прижатая к нему, не отвечая на ласки, а ища что-то в себе.

«Искренне не могу понять, что за чертовщина сейчас творится! Он должен уже исчезнуть»

«Я уже не единожды забирала жизни таким образом, что с ним не так? М-м… Господи, да к черту этот самоанализ!»

«Я уже не единожды забирала жизни таким образом, что с ним не так? М-м… Господи, да к черту этот самоанализ!»

Перестаю сдерживаться, подстраиваюсь под ритм, который создают его губы, зубы и язык. Маленькие, словно щекотка, разряды проходятся по местам, где мы соприкасаемся друг с другом, они буквально вырывают из меня стон.

Мои ду`хи воспряли, они ликуют. Похоть пьет шампанское, страсть нервно курит в сторонке. Мы готовы поглотить Ваала, но по какой-то причине он не поддается. Токи демона, лаская, бегают по моему телу, и я невольно громко выдыхаю в его губы. Внезапно, осознав, что делаю и в какую ситуацию себя загнала, отталкиваю Ваала.

– Еще раз так сделаешь – и ты труп! – еле дыша после столь горячего марафона, говорю я.

– Я лишь исполнил то, что ты не раз представляла в своей голове, и продемонстрировал, что твоя сила не работает на мне. Поэтому свой разрушительный план прибереги для других. – Его радужки меняют цвет с еще большей скоростью, чем обычно, а по рукам бегают разряды.

– Я много что представляю в своей голове, но не бросаюсь с этим на людей! Какого черта моя сила не действует на тебя? – Злясь, начинаю шагами мерить комнату, в которой мы остановились.

«Я ведь предупреждал, не стоит поднимать ни одну из тем, которая может заинтересовать эти стены. Говори со мной только так».

«Свой вопрос я уже озвучила, мне повторить?»

Демон улыбается. «Красиво… Но бесит!»

«Красиво… Но бесит!»

«Скорее ты сама этого не хочешь, чем не можешь».

Я боялась такого ответа. «Однако готова признать: пока он единственный, кто не хотел меня тут поджарить».

«Однако готова признать: пока он единственный, кто не хотел меня тут поджарить

«А в этом я не был бы так уверен!»

«Уф, ну что еще можно сказать об этом привлекательном холодном айсберге?! Горячо, даже слишком. Острый ум в красивой обертке – опасное сочетание».

«Уф, ну что еще можно сказать об этом привлекательном холодном айсберге?! Горячо, даже слишком. Острый ум в красивой обертке – опасное сочетание».

«Хватит сканировать каждую мою мысль!» – шиплю я на него, скалясь, как дикая кошка.

«Твои ментальные стены никудышные. Ты прямо-таки кричишь своими мыслями мне в уши. Если б твой драгоценный Даниэль этого хотел, то мог бы научить тебя ставить барьеры от таких, как я».

«Ты тут такой не один?»

Факт, что Даниэль меня не подготовил к встрече с такими, как этот демон и чудовища, обитающие здесь, действительно удивляет. Ваал болезненно морщится, что до одури приятно. «Кажется, ему не понравилась такая кличка».

«Кажется, ему не понравилась такая кличка».

– Стоит и правда тебя этому научить, я буквально не могу находиться рядом с тобой. А твои мысли просто сводят с ума. Пойдем, покажу место твоего ночлега, – уже не прибегая к ментальной связи, произносит он.

Возобновляем «экскурсию» в прилегающие комнаты, удаляясь от ванной, в которой уже мечтаю оказаться. «Сколько я не принимала душ? А сколько я вообще здесь? Тут время будто остановилось».

« » «Сколько я не принимала душ? А сколько я вообще здесь? Тут время будто остановилось».

– Достаточно долго, чтобы я смог услышать твой смрад.

– Очень смешно! – огрызаюсь я. Но на всякий случай принюхиваюсь к себе, что вызывает еще одну его ухмылочку.

– Ты здесь сутки. Успокойся, малышка, ты пахнешь пернатым и сексом. Второе мне нравится, а вот из-за запаха первого хочется забыть, как дышать.

– Прекрати меня так называть! – не выдерживаю я.

– Это вряд ли. Одной твоей реакции достаточно, чтобы я продолжил это делать.

Закатив глаза, мысленно перебираю все возможные способы убийства демонов в своей голове, а Ваал издает смешок.

Мы входим в неимоверных размеров гостиную, где есть все необходимое для комфортного отдыха. Большой кожаный диван, кресла ему в тон и огромный рабочий стол. Вдоль стен расположены многочисленные стеллажи с книгами. Их тут столько, что, пожалуй, тянет на личную библиотеку. Камин. «Камин? Ну да, Лои. Тут есть двери и ванна, почему бы не быть обычному камину прямо в стене пещеры? А куда уходит дым? Это безопасно? Или я умру от удушья?»

«Камин? Ну да, Лои. Тут есть двери и ванна, почему бы не быть обычному камину прямо в стене пещеры? А куда уходит дым? Это безопасно? Или я умру от удушья?»

«Если только от моего! Ты вообще когда-нибудь не думаешь?»

«Тебя и не просят быть моим личным слушателем!» – Мысленно посылаю картинку с моим языком. На что он фыркает.

– Идем дальше, не планирую возиться с тобой до утра!

С грустью покидаю две столь прелестные комнаты. Уже начинаю мечтать согреться в ванной и устроиться с книжкой, свернувшись в одном из кресел возле потрескивающего огня. Дергаюсь от неожиданно резкого голоса. Боюсь, никогда не привыкну к столь режущему тону в общении.

– У тебя будет такая возможность. Можешь пользоваться всем, что находится в этих стенах. А вот выходить за их пределы я бы не советовал. Тут всегда есть те, кто попытается тебе навредить, несмотря на нашу договоренность с Лилит.

– У тебя много врагов среди своих же сородичей? – Меня это даже забавляет.

– Скорее, у таких, как я, нет друзей. Нам несвойственна вся эта ваша человеческая чушь, мы созданы для иных целей. – Мужчина отворачивается и продолжает путь к следующей арке, в которой тоже установлена защита от посторонних. «И почему я не удивлена…» – Я начну молиться, если больше никогда в жизни не услышу твой мысленный диалог!

«И почему я не удивлена…»

– Правда?

– Нет.

– Возвращаясь к предыдущей теме. Что значат твои слова? Для чего же вас создали? – Все еще не улавливаю смысл.

– А это значит, что сама Лилит может прийти за тобой. Навредить, покалечить и все в этом духе.

– То есть договоренности ничего для вас не значат? Я думала, с их помощью вы совращаете невинные души.

– Ты путаешь со сделкой, – не оборачиваясь, кидает Ваал через плечо.

Выглядываю из-за его спины и рассматриваю просторную спальню. В интерьере вообще нет изменений. «Я бы могла стать их личным дизайнером, если б они не были столь кровожадны».

«Я бы могла стать их личным дизайнером, если б они не были столь кровожадны».

Огромная кровать занимает половину пространства, утопая в цвете индиго. Рядом почти неотличимые от каменных стен тумбы, на которых стоят зажженные свечи. Воск с них стекает на пол, создавая довольно жуткую картину. По периметру комнаты разбросано множество ковров разных форм и размеров, напоминающих шкуры животных. От этого зрелища меня передергивает.

– Не-а. Я тут не лягу. Даже не думай, что я буду спать с тобой в одной кровати! – решительно заявляю я, скрещивая руки на груди.

– Я не сплю, – улыбаясь, говорит демон и прислоняется к стене в подражающей мне позе.