Слова Демиурга были поддержаны дружным рёвом гарнизона Белого города.

Как отражение происходящего внизу, посветлели лица Олианны и Иллиана. Израненный город искал и находил новые пути для возрождения. И хотя война была ещё далеко не окончена, сердца новых правителей земель Западных альвов наполнялись надеждой…

Глава 1

Глава 1

Мой портал перенёс возродившихся лигейцев на Станцию «Гиперборея». Больше нам в Варрагоне делать было нечего. Дом, милый дом… От усталости ноги не держали. Вяло кивнув спутникам, я спустился на второй уровень Станции, добрёл до первого же отсека с лежаком. И рухнул на пластиковый матрас, плюнув на все разборки и разбирательства.

Но беспокойный рой мыслей, и неугомонная совесть ещё какое-то время не давали заснуть. Совести не давал покоя факт, что я оставил на попечение начинающих целителей заботу об остальных пленных. Ну что с того, что эти клыкастые не будут преспокойно спать сутки под воздействием Сна Гарпий, как те, что вылечены мной? Обойдутся как-нибудь, остались только лёгкие ранения и ушибы. Всё равно этих пленных альвы сведут потом в подземную дворцовую тюрьму. У Чёрных теперь начнётся новый этап жизни. Кандально-строительный.

Договор с дедом, Базилевсом, Инфой и Гергудрун через пять часов встретиться в Биологической лаборатории, чтобы подвести итоги и набросать план действий, был единственной попыткой сделать хоть что-то. Ещё бы узнать, как там моя альва. Эх…

* * *

Странно, пожалуй, со мной такое в первый раз, когда я столь отчётливо понимаю, что нахожусь в собственном сне. Причём без всякого перехода от яви к миру Морфея. Обычно все образы смутны, а события нечётки и воспринимаются уже потом, лишь как воспоминания. Да я, пожалуй, и позабыл давно, когда видел содержательные сны. При такой жизни просто долгий крепкий сон — и то роскошь.

В Небытии мне приходилось попадать в самые разные слои субреальности: ущелье Колыбели Богов, горизонты Астрала, искусственные зоны, создаваемые Предтечами, для наших редких свиданий. Сейчас же было полное ощущение присутствия в реальном пространстве. Вполне обычная лесная поляна, небольшое озерцо, почти полностью заросшее осокой, щебет птиц, жужжанье шмеля. Благодать! И в то же самое время я находился в полной уверенности, что всё окружающее меня — это сон.

Наверное, потому, что с пейзажем был всё же перебор. Он был до тошноты лубочным и, если хотите, очень земным. Природа Небытия не особенно отличалась экзотикой, за исключением некоторых действительно интересных мест. Таких, как Плоскогорье Теней или Долина Дриад. Поэтому моя дежурная паранойя оперативно встряхнулась и заняла выжидательную позицию. Подобные сны после дикой психофизической нагрузки, знаю по своему опыту, ретикулярная формация просто так не генерирует. Значит, не исключено стороннее вмешательство в нейрофизиологию. Следовательно, достаточно будет немного подождать и всё выяснится само собой.

Удивляясь собственному спокойствию, я разулся и не спеша расположился на берегу озерца, с наслаждением погрузив ступни в прохладную воду. Несмотря на то, что солнце изрядно припекало, никакого дискомфорта не ощущалось. Вокруг было столь благостно и спокойно, что я поневоле прислушивался любому звуку и приглядывался к каждому кусту в поисках подвоха. И всё равно появление собеседника стало для меня полной неожиданностью.

— Ты всё-таки больной на всю голову, Холиен! — рядом присел…я. Вернее, полная моя копия теперешнего, находящегося во сне. Хм, а варрагонская битва меня здорово потрепала. Экие тени-то под глазами.

— Предтеча?

— А кого ты ждал? Тот заносчивый божок, что худо-бедно навострился управлять вероятностными потоками, заблокировал возможность общения по струнной сети. Его силёнок на подобную гадость хватило. Но ты-то же не совсем идиот, Эскул? Мог бы сообразить, что возможна ментальная связь. Носишься, как оглашенный. Прикорнул бы на пять минут. Я бы тебе давно всё растолковал что, да как, — дух сорвал длинную травинку и зажал в уголке рта, закинул руки за голову и с наслаждением вытянулся на густой зелёной траве, — у тебя образная неплохая память, квартерон. Вот я и выудил эту поляну из неё. Эх! Какое райское местечко! Это где в твоём мире такие водятся?

— Я уж и не помню где. Застряло в памяти. Думаю, это не столь важно.

— Зря. Если что-то в этой жизни и важно, то это память о месте, где тебе хорошо, и ты что-то значишь.

— Может, обойдёмся сегодня без философских прелюдий, Предтеча?

— Можно и без прелюдий, Демиург. Жаль, — вздохнул гость, — мне скучно без возможности поделиться мудрыми мыслями. Ты же опять начнёшь выспрашивать о своих врагах, предательстве соратников, угрозе здоровью и жизни жены? Так? Банально. На все эти вопросы ты можешь без особого труда получить ответы самостоятельно и не тратить моё время, а задать главный вопрос.

— А какой он, главный вопрос?

— А подумать?

— А в рыло?

— Фу, Холиен! А казался таким приличным разумным. Неужели всё так достало? Или тебя испортило общение с местными?

— Надоели игры, Предтеча. Почему нельзя просто жить, растить детей, помогать слабым, дружить, делать мир лучше, если хочешь? Почему нельзя без крови и грязи…

— Эхе-хе… — лицо Предтечи погрустнело, — а хотел без философских прелюдий. Ты уж определись, Холиен, — гость повернул голову ко мне и в глазах его мелькнули весёлые искорки. Настроение моего визави менялось ежесекундно.

— Прости. Устал что-то.

— Понимаю. Ничего, отдохнёшь, выспишься, посоветуешься с друзьями, съездишь к своей благоверной… Не надо на меня так смотреть! Всё у неё хорошо! И не сверкай на меня глазами! Не без сложностей, а чего ты хотел? Богиня, однако. Да ещё и беременная. Ты, это…побереги её, Демиург. В этом мире таких ещё не было. Она важна. Ты поймёшь…потом. А что до твоих врагов? Ты же всё равно не успокоишься. Двоих Богов уже натравил друг на друга, крючкотвор. Теперь придётся тебе без удачи, самому. Ножками, ручками, головой.

— Ничего, как-нибудь справлюсь!

— Не сомневаюсь. Тебе просто деваться некуда, Холиен. Придут Отверженные Боги в этот мир или не придут. Это уже ничего принципиально не изменит.

— Почему это? Если Деев откроет печатями Великого Альва проход для Сангвира и Велшахрууна, в нашем мире приумножится зло. Я уж не говорю об усилении группы Деева. Поддерживаемые новыми Богами Бессмертные станут сильнее. Всё, чего мы, лигейцы, с таким трудом добились будет превращено в прах. А это новый виток противостояния и новые войны!

— И с чего ты так решил, Холиен? — огорошил меня вопросом Предтеча, резко присев и развернувшись ко мне, — Отверженные Боги отличаются дрянным характером, изрядным коварством и хитростью. Зачем им какой-то Деев? Разве, что для выполнения мелких поручений. Кто он для них? Чужак с новыми способностями, собравший вокруг себя таких же, по сути, потерянных Странников, как и твои лигейцы. Великий Альв не зря в своё время засунул Сангвира и Велшахрууна в глубокую нору, запечатав их накрепко. Заметь, не уничтожил, а лишь ограничил их деятельность в Небытии. Почему? Догадайся сам. А я лишь немного подскажу. Закон Равновесия! Ключ к развитию Небытия только в противостоянии двух сторон, как бы пафосно и избито это не прозвучало. Не может добро без зла, аверс без реверса, белое без чёрного, а инь без янь! Борьба противоположностей и их единство! В постоянном движении, непрекращающейся смене мест слагаемых…

— Но так можно развиваться и до саморазрушения!

— Да! Почему бы и нет? Если мир разрушен, да здравствует новый мир! — глаза Предтечи лихорадочно блестели.

— Безумие какое-то…

— Не более чем твоя вера в светлое будущее Бессмертных пытающихся ассимилироваться в среду древних и хумансов с их веками сложившимся укладом.

— Неужели наша «Гиперборея» столь утопична?

— Ну почему, начали вы неплохо. На вашей стороне владение магией на достаточно высоком уровне, уникальные технологии, бессмертие, наконец. Хотя, насчёт него я бы надолго не обольщался.

— Эту байку я уже слышал. И о наших аватарах, и об их ограниченном количестве возрождений.

— Почему байку? Всё достаточно обосновано. Да ты и сам можешь убедиться. Ты ведь уже овладел азами конструкторского мастерства. Есть удачный опыт манипуляций со структурой Средоточий. Попробуй как-нибудь осторожно поэкспериментировать с плетением. Если ты заметил, у всех оно разное. Так?

— Допустим. И что из этого?

— Попробуй, находясь в Астрале, посмотреть на структуру плетений без конкретной привязки к индивидуальной форме, ммм…рассеянным взглядом. Как бы погрузись в неё, растворись в ней. Ты увидишь, что Средоточие на элементарном уровне состоит из компартментов, то есть абсолютно одинаковых отсеков, относительно изолированных друг от друга. Число таких отсеков — равно числу возрождений аватара.

— Ты хочешь сказать, что, строго говоря, мы не бессмертны? Число возрождений конечно?

— Да, мой любознательный друг. И именно это ты должен был спросить меня в первую очередь! Нельзя до бесконечности использовать этот ресурс. Увлёкшись вашими войнами, распрями и прочими сравнительными метрическими манипуляциями над вторичными половыми признаками, вы, Странники, скоро совсем забудете о существовании смерти. Уже сейчас многих из вас этот факт не ограничивает ни в нравственных, ни в культурных рамках. Это путь в никуда, Холиен. Но большинство из твоих лигейцев, как и ты, не используют бессмертие, как способ тотального подавления других разумных. Именно поэтому я всегда разговаривал с тобой, Эскул, а не с Деевым и ему подобными. И он, и ты уже были когда-то смертными. Большая часть жизненного опыта ваших нейротронов прошла под этой доминантой. И бессмертие, к счастью, очень медленно влияет на тебя и многих твоих друзей. В отличие от Деева и его последователей. Вспомни некроманта Валеру. Если говорить твоим языком, то Сильванеру просто снесло крышу. А как известно, умный проспится, дурак — никогда.