— Греттель, а если он мне не подходит? — выудила из глубин подсознания важный вопрос. Ну правда, а вдруг? Красота — это не есть все, а что, если мы с принцем не сойдемся характерами? Я слышала, так можно даже возненавидеть друг друга. Я обреченно присела на краешек кровати.

— Ох, — Греттель выронила очередную тряпку, уселась рядом и обняла меня за плечи.

— Как я это пойму? — я с надеждой взглянула в ее глаза.

— Поймешь, девочка моя, — тихо улыбнулась она. — Сразу поймешь. Не знаю как, святая Эффа подскажет, и еще вот тут… — она приложила руку к груди, — вот тут отзовется. Всякое бывает, знаешь? Вот иногда видишь его и кажется — убить готова, а нет его и тут, — теперь она положила руку на мою грудь, — жжет… А если не твой это мужчина, то и жечь не будет.

Надо же, так просто и доступно объяснила. Мне даже легче стало на душе. Я растерянно приложила руку к тому месту, где только что лежала ладонь сестры, словно пытаясь проверить, а что там, под ладонью? Пока там было пусто…

Греттель поняла меня по-своему:

— Ди, маленькая моя, помни, я никогда не заставлю тебя выйти замуж за нелюбимого, пусть он будет тысячу раз принц, и сто тысяч — король. Если твое сердце его не примет, то я тебе ни слова не скажу… Равно как и если он не выберет тебя.

— Греттель, — я уже всхлипывала, готовая вот-вот разрыдаться то ли от волнения, то ли от избытка сентиментальности. Как же мне повезло с семьей! «Ни слова не скажу…», а ведь ей этот союз важен как воздух!

Я шмыгнула носом, пытаясь сдержаться. Не получилось. Обняла сестру за шею, и мы в два голоса взвыли белугами. Как хорошо, что Никаэля дома нет, вот бы он нам всыпал за этот слезоразлив!

— И еще, Диали… — договорить Греттель не успела, с улицы донесся свист, потом грохот и шквал витиеватых ругательств. Выглянув в окно, Греттель всплеснула руками и поспешила вниз.

Я даже смотреть не стала. И так понятно — мои неугомонные племяннички штурмуют карету громозубов. Надо бы поторопиться, иначе во дворец мне придется идти пешком. Эти бравые вояки сейчас ее либо в щепки разнесут, либо так залепят грязью, что нас не пустят ко двору!

К тому времени, как я выползла с огромным чемоданом во двор, там уже разыгралась целая баталия. Жан, спотыкаясь и поскальзываясь на навозе, носился за моими племянниками вокруг королевской кареты, щедро заляпанной вареньем. Подгоревшая земляника стекала по окнам и ручкам дверей, капала на ступени. Вокруг радостно порхали пчелы и мухи. Королевская делегация, включая кучера, дружно забилась вовнутрь, оттуда летели ругательства и угрозы.

Греттель, побросав все дела, отчаянно помогала Жану, но ушлых пацанов так просто не возьмешь. Они хохотали, уворачивались и шмаляли в Жана зелеными яблоками. Громозубы отчаянно проигрывали битву, и я всерьез обеспокоилась, что сейчас победители начнут распрягать коней и заберут их в качестве военного трофея.

Эмили с Мишелем на руках что-то отчаянно кричала от крыльца. Ее платье тоже было в землянике, сам таз валялся под каретой — похоже племяннички устали размениваться на мелкую артиллерию и ударили сразу катапультой.

— Жан, тупица бестолковая! — задыхаясь от быстрого бега, прокричала Греттель. — Неси шланг, иначе осы их съедят! Этьелен, чтоб тебя, накажу! Завтра ни шагу из дома! Я все расскажу отцу! Пусть он отправит вас учиться!

На самом деле это были пустые угрозы. На обучение денег у сестры не было, и я снова подобралась, окрыленная этим мотивировочным фактором. Этих вояк нужно обязательно оформить в академию! Причем военную, желательно с творческим уклоном!

Жан под градом яблочного огня разматывал садовый шланг. Греттель открутила кран, и мощная струя воды рванула в воздух. Еще добрых пять минут Жан пытался его поймать и направить на карету. Струи воды ударили по лотосу, смывая остатки подгоревшего джема и лепестки с позолотой. Контингент внутри заволновался, послышался отборный мат.

Жан успешно подбил струей Ларри, тот, сбитый с ног, плюхнулся пузом в лужу и тут же был захвачен в плен подоспевшей Греттель. Этьелен, увидев, что ряды бойцов редеют, предпринял хитрый стратегических ход, а именно, подскочив к крану, подцепил его какой-то железякой и сорвал. Водяной фонтан взмыл в облака, и Греттель взвыла.

Меня накрыло стеной дождя, за несколько секунд я промокла до нитки. Не теряя времени на разборки, и не дожидаясь, чем закончится схватка, я рванула дверь кареты.

— Трогай! — заорала кучеру, выталкивая его наружу. Тот вывалился кулем муки, попал под дождь и, вылупив глаза, бросился карабкаться на облучок.

Кони, с опаской кривя морды в бок, сами потихоньку двинулись к воротам, кучер подстегнул их, и мы, радуясь и уповая, что целы все четыре колеса, вихрем вылетели на дорогу. Следом увязалась кусачая шавка Жана, она яростно облаивала карету, пытаясь вскочить на облучок и тяпнуть кучера. Похоже, что ей даже удалось, судя по тому, как тот взвизгнул и щелкнул кнутом.

Шавка отстала только у леса, я обернулась на прощание. Этьелен ревел от обиды, Жан пытался грудью заткнуть фонтан, а Греттель, подобрав мокрые юбки, махала мне вслед косынкой…

Глава 4 Тернистый путь к счастью

Глава 4

Тернистый путь к счастью

— Это возмутительно, просто форменное безобразие! Что за отношение к королевским приближенным? Вы в курсе, сьерра, что господин Морденелло — член королевского Совета по особо важным магическим делам! Он оказал вам честь лично пригласить вас на отбор, и что в ответ? Такой прием? — длинный суетливо вытирал лицо мокрым платочком и отряхивал такой же мокрый воротник.

Господин Морденелло — удивительно говорящая фамилия — возмущенно сопел, пытаясь привести в порядок папку, но все бумаги раскисли и поплыли чернильными кляксами. Сам он тоже был с ног до головы мокрый, Жан нисколько не озаботился об обитателях кареты, когда усердно отмывал герб. Богатый, вышитый серебром камзол благоухал горелой земляникой и лип к рукам, вокруг него кружили осы. Господин Морденелло нервно отмахивался от них мокрой папкой.

— С этого дня, Ваффель, я отказываюсь помогать вам в подобных делах! Вы мне что обещали? Живописную поездку в соседнюю провинцию! Свежий воздух и комфортный экипаж! Я днем и ночью ломаю голову над благополучием и процветанием королевства! Я устал от ежедневных заседаний Совета и глупых прихотей принца при полном попустительстве его отца! — булькал негодованием коротышка.

Ого, сам член Совета оказывает мне такую честь! Наверное, я должна гордиться, но мне почему-то было смешно.

— Вот поэтому я и рекомендовал вам прогуляться, уважаемый! Кто же знал, что именно эта невеста окажется такой… ммм… непутевой?

Это он меня что ли так назвал? Я было полыхнула негодованием, но долговязый Ваффель осадил меня суровым взглядом.

— Держите свое мнение при себе, сьерра! И скажите спасибо, что после подобного приема я сразу же не вычеркнул вас из списка!

Это был серьезный аргумент, поэтому я тут же прикусила язычок. Еще не хватало из-за выходок Этьелена лишиться такого завидного жениха!

— Я полагаю, вы напрасно этого не сделали, Ваффель, — тут же поддержал Морденелло. — Я вообще против этого отбора! Что за блажь, ну в самом деле⁈ Совет давно присмотрел Флориану невесту! Это выгодный союз, и я не понимаю, почему теперь она должна принимать участие в отборе наравне со всеми?

— Потому что принц Флориан ее отвергнет, как навязанную Советом, едва вы огласите ее имя! А так есть хоть какой-то шанс, что его выбор падет на нее, — Ваффель покосился на меня, похоже, я сейчас услышала нечто, не предназначенное для моих ушей.

— Флориан так ненавидит Совет, что выберет кого угодно, хоть лесную фурию, лишь бы этот выбор шел вразрез с нашим! И почему король его никак не приструнит? — Мординилло в сердцах махнул рукой, отгоняя ос, те разлетелись врассыпную, а одна ловко юркнула ему в рукав. Коротышка завертелся, захлопал себя по плечам и взвыл — оса ожидаемо тяпнула его за руку. Он гортанно завопил кучеру, чтобы тот остановил, распахнул дверцу кареты и, поскользнувшись на обляпанных вареньем ступенях, вывалился прямо на дорогу.

Пока он бегал вокруг кареты, проклиная и меня, и принца, и почему-то весь Совет в придачу, а Ваффель с кучером догоняли его и помогали вытряхнуть осу, я удобно устроилась у окошка и предалась мечтам.

Лес сиял ослепительной красотой. Щебетали птицы, кружили хороводами огромные бабочки. Громадные фиолетовые бутоны влагоцвета распускали свои лепестки, а это верный признак того, что скоро пойдет дождь. Небо на востоке действительно хмурилось и приобретало оттенок этих водолюбивых цветов, ветерок донес запах влаги и мокрой травы, я с удовольствием его вдохнула. Какая романтика! А говорят, при дворе короля Антуанэля есть невероятный сад! Греттель отзывалась о нем, как о волшебной сказке, я даже несколько раз в детстве пыталась рисовать его с ее слов. Ох, и в этом саду меня ждет прекрасный принц… Невероятно!

— Сэр Морденелло, давайте приложим листик ядосбора, он облегчит вам боль!

— Приложите его себе к…! — коротышка грузно бухнулся в карету и так громко шваркнул дверью, что днище заскрипело и даже слегка накренилось. — Трогай! Святые старцы! Ваффель, не попадайтесь мне на глаза ближайшие два дня! Нет, неделю! О боги, мне нужен отпуск, мне нужно уехать на воды! Кучер, шевелись, гони быстрее во дворец!