— Думаю, они уже начинают бояться. А это значит — ты всё делаешь правильно.

Марина посмотрела на свои руки, на которые только что легли первые капли морского дождя. За спиной — кристаллы, за плечами — целая жизнь, в сердце — пламя.

Арки начали закрываться.

А впереди было ещё нечто важное: любовь, бизнес, и… одно очень личное обещание самой себе. Жить, как никогда раньше.

Глава 40

Глава 40

Глава 40.

Глубже, чем кажется

Марина проснулась от звуков капающей воды. Потолок над её головой отсвечивал голубовато-зелёным, лучи света проникали сквозь полупрозрачную кристаллическую арку. Воздух был насыщен морской солью, но мягкий, как после тёплого дождя. День обещал быть насыщенным — слишком много недосказанного, слишком много дел накопилось.

Она потянулась, ощутила, как тело приятно отзывается — русалочья форма делала её сильной и гибкой, а человекообразный облик — изящной и быстрой. Вот только сны этой ночью были беспокойными: во сне она слышала звон камней, обрывки голосов, как будто кто-то обсуждал её украшения… но не в ателье. Не в мастерской. А где-то… за её спиной.

К тому же пришло письмо от матери. Кристалл связи замигал ещё на рассвете, и, конечно, содержал новость — приглашение на приём в Центральный Дом Искусств при Академии Атлантиды. Формально — чтобы вручить благодарственную грамоту и предложить открыть официальное представительство. По сути же — все желали её увидеть, оценить и, возможно, прикусить себе языки.

Марина расчесала волосы — в человеческой форме они были каштановые, густые и волнистые, а в водной — фиолетовое сияющее облако. Сегодня она выбрала водную ипостась. Всё-таки приём в Атлантиде.

— Иди блистай, — хмыкнула себе под нос, подмигнула отражению и выбрала ожерелье из аквамариновых капель с перламутровыми каплями в серебряной оправе. В комплекте были тонкие серьги и ободок в волосы, всё выдержано в морской теме, но с аккуратной ювелирной точностью — не как у местных «камушков на нитке».

Слуги уже знали своё дело: кристаллическая повозка с плавным подводным движением была подана вовремя, обвита водорослями, которые слегка переливались светом — особый налёт парадности.

* * *

Приём был устроен в Большом Зале Тектонических Мастеров — огромном дворце, поддерживаемом кристаллическими колоннами и тянущемся вверх на много уровней. Свет поступал сквозь водные окна, усиливаемые отражающими линзами — в результате внутри всё сияло, как внутри гигантского алмаза.

Марину встречали представители Совета, а также несколько влиятельных клиентов. И среди них — она.

Новая жена её «бывшего». Молоденькая, с лицом гламурного морского огурца, в облепляющем платье с перламутровыми вставками и с такой гордой осанкой, что, казалось, она не плывёт, а несёт на себе всё водное общество.

— Ах, графиня Марий’на, как неожиданно… Вы всё ещё занимаетесь… хм… ремеслом? — её голос был липким, как недожеванный водорослевый мармелад.

— Конечно, — с улыбкой, достойной акулы, ответила Марина. — Не всем же быть витриной в чужом шкафу. Кто-то должен делать содержимое.

Рядом кто-то едва сдержал смешок. Молодой русал с серьёзными чертами лица, светло-серебристыми волосами и глазами цвета шторма. Он был одет строго, без излишеств, но его присутствие ощущалось почти физически.

— Лорд На’трион, — представилась Ариэль, подошедшая чуть позже. — Он один из членов Академии Архитектурной Магии. Он… переселился к нам недавно из дальнего моря.

— Рад познакомиться, — он склонил голову. — Мои кузены недавно выкупили украшения вашей работы. Искренне — поразительно. Это была не просто эстетика. Это было… знание.

Марина чуть смутилась, но скрыла это за улыбкой.

— Это просто хобби. Переросшее в личную месть всему кривому и безвкусному.

— Тогда пусть таких местей будет больше, — серьёзно сказал он и, слегка наклонившись, добавил: — И, быть может, не только в украшениях.

Вот это поворот. А где намёки, где постепенность? Хотя… в его взгляде было что-то знакомое. Прямота. И уважение.

Значит, не только женихи могут быть недовольны её возвращением. Кто-то может — заинтересоваться.

* * *

Приём продолжался — вручали грамоту, кто-то произносил речи, но Марина уже думала о другом. О филиале. О расширении мастерской. О том, как На’трион предложил представить её изделия на Выставке Техномагических Искусств — через Академию. Это было не просто признание. Это была дорога вверх.

Вернувшись домой, она сняла ободок и рассмеялась. Сегодняшняя сцена с бывшим была настолько комично пафосной, что она могла бы описать её в книге. Или… лучше вышить на гобелене и повесить в мастерской.

— Что скажешь, Ариэль? — спросила она, встречая сестру на веранде.

— Скажу, что я тобой горжусь. А ещё… он на тебя смотрел так, как на ларец с древними артефактами. С уважением и с интересом.

Марина фыркнула:

— Посмотрим, сможет ли он выдержать мою коллекцию сарказма.

Глава 41

Глава 41

Глава 41.

Игра света в глубине

День начался с серебристого света, преломлявшегося в прозрачных оконных панелях. В комнате пахло морской солью, лавандой и мягко запечёнными лепёшками. Марина потянулась и села в кровати, откидывая накидку с плеч. Волосы рассыпались по подушке — каштановые, но с легким отблеском фиолетового, будто напоминая: русалка она всё-таки до мозга костей. Или до чешуи?

Она надела халат, выскользнула в зал, и едва не столкнулась с юной Кили, дочкой её слуг. Та уже суетилась с подносом, на котором стояли чайник, кувшин с соком и горка свежих пирожков с морским сыром и травами.

— Утро доброе, госпожа! — Кили весело поклонилась. — Маменька сказала, сегодня важный день. Вам идти в мастерскую, а потом… потом сюрприз!

— Сюрприз? — Марина подняла бровь, но улыбнулась. — Надеюсь, не утопление в общественном фонтане?

— О, нет! — засмеялась девочка. — Скорее — признание в любви… или в деловом партнёрстве, кто их, взрослых, разберёт.

Марина хмыкнула, села за стол, отломила кусочек лепёшки и вдруг почувствовала… странный покой. Дом наполнялся уютом: в окнах висели лёгкие шторы, диван украшали подушки с морскими узорами, на полках выстроились книги в кристаллических переплётах. И всё это — её. С нуля. С хвостом, фиолетовыми волосами и русалочьей иронией — но её.

После завтрака она надела легкое платье, перламутровое, с узорами из тончайшей нити, и вышла на крыльцо. Сад рос: кусты, цветы, даже крохотные деревца начинали тянуться к солнцу благодаря ускоряющим кристаллам. В центре двора журчал фонтан с водяной феей — местный артефакт, который сестра подарила «на удачу». Фея шевелила крылышками, кивала проходящим и бормотала: «С днём плодородия!»

— У неё, видимо, сегодня каждый день — день плодородия, — пробормотала Марина и отправилась в мастерскую.

* * *

Мастерская уже жила своей жизнью. На витрине — новые украшения: браслеты, кулоны, броши, плетённые из тончайших сетевых нитей, в которые инкрустировали крошечные кристаллы, реагирующие на эмоции. При взгляде на них камни начинали светиться нежно-голубым — будто приветствуя покупателя.

Женщины входили, шептались, восхищались. Одна даже привела подругу:

— Это она! Та самая… земная русалка, что делает украшения, как древние мастерицы. Посмотри — это же искусство, а не побрякушки!

Марина сдержанно кивала, предлагая примеры, но в голове крутилась мысль: а ведь я уже не просто «дочка графа». Я — хозяйка. Мастерица. Имя.

В этот момент зазвучал кристалл связи — её личный. Светящаяся проекция маменьки появилась прямо над браслетом.

— Доченька, — ласково начала та. — Сегодня ты официально приглашена в Совет Домов. Не бойся, не для допроса. Они хотят поздравить тебя с открытием водного филиала мастерской. Да, да, Ариэль не сдержалась — похвасталась твоими достижениями.

— Совет Домов? — Марина подняла бровь. — А можно я просто передам им пару браслетов и письмо с благодарностью?

— Не умничай. Оденься красиво. Сегодня — твой выход. Ах да, ещё один нюанс…

— Мам, только не говори, что там будет мой бывший и его чешуйчатая молодая жена.

— Будет. Но ты будешь краше. Кстати, ты в курсе, что леди Амалис подозревают в том, что она варит зелья для упругости плавников?

— Это… самая прекрасная новость за последние дни.

* * *

Вечером, подводная Атлантида встречала её мягким сиянием. Купола, улицы, плавающие дороги, высотные здания из полупрозрачного коралла — всё переливалось огнями. Атмосфера праздника витала в воде: русалки, русалы, существа с хвостами и без, все были в ярких нарядах, среди которых её платье казалось скромным… но стильным.

На балу, где чествовали мастеров, Совет вручил Марине знак признания: кулон с редким синим кристаллом — символ одобрения и независимости. Она приняла его с лёгким реверансом, поблагодарила и уже собиралась отойти… как вдруг раздался знакомый голос:

— Как всегда, не просто блистательна, а ослепительна.

Это был На’трион. В тёмно-синем мундире, с гладко убранными волосами и мягкой улыбкой. Он подошёл ближе и тихо добавил: