Словно прочитав мои мысли, она продолжила:

- Я ушла, и если Мерек этого и не хотел, он понял. Я должна была уйти, и он уважал это. Он помог мне. Его деньгами я платила за дом, ими же мы хотели спасти твою маму.

- Ты не была с ним помолвлена?

- Была, - Твайла опустила голову. – Я знала твоего брата, - сказала она, и ее голос изменился. – Когда я увидела тебя на пороге, то подумала сначала, что это он тебя прислал. А потом ты сказала, что ищешь лормерианку по имени Димия, и я поняла, что он тут ни при чем.

- Зачем бы он меня прислал?

Она замолчала.

- Я была помолвлена с Мереком, но недолго у меня… были отношения с Лифом.

- Отношения? С Лифом?

Она кивнула.

- Его назначили моим стражем, мы сблизились. Потому я ушла из замка.

- Что случилось?

- Все оказалось не так, как я надеялась.

- Он тебя ранил? – тихо сказала я.

У нее появилось странное выражение на лице, словно она могла разлететься на кусочки, но в последний миг она собралась и посмотрела мне в глаза с вызовом.

- Я подумала, что ты – это он. Когда ты постучала. Вы одинаково стучите. Даже странно, что именно это у вас семейное. Но такое возможно. Я не удивлюсь, если твои родители так же стучали.

И теперь стало понятно, почему она смотрела с надеждой и страхом, когда открыла дверь, почему была такой печальной у могилы моего отца. Но это не объясняло ее помощь мне.

- Ты была разочарована?

Она глубоко вдохнула и посмотрела на ладони.

- Сердце было. Но не разум. Чаще всего я воюю сама с собой. Обычно разум побеждает. И я рада этому.

- Прости, - сказала я, ведь не знала, как еще продолжить разговор.

- Ты не в ответе за это, - сказала она, хоть и опустила голову. – Он рассказывал о тебе. И твоей маме. О вашей ферме. И об отце.

Мне захотелось плакать, когда я представила, как Лиф в милях от нас рассказывает этой девушке о нас.

- Почему ты решила помочь нам? Если вы с ним… Если все закончилось плохо, зачем тогда помогать нам?

- Я не рада тому, что он мертв, - сказала она, не ответив на мой вопрос. – Что бы ни случилось, я не хочу, чтобы ты так думала.

Она закрыла глаза, словно молилась, а я смотрела на нее в свете свечи. У нее было овальное лицо, аккуратный подбородок. На щеках ее были веснушки, уголки рта опустились, делая ее печальной, хоть лицо ее и было расслабленно. Чем больше я смотрела на нее, тем больше думала, что она красивая, и это удивило меня, ведь сперва я так не думала. Лирис точно была красивой, я всю жизнь видела, как на нее реагируют люди, как они сразу улыбаются, увидев ее красоту. Красота Твайлы подкрадывалась незаметно. Может, и Лиф так ее увидел.

- Что ты видишь? – вдруг сказала она, и я покраснела. Она смотрела на меня зелеными глазами, что были темнее от света. – Скажи, что ты видишь, когда смотришь на меня?

- Девушку, - сказала я, и она улыбнулась. – А что еще я должна видеть?

- Ты похожа на него, - сказала она. – Ты еще не сказала, а я уже поняла, что ты его сестра. Такие же глаза, форма лица. Такая же улыбка. Ты очень на него похожа, - она замолчала и подогнула ноги под себя, сев на кровати. – Знаю, ты хочешь знать, что случилось. И я расскажу тебе все. Обещаю. Но не сегодня.

Я кивнула.

- Твайла, - сказала я неохотно, пробуя ее новое имя. – Когда он жил на ферме, Лиф… никогда не думал ни о чем другом. Когда мы потеряли ферму, он был расстроен. И вел себя ужасно, и… - я замолчала. – Я о том, что если Лиф о чем-то заботиться, то это правда. Все или ничего. Так что он мог на самом деле любить тебя.

Она помрачнела и поджала губы.

- Нет, Эррин, - сказала она напряженно. – Не мог.

Она закрыла глаза, а я глубоко вдохнула. Я не хотела знать больше, не хотела услышать то, что заставить меня думать о нем очень плохо.

- У тебя… есть братья или сестры?

- Братья-близнецы старше меня. Младшая сестра была, но умерла.

- Мне жаль.

- Как и мне.

Мы молчали какое-то время, а потом я сказала:

- Думаю, хуже всего то, что мы теряем часть себя, - я легла на спину и смотрела на темную крышу. – Очень многое обо мне знал только Лиф. У нас было много общих воспоминаний – особенно, о том, что нельзя было делать – но теперь они есть лишь у меня. То, как мы просыпались по ночам и воровали мед на кухне. То, как прыгали в сено на ферме. Никто меня уже такой не увидит. А если я это забуду? Что тогда?

Я посмотрела на нее, а она вытирала лицо.

- Прости, - снова сказала я.

Она покачала головой.

- Нет, ты правильно думаешь, - она сделала паузу. – А сейчас нам стоит поспать, - сказала она. – Завтра будет интересно, видимо, - она посмотрела вдаль и резко отвернулась к стене.

Я слезла с кровати и умылась. Потом я сняла сапоги и переоделась в ночную рубашку, радуясь чистой одежде, а затем задула свечу. Я слышала, как она тихо плачет. Я лежала в темноте и думала о Сайласе в нескольких пещерах отсюда. Он знал, что ее зовут Твайла. И он ждал, что она придет через Алмвик, он ждал ее. Это было из-за Лифа? Он ожидал, что она придет сюда из-за него? Или дело было в том, что это главный город у границы меж двумя странами?

А потом у меня появилась ужасная мысль: потому он подружился со мной? Чтобы добраться до нее?

Я села на кровати и смотрела во тьму. Твайла притихла. Я спрошу его завтра. И даже если причина была такой, разве это уже имеет значение?

Нет. Я легла на кровать. Это ничего не меняло между нами.

Через пару мгновений я услышала еще один приглушенный всхлип и сжала кулаком одеяла. Я чувствовала себя ужасно виноватой за то, что мой брат с ней сделал. Порой мне казалось, что я совсем не знала Лифа.

Глава 23

Глава 23

Я проснулась от шагов, пронесшихся мимо нашей комнаты. Я слышала голоса, что были громкими для ночи, и хотя я не могла разобрать слов, я слышала высокие ноты, панику в них. Я села и повернулась к Твайле.

- Что происходит? – спросила она, протирая глаза, и я покачала головой, сердце колотилось.

Сверху послышался гул, он разнесся эхом по камням.

- Что это? – выдохнула она.

Я отбросила одеяла, потянулась к штанам и заставила себя обуться.

- Поднимайся, - сказала я. – Что-то не так.

Она обулась, и Сайлас распахнул занавеску. Он посмотрел на меня, Твайлу, а потом снова на меня.

- На нас напали, - сказал он. – Не знаю, увидели ли нас, идущих сюда, или просто нашли, но они пытаются пробиться в главные двери.

- Что делать?

- Вам нужно найти Амару. Она прибыла час назад. Она в склепе. Выслушайте ее. А потом встретимся в зале, я буду вас ждать. Будьте готовы к эвакуации.

Я посмотрела на Твайлу, лицо ее было бледным и решительным в свете из коридора.

- Увидимся в зале.

- Сайлас! – позвал кто-то снаружи.

Он обернулся на голос, а потом взглянул на нас и быстро заговорил.

- Когда выйдете, поверните направо, прижмите левую ладонь к стене слева. И следуйте вдоль стены. Вы поймете, когда увидите. Но до этого руку не убирайте.

Он ушел, оставив нас с Твайлой, глядящих друг на друга.

 * * *

Вне комнаты все бежали в сторону, противоположную той, что указал нам Сайлас. Держась вместе, мы прижали левые руки к стене и пошли. Алхимики и их спутники, люди разных возрастов и полов проносились мимо, некоторые были вооружены, некоторые держали детей, на нас не обращали внимания. Сверху раздался грохот, и я увидела, как с потолка полетела пыль.

- Скорее, - сказала позади меня Твайла. Не отрывая рук от стены, мы побежали. Земля превращалась в спуск, повороты становились внезапными, а коридор сужался. Шум остался вдали, я слышала только наше дыхание, и порой падали капли. Воздух становился холоднее, свечи стояли дальше друг от друга, оставляя участки тени. Каждый раз у меня сбивалось с ритма сердце. Но мы добрались до двери, а не занавески. Двери из темного дерева, на ней были выжжены два круга, заходящих друг на друга. В центре был маленький серебряный полумесяц.

- Наверное, сюда, - сказала Твайла, глубоко вдохнула, толкнула дверь и вошла. Я последовала за ней и закрыла за собой дверь.

А потом я остановилась. И могла лишь смотреть.

Я ожидала еще одну пещерку, похожую на комнату переговоров. Но я вошла в комнату размером с собор, потолок был в сотне футов надо мной, был полон белых сияющих сталактитов, что были вдвое меня выше, они, подобно тысяче мечей, были направлены на мою голову. Из стен торчали кости. Сотни, а то и тысячи черепов смотрели на меня со стен, аккуратно выставленные друг на друга. На некоторых из них были символы соли, огня, воздуха, они поблескивали золотом на их лбах.

Еще больше костей, наверное, рук и ног, образовывали замысловатые узоры, сердца, круги и звезды на стенах. На дальней левой стене из костей таза была сооружена роза, а на правой – кубок из ребер.

Люстра над моей головой была сделана из костей и свисала с невообразимо высокого потолка. Руки скелетов сжимали черепа, а в глазницах горели свечи, озаряя комнату и отбрасывая зловещие тени. Длинные кости ног соединяли руки на люстре. От этого строения вверх уходили позвоночники, а под конструкцией на нитях свисали маленькие кости, словно бусины.

Это было прекрасно и ужасно, и я содрогнулась. Храм под землей. Он же – склеп.

Я знала без слов, что все кости здесь принадлежали алхимикам. И я знала, что этот храм, склеп, был построен здесь задолго до того, как здесь спрятался Конклав, может, потому он и появился здесь. Эта работа была долгой, юные и старые кости собирали, чтобы получилось такое место. Это было отвратительно и красиво, во мне поднимались волны отвращения, но восхищение сбивало их, когда я замечала новые невообразимые узоры.