Я покачала головой.

- У нас новая армия, только недавно призванная. У мужчин не было выбора, им сказали сражаться, многих до сих пор учат. Если до этого дойдет, то и женщинам придется сражаться. А еду и лекарства мы не… - она уставилась на меня, и я покраснела. – Но некоторые люди сбежали, я уже говорила. Лагеря…

- Которые ты описала как сущий ад? – перебила она меня, и я замолчала. – Спящий принц убивает невинных, а ваш народ закрыл границы. Могущественный Трегеллан, демократичный и цивилизованный, отвернулся от убийства короля и его народа и решил смотреть за своим домом, пока на пороге не прольется кровь? Понимаю, это из-за последней войны. Из-за того, что мы победили?

- Конечно, нет, - но, возражая, я задумалась, что она может быть права. Почему мы не стали действовать раньше? Почему не предложили больше помощи? Но вслух я этого не сказала. – Никто не был готов к этому. Совет пытался вести с ним переговоры.

- С чудовищами переговоры не ведут, - сухо сказала Димия. – Поверь, можно лишь действовать.

Вдруг мне стало стыдно за свою страну. Я покачала головой и не могла смотреть ей в глаза.

- Мне жаль, что я принесла плохие вести.

- А мне жаль, что ты искала не меня.

Мы молчали, я слушала, как стучит дождь. В город идти будет неприятно.

- Мне лучше уйти, - сказала я, но не хотелось покидать тепло ее дома.

Она посмотрела на меня.

- Тебе лучше остаться. Там буря, тебя сдует в море раньше, чем ты пройдешь за мою калитку.

- Да… Но ты не знаешь меня. Я могу быть кем угодно.

- Как и я. Мы равны. Садись, - сказала она и кивнула на кресло у огня.

Мне было некуда идти, я устала, мой поиск оборвался, и я послушалась, подняла книгу и переместила ее на подлокотник. Она наполнила свой кубок и дала мне, и я взяла его и сделала пару глотков. Насыщенное красное вино с привкусом дыма, темных ягод окутало мой язык. Я сделала еще глоток и протянула кубок ей, но она помахала рукой, и я оставила кубок, обхватив его руками.

- Почему бы тебе не рассказать, зачем ты ищешь девушку из Лормеры? – сказала она после долгой паузы. – Ты сказала, что она в опасности. Почему?

Было опасно говорить об этом с лормерианкой, но она точно не собиралась бежать и докладывать на меня королю.

- Это не просто девушка. Она алхимик. Вот почему.

- В Лормере нет алхимиков.

- Так все думают. Но они есть. У них есть своя версия Конклава, скрытая от правителей, - она нахмурилась, и я объяснила. – В Конклаве живут трегеллианские алхимики. Он скрыт. Хорошо скрыт. В Лормере сделали так же, но не скрылись, а прикрылись религиозным орденом. Скрылись на виду.

- Ты алхимик?

- Нет.

- Зачем тогда она тебе?

- Я надеялась, что она поможет мне. Что мы поможем друг другу, - Димия выглядела растерянной. – У меня есть свои проблемы, - добавила я.

- Какие?

Я сделала еще глоток вина, наслаждаясь его теплом. А потом объяснила, как только могла, об угрозе эвакуации, о болезни мамы, хоть и не упомянула зверя. А потом рассказала, как Сайлас дал мне зелье, что лечило ее, но он не смог дать мне больше, и я скрывала от него местоположение девушки, пока он не согласился помочь.

Она вскинула брови и прижалась к стене у камина.

- Ты его шантажировала?

- Нет. Не так. Он сказал, что поможет, что не винит меня за такое. Я ему поверила и… рассказала о ней, - я сделала паузу. – Он предал меня. Дождался, пока я уйду домой, чтобы забрать маму и вещи, и ушел без меня.

Она протянула руку за кубком, и я передала его ей.

- И он тоже движется сюда. Чтобы найти девушку, которой здесь нет.

- Наверное. Не знаю, кто из нас будет расстроен больше. Без обид.

Она пожала плечами.

- Где теперь твоя мама?

- В приюте, - тихо сказала я. – Пока я была с Сайласом, пришли солдаты и забрали ее. И они нашли… Кое-кто умер в нашем доме. Я его не убивала, - поспешила добавить я, когда ее глаза расширились. – На мужчину напали в лесу у дома, Сайлас привел его ко мне. Я училась у аптекаря, и он надеялся, что я могу его спасти. Я пыталась, но он умер, но успел рассказать мне, где девушка. Мне пришлось бежать. И я решила найти девушку одна, чтобы сказать ей, что ей нужно в Конклав, сопроводить ее туда. Я надеялась, что алхимики будут рады и помогут в ответ.

Димия протянула мне кубок, и я сделала глоток.

- Но ее здесь нет. Что будешь делать теперь?

Я слизнула с губ вино.

- Мне нужно вернуть маму. Они думают, что она в депрессии, горюет, но все куда хуже, и если я не заберу ее… У нее осталась только я, - сказала я, голос оборвался. – Я потеряла отца, дом, возможность учиться и брата за этот год. Не могу потерять еще и ее.

Рот Димии был раскрыт. Я видела, как на ее горле трепещет пульс, она пыталась взять себя в руки.

- Ты потеряла брата? Лифа?

Я потрясенно уставилась на нее.

- Ты знала и его? – я смотрела на нее. – Ты встретила его в замке?

- Да, - сказала она отстраненно, хмурясь. – Он…

Я кивнула, ее ладони закрыли лицо, она склонилась, словно на нее давил весь мир.

Мама, Лирис, Кэрис, Димия. Все эти люди горевали по моему брату.

Я не знала, остались ли у меня слезы после прошлой ночи, но они все же нашлись.

- Мне очень жаль, - сказала я, когда они прекратились, я все еще судорожно дышала.

Она уже взяла себя в руки и неподвижно стояла у камина со сдержанным выражением лица.

- Не стоит.

- Потому я должна вернуть маму. Остались лишь мы с ней.

- Он бы тебя не бросил, - сказала тихо Димия. – Если бы мог помочь, то не бросил бы, - я подняла голову, а она на миг улыбнулась. – Я знала немного твоего брата и поняла, что он любил тебя. И вашу маму.

Я не могла смотреть на нее.

- Спасибо, - передо мной появился кубок, и я благодарно приняла его.

- А если я помогу тебе? – вдруг сказала она. – Чем ты отплатишь взамен?

Слова сорвались с ее губ так быстро, словно сбежали, а не были произнесены.

- Что?

- Ты сказала, что училась на аптекаря?

- Да. У меня нет лицензии, но я хороша в этом. Могу делать лекарства. И яды, - ее брови поднялись, а я пожала плечами. – Приходилось, - сказала я.

- Хорошо. Это я могу использовать.

- Для чего?

- Для борьбы со Спящим принцем.

Я окинула ее взглядом. Она была похожа на олененка, ее руки и ноги были тонкими, а глаза большими. Казалось, порыв ветра ее сломает.

- Ты хочешь с ним бороться?

Она ответила не сразу, обдумав мысль.

- Да, - сказала она. – Хочу. Кто-то должен. Твой народ не станет с ним воевать, пока он не нападет сам. Мерек мертв. Если не я, то кто? И он будет не первым монстром, с каким я встретилась.

- О чем ты? Ты уже боролась с монстрами?

Она не слушала меня, а смотрела в окно.

- Сегодня мы уйти не сможем. Путь будет опасным.

- Мы? – растерянно спросила я.

Она кивнула.

- Я же сказала, я помогу в обмен на услугу. Будь моим аптекарем. Делай лекарства, что исцелят солдат, которых я соберу. И яды, чтобы мы использовали их на его народе, на этом Серебряном рыцаре и предателях, последовавших за ним.

Я уставилась на нее. Кто она? Как она может собрать людей? Как она может спасти лормерианцев? Помочь мне?

- Твой народ? Какой у тебя народ?

- Люди Лормеры, - она взмахнула рукой. – Мои соотечественники. Твой народ им не помогает, тогда это сделаю я. Ради Мерека. И твоего брата. Я соберу всех, кого смогу, в Лормере, всех, кто пожелает, и найду способ бороться с ним, - в свете огня в ней было что-то королевское, а в ее глазах блестела сталь. Она не врала.

- Ты умеешь воевать?

- Нет, - сказала она и покраснела в свете огня. – Не умею. Но я найду тех, кто умеет. И у меня есть ты. Может, хватит и яда в бокале его вина, как в сказке. Разве не так он стал Спящим принцем в ваших сказках… и истории?

Я кивнула, хмурясь.

- Хорошо. Это начало. А что ты хочешь от меня в этой сделке?

Я глубоко вдохнула.

- Мне нужно забрать маму из приюта в Трессалине и найти для нее безопасное место. Изолированное. И нужно зелье для нее, - я сделала паузу. – И нужно какое-то время держаться подальше от армии Трегеллана.

Она быстро моргала.

- Вряд ли я смогу помочь тебе с зельем. Но, думаю, что я смогу помочь вернуть ее.

Она залезла в дымоход, я услышала звяканье монет, а потом она вытащила мешочек. Он был полон монет, раздулся от них. Королевский выкуп.

- Думаю, я смогу убедить кого-то отпустить ее под опеку дорогой и дальней кузины? – я кивнула с ошеломленным видом. – Хорошо, - продолжила она. – А этот дом достаточно изолирован. И у моря. Думаю, для исцеления это полезно.

Мои глаза расширились.

- Ты дашь нам жить здесь? В своем доме?

- Вряд ли он мне понадобится во время войны. Мы далеко от Лормеры, - она криво улыбнулась. – На кухне ты сможешь делать яды и зелья, что потребуются мне, а в это время заботиться о матери. Конечно, когда начнутся сражения, ты будешь нужна мне в нашем лагере. Но это случится не сразу. Сначала нужно найти и организовать людей. Если ей не станет лучше, когда мы начнем сражаться, ты сможешь найти для нее сиделку. Ты не будешь на поле боя, так что не переживай.

- Ей не станет лучше. Никогда не станет. У нее необычная болезнь. Если кто-то поймет, что она…

Димия подняла мешочек, монеты снова звякнули.

- Мы найдем молчаливую сиделку. Ты будешь удивлена, узнав, на что готовы люди ради денег, - она посмотрела мне в глаза. – Или не будешь. Что скажешь? Мы договорились?

- Зачем? – спросила я. – Зачем ты это делаешь? Ты меня не знаешь, так зачем делаешь это для меня?