— А вампиры? — спросила я, решив еще потянуть время.

У меня была одна идея. И нужен был момент, чтобы декан отвлекся.

На шее все еще был пузырёк, напоминающий кулон. В нем хранились лепестки цветов, которые так любила мать Антуана. Те, что заставляют поддаваться своим желаниям.

28.2

28.2

Потаенным желаниям.

Декан внезапно рассмеялся.

— Только не говорите, что превращение в вампира — не смерть. И это не говоря о том, что к моим мантиям были пришиты проклятые амулеты.

— Милая Амелия, никакого превращения бы не было. Даже при условии, что на тебе был амулет. Хотя признаюсь, то, что ты избавилась от проклятого амулета, помогло происходящему выглядеть правдоподобнее.

— Правдоподобнее⁈

Эта информация, наверное, повергла в больший шок, чем то, что я нахожусь непонятно где и связана по рукам и ногам.

В конце концов, у меня было плохое предчувствие.

Даже личность похитителя не стала сюрпризом. В конце концов, я знала, что за всем стоит глава моего факультета, не знала лишь, какими причинами он руководствуется.

— На место, где ты стояла, была наложена защита от вампиров. Правда, при этом же я ранее сделал так, чтобы в миг твоего приземления там пролилась кровь. Так что монстров это место влекло, но они никак не могли туда проникнуть. Мне же нужно было как-то отвлечь герцога. Сделать так, чтобы у него не было доказательств моей причастности, только подозрения, о которых он никому не рассказал. Он лишь приказал агентам короля доставить меня к нему.

Антуан. Его имя болью отдалось в груди, я хотела узнать, что с ним, в порядке ли он, но понимала, что это испортит и так мой не слишком надежный план. Сейчас я должна всячески показывать, как мне неприятен герцог.

— Но ты отлично отвлекала герцога. Мы даже мечтать не могли о подобном.

— Вы мне сейчас об этом рассказываете, чтобы выговориться⁈ Значит, я могу хоть перед смертью узнать ответы на все свои вопросы⁈ — спросила я.

Сейчас нужно было выиграть побольше времени.

Декан усмехнулся, затем провел рукой по своим рано поседевшим волосам.

— Ты не умрешь, Амелия. Это было бы безумным расточительством и глупостью, ни к чему уничтожать такую красоту, а также весьма ценный дар работы с растениями. Но ты не сможешь никому рассказать о том, что услышала этим вечером. Попросту потому, что забудешь.

По телу пробежала дрожь. Сердце в груди похолодело от ужаса.

Почему-то потеря воспоминаний показалась больнее смерти.

— Ты очнешься в королевском лазарете, только уже свободной и без жениха.

Я едва сдержалась, чтобы сглотнуть.

Будущее, что пророчил мне декан, казалось ужасным.

Хотелось кричать. Они хотели убить Антуана. Они… уверена, что мой преподаватель действует не один.

Я едва подавила желание спросить, кто еще с ним заодно.

Но слишком хорошо понимала: тогда он осознает, что я искренне беспокоюсь за герцога.

Вместо этого я пожала плечами. Постаралась изобразить равнодушное выражение лица.

Никогда не думала, что это так сложно.

— Что ж, отличный план. Без единого намека на изъян, — заметила я таким тоном, будто бы любовалась картиной.

Декан покачал головой.

— Единственное, чего мы не учли, это объявление о помолвке. Казалось, его реакция на произошедшее должна была быть другой. Менее дружелюбной. И уж точно не расторгать договоренность с другим и делать тебя своей невестой. Хотя, я полагаю, он мог все же очароваться твоей красотой и недоступностью. Ты же всегда отвергала любые намеки на ухаживания.

Я с удивлением смотрела на своего преподавателя, на этого, как оказалось, совсем незнакомого мужчину. Никогда не думала, что решение не заводить отношений до свадьбы или помолвки может быть для кого-то заманчивым.

Внезапно декан закашлялся.

Этим моментом, когда он на миг прикрыл глаза, я воспользовалась, чтобы вытащить крошечную пробку из флакончика.

Что ж, дело осталось за малым, сделать все, чтобы декан не покинул меня в ближайшее время, а также не сотворить ничего глупого под действием аромата лепестков.

— Всегда такая гордая, несмотря на происхождение. Или, может быть, все-таки ты все это время знала про мать, — добавил мужчина, смотря на меня с какой-то непонятной жадностью. То и дело он проводил рукой по своему подбородку. — Неудивительно, что герцог не смог устоять. Я думаю, что ты была счастлива, когда он сообщил всему свету, что ты его невеста.

Я покачала головой.

— Издеваетесь⁈ Этот человек разрушил мою жизнь, — тихо выдала я, смотря на него из полуприкрытых век. Увы, врать, глядя прямо в глаза, крайне сложно. — Из-за него я лишилась жениха. Под угрозами он заставил меня помогать ему. Боги, да он даже не позволяет мне далеко уйти…

Я закатила целую тираду. С каждым моим словом улыбка, появившаяся на лице Анхароса, становилась шире.

— Если его не станет, то я хоть зажить спокойно могу. Он то и дело угрожал мне разорвать ее по какому-то скандальному поводу.

Если задуматься, большая часть сказанного мною была правдой. У меня было много поводов ненавидеть Антуана. Но вместо этого я полюбила его. Наверное, я бы не смогла не полюбить. Вопреки здравому смыслу.

Но, должна заметить, на декана я произвела впечатление. Тот смотрел на меня удивленными глазами.

— У него-то будет новая невеста, а на меня после такого никто и не посмотрит, — тихо выдала я. — За это я бы и сама его прибила. Так что спасибо за хорошие новости.

— Неожиданно, — тихо проронил мой преподаватель.

— Так что надеюсь хотя бы плюнуть на его хладный труп, — выдала я для пущей убедительности.

— Скоро будет. Оказывается, я тебе оказал услугу, девочка.

Это декан забыл о том, что он меня в эту ситуацию и втянул.

Я заметила, как у Анхароса расширились глаза, и он облизнул губы.

Кажется, я даже догадываюсь, о чем он подумал. И пусть мысли об этом вызывают тошноту, я готова сейчас на все.

— И я вам безумно благодарна, — выдала я.

— Что ж, милая, у меня есть идея, как тебе лучше меня поблагодарить, — произнес декан.

Что ж, остался самый опасный момент плана.

28.3

28.3

И, если быть честной с собой, самый мерзкий. Но это стоит того, чтобы спасти жизнь человека, которого я люблю.

И безмерно уважаю.

— Какая? Я на все согласна.

Произнесла это, и захотелось откусить себе язык. Было противно изображать благодарность человеку, который так легко прошелся по головам и из-за кого я столько натерпелась.

Увы, запах цветов делал так, что очень сложно было сдерживать свои настоящие эмоции.

К счастью, декану было сложно их считывать, сейчас он видел что хотел.

— Вы мне всегда нравились, — тихо выдала я, думая о совсем другом человеке. Человеке, который изменил мою жизнь.

И ради которого я сейчас была готова на многое.

В том числе — поторопить Анхароса с действиями. В конце концов, вряд ли у Антуана много времени, перед тем как его захотят устранить.

— Как и ты мне.

— Но я не смела никогда надеяться на взаимность, — тихо выдала я. — Столько других красивых девушек вокруг вас.

— Ох, Амелия, зря. В этом случае я бы облегчил твою жизнь в Академии.

Очень хотелось прикрыть глаза ладонью, но руки были связаны.

— Впрочем, я это сделаю, — тихо произнес декан, а затем опустился надо мной и поцеловал в губы. Жадно, властно и невзирая на мои собственные желания.

Я едва сдерживала отвращение, но надо было закончить эту игру. К счастью, осталось немного. Потом уже прополощу рот с мылом.

Кто мог знать, что поцелуи могут быть такими. С Антуаном было иначе. Неожиданно, но нежно, аккуратно, даже заботливо. И безумно приятно.

Наконец декан оторвался от меня.

— Может быть, развяжете? Неудобно, и руки затекли.

— Да, конечно.

Анхарос, правда, почему-то начал с ног, но я ничего против этого не сказала. Хоть и прикосновения этого человека были мне неприятны. Сейчас самый главный момент. Если все получится, декан заплатит сполна.

«Если, конечно, у него нет в кармане артефакта истины», — пробежала паническая мысль. Тогда бы он понял, что я лгу.

Наконец ноги были свободны, я старалась не шевелиться, затаив дыхание, пока декан освобождал руки. Оказывается, он еще и веревку на руках заколдовал для пущей надежности.

— Кто ж знал, что тебе так претит общество герцога. Было бы это более очевидно, вообще связывать не пришлось бы, — прокомментировал он свой поступок. — Все-таки я так рад, что в библиотеку проникла ты, а не твоя избалованная безмозглая подруга.

От последних слов в душе полыхнула ярость. Никто не мог так называть Ташири. Рад он… Рад, потому что она бы не произнесла тех слов, что сегодня сказала я.

С другой стороны, мне бы не хотелось, чтобы подруга пережила этот страх.

— Та самая, что жениха у тебя отбила, — усмехнулся декан.

— Все к лучшему, — проронила я.

Каждый из нас думал о своем.

Я радовалась, что подруга не испытает весь тот ужас, что испытала я.

Наконец веревки спали с моих рук, я разминала затекшие запястья, на которых еще красовались красные следы от магических пут.

А декан наклонился за еще одним поцелуем. Вот только я тоже не бездействовала. Со всех сил я врезала ему между ног. Анхарос повалился со стоном с кровати на пол. Похоже, ему было больно.

Маги обычно более подготовлены к отражению боевых заклинаний, а не физических ударов. Это выше достоинства некоторых.

Не теряя времени, я запустила в него первое пришедшее на ум заклинание. Оглушение. Хорошо хоть не превращение в пепел. Сейчас я могла сотворить что угодно, просто из-за паники и бешено бьющегося сердца.