Ведьма и дракон. От судьбы в академии (не)спрячешься

Ведьма и дракон. От судьбы в академии (не)спрячешься

Глава 1

Глава 1

- Твою же, беладонну! Маришка! – мама грозно смотрела на меня и уперла руки в боки.

Горестно вздохнула и виновато опустила голову. Глаз от полу не подниму, пока не успокоится. А то может и влететь вот тем полотенцем, что через плечо пыхтящей от негодования матушки перекинуто.

- Ну кто опять? Куда опять запасы вбестолку тащишь, бессовестная ведьма!

- Ма, ну какая совесть, ма? – всплеснула я руками. – Я ж ведьма!

- Ты мне зубы-то не заговаривай, - матушка обличающе ткнула в меня пальцем.

Я поникла. Сбежать не удастся, сменить русло разговора тоже. Матушка бдила, как и всегда. Снова горестно вздохнула, ожидая очередную выволочку.

- Что там опять? Зайцы? Лисы? Не приведи, Праматерь, волки?

Я мотнула головой. Ни зайцы. Ни волки. Ни лисы. Все не то. Размеры слишком малы для того количества целебных трав, настоев и тряпок с водой, которые я планировала стащить из дома. Вот уж дела, а ведь и правду сказать не могу. Матушка меня либо дома запрет. Либо ж наоборот из дому поганой метлой выгонит. Без всего необходимого. Эх.

- Олень, - выдохнула я и закусила губу. Поверит ли?

- Олень? – матушка подняла голову к потолку и что-то прошептала. Наверное, опять Праматери проклятия посылала за такую бедовую дочь. – Совсем дурная, что ли?

- Матушка, - я кинула на нее умоляющий взгляд. – Но ведь погибнет же. Не от природы, ни ради благого дела, - уверенно тараторила я, - за так. Ради игрушки. Ох, узнала бы кто так забавлялся, - воинственно потрясла своим крохотным кулачком неведомому хулигану.

- И что с того? – не отступала матушка. – Ничего не дам. Через неделю торговцы чрез Озера пойдут, я на что товар менять буду? На твою дурную голову, что ли? Иль думаешь они за так, ради твоей улыбки расщедрятся-то?

- Матушка, я соберу новые. Завтра. Высушим. Обещаю. А сейчас нет у меня времени медлить. Погибнет же. Жа-алко, - протянула я. – Молодой, красивый. И вот так. Нашей же стрелой, кстати, - махнула рукой к выходу. – Точно тебе говорю. Нашей, но порченой какой-то магией, ты поди глянь, что за беда.

Матушка нахмурилась. Бросила мне, проходя мимо: - «Ничего не трожь», - и вышла на улицу, где я и оставила злополучную стрелу, которая совсем недавно на моих глазах пронзила прекрасное создание. Волшебное. Гордое. Великолепное. Дракона. Дракона, казалось пару мгновений назад, зависнувшего высоко в небе над острыми пиками гор. А теперь он едва дышал и лежал в небольшой пещерке. И ничего бы ему не было, если бы та стрела была обыкновенной. Но ее заговаривала матушка. А она на дух не переносит драконов. И причина тому мне неведома. А дракона надо было спасать. Хотя бы потому, что чуяло мое сердце, что не избежать матушке беды, если выяснится, что убили дракона нашей стрелой. Живой ли? Дышит ли или отдал душу Праматери?

Оглянулась к выходу. Матушка вернется скоро. Очень скоро. Времени медлить не было. Ураганом пронеслась по дому, хватая пучки трав, настойки, мешочки со смесью трав, котелок, в который сгрузила свою драгоценную добычу, метнулась в комнату, схватила цветное расшитое замысловатым орнаментом покрывало со своей кровати, несколько полотенец и бросилась на улицу. Уже у калитки в спину ударился негодующий голос матери:

- А ну стой, поганка ж ты серая! Вот вернешься ты, Маришка, отхожу прутиной, как есть отхожу, - неслись мне в след угрозы матушки. А я бежала, не разбирая дороги, с шумом выдыхала воздух сквозь сжатые зубы. Теперь, когда дом остался позади, задыхалась от тревоги. Перед глазами вновь и вновь вставала жуткая картина, которая испортила такое прекрасное тихое утро.

Глава 2

Глава 2

Солнце еще не показалось из-за гор. Лишь его рассеянный свет начал отвоевывать крохотный кусочек неба на горизонте. Подхватила туфли. Влажная от росы трава приятно холодила босые ступни. Вдохнула полной грудью напоенные свежестью, влагой и разноцветьем трав летний воздух. Хорошо-то как. Тихо. Только первые проснувшиеся птицы поют где-то вдалеке. Медленно шагала по лесной тропинке, наслаждаясь тишиной. Касалась деревьев, приветствуя редкий лесок на склоне горы, подхватила пальцами сверкающую каплю росы с нежного лепестка лилейника. Срывала нужные мне травки, иногда лишь цветки, а иногда приходилось подкапывать корешки. Брала лишь то, что необходимо, благодаря лес и Праматерь за их дары. Как и всегда обещала, что не наврежу, не трону лишнего для потехи. Лес раскрывался передо мной, перед своей старой знакомой. Гладил макушку колючими ветками, подталкивал в спину легким ветерком, указывая направление, где я могла найти все, что мне нужно. Подсовывал под руку сочные алые ягоды земляники. Солнце уже стояло высоко, когда я напившись ключевой водой, к которой привел меня лес, вышла на опушку. Лазурный купол над головой был украшен редкими пушистими облаками. Солнце висело высоко, с радостью принимая меня в свои объятия, стоило мне только вынырнуть из-под густых ветвей. Вдохнула уже нагретый воздух. Собиралась уже спускаться с горы, когда где-то недалеко послышались странные хлопки. Глухие, едва слышные, но такие чуждые в этой тишине.

- Что же это такое? – шепнула я. Прикрылась ладонью от слепящего солнца, чтобы рассмотреть в небе источник звука.

Он появился внезапно. Вынырнул из-за горы. Огромный, сверкающий, невероятно прекрасный. Широкие кожистые крылья двигались плавно, не спеша, и каким-то чудом удерживали этого огромного ящера в воздухе. Чешуя серебром сверкала, как мамины начищенные ритуальные котелки. Он пролетел над лесом. С тихим шелестом, подняв в воздух прошлогодние листья, мелкие ветки и пыль. Я заворожено наблюдала за ним. Надо же. Дракон. Хоть они и жили за горной грядой, не слишком далеко от нашей деревни, но в нашу сторону обычно не залетали. Я лишь пару раз видела вдалеке темные точки в небесах. Но так близко? Удивительно. И так потрясающе, что дух захватывало.

Откуда-то из лесу с тихим свистом в небо взвилась стрела. Этот звук, необычный, наполненный особенной песней я узнала сразу. Я даже не вскрикнула, лишь рот в ужасе прикрыла, когда она пролетела мимо. И уже выдохнула с облегчением, когда вздрогнула. Одна, вторая, третья... Стрелы пели, пронизывая гибкое тело змея в небе. С глухим стуком корзинка ударилась о землю. Травки рассыпались у ног, а у меня рассыпалось сердце, когда гордое, величественное создание рухнуло на землю.

- Великая Праматерь, - прошептала, прижимая руки к лицу.

Один удар сердца. Лишь миг на раздумья, и я уже неслась по скользнувшей под ноги тропинке к раненному дракону. В голове билась лишь одна мысль "лишь бы выжил, ох, лишь бы выжил". Ох, беды не миновать. Я буквально кожей чувствовала, как она, эта беда, словно грозовая тёмная туча, нависла над нашим домом и всей деревней. Неслась, не чувствуя ног, в ушах свистел ветер, шумела кровь, а сердце билось о грудную клетку, готовое выпрыгнуть. Перед глазами все расплывалось. Горная тропа убегала вниз почти по отвесной скале. Ветер толкал в спину, а я благодарила природу, что она не подставляет подножки, убирает камни и кусты с пути. Лишь бы успеть. Крутой поворот за выступ скалы, и я рухнула на колени перед обнажённым мужчиной, хватаясь за древко первой стрелы. Она попала под ребра.

- Потерпи, миленький, - прошептала я и с силой дернула стрелу.

Прижала ладонь к горячей коже, зашептала заговор, останавливая кровь, пустила огонь по пальцам, он ласковой змейкой скользнул к ране, сплавляя края. Вторая стрела в бедре. Третья в плече. Я шептала заговаривая, заживляя, лишь бы спасти. Когда я уже почти закончила, деревья на верхушке горы заволновались, громко зашумели, зашелестели. Ветер принёс звук чужих шагов, хлестнул в спину, взметнул волосы, предупреждая, отвлекая. Я не успела залечить плечо. Подскочила, заметив, как края раны вновь разъехались, кровь хлынула на серые камни. Эх, матушка, вот уж вреда сколько от твоей ненависти, вот уж беду накликала твоя старая обида.

Быстрыми движениями сматывала воздушную нить в плетение, шептала заговор, чтобы увести злодея, отвести глаза ему, запутать. Чтобы лес помог, увёл гада, чтобы спрятал от глаза чужого, чтобы помог. Воздушное кружево вспыхнуло, ослепив на секунду, ветер подхватил его, понёс. Перед лицом заструилось марево. Воздух задрожал, спрятав нас с драконом. Лес и горы знали меня, берегли, защищали.

Носа коснулся тошнотворный запах гнили, грязи и плесени. Горло сжало рвотным спазмом. Тяжело сглотнула и задержала дыхание. Ветер кинул моё воздушное кружево чужаку в спину. Чужак вскрикнул, покатился вниз, утягивая за собой камни и пыль. Я лишь видела тёмный плащ, который смазанным пятном мелькнул перед глазами. Глубоко вдохнула. Воздух снова был чист и свеж. Неужели, так смердил чужак? Или это мне уже на фоне переживаний мерещится всякое.

Стёрла пот со лба, рухнула перед драконом на колени и принялась за рану. Стянула огнём края и устало привалилась к прохладному камню. Руки измазанные в крови дрожали, сердце отбивало ритм. Сдула налипшую на лоб прядь и прикрыла глаза, прислушиваясь к лесу, горам, к дыханию дракона. Лес шумел. Возмущался, злился на чужака. Я благодарила за помощь, за укрытие. Приложила ладони к шершавому камню, испещренному трещинами, слушая, ощущая. Чужак далеко. Внизу. Живой, но не двигается. А дракон здесь вот, у ног моих. Дышит надсадно. Все вокруг кровью его залито. Живой. Но если тут брошу, может и помереть. Матушкин заговор не даст быстро восстановиться. Будет силы тянуть. Уткнулась макушкой в камень и прикрыла глаза. Что же мне делать с тобой, дракон? И не оставить же здесь. А если чужак вернётся? Ох, и сил сколько я потратила, где ж это видано, чтобы так магию смешивали. А мне ещё тебя тащить, прятать. И куда же тебя прятать?