Не знаю, что за выражение было у меня на лице, но Диана молчала всю дорогу. Тишина сыграла мне на руку, и я спокойно подумала о Кассандре и Эзре. Мои мысли каким-то образом переплетались со словами Алис.

Мы прибыли во дворец как раз к ужину. Чтобы не показаться грубой, я зашла в столовую. Винсента там не оказалось. Эстес восседал на привычном месте в очередном роскошном наряде и не удостоил меня взглядом.

– Добрый вечер. Я сегодня неважно себя чувствовала, поэтому спала, – вежливо уточнила я, глядя на присутствующих.

– Где ты была сегодня? – раздался властный голос Эстеса, когда я уже выходила из зала.

Его тон раздражал, но мне пришлось проглотить недовольство, поскольку я теперь представляла Винсента. И все же сдаваться и выглядеть жалко я не собиралась.

– Я ездила в город.

– Я не знал.

Я с трудом сохраняла спокойствие, старалась сохранять вежливость. Двери зала с шумом распахнулись. Ко мне приближался Винсент в темно-зеленой тунике. Его шаги эхом разносились по залу. Появление сына, казалось, еще больше воодушевило Эстеса.

– Я жду ответа, Китана. Почему ты не сообщила мне?

– Зачем мне докладывать королю о поездке в город? Уверена, у вас и без того много дел.

– В следующий раз…

– В чем сейчас обвиняют Китану? – громко спросил Винсент, заглушая отца. Все присутствующие были ошарашены не меньше меня.

– Она отправилась в город, – ответил Эстес. Он пытался взять себя в руки. – Без разрешения.

Я чувствовала, как Винсент напрягся. К счастью, он смог сохранить самообладание.

– Разве Кассандра и Рена спрашивают разрешение, прежде чем куда-то пойти или с кем-то поговорить? – спокойно спросил он.

Вопрос сына явно загнал Эстеса в угол.

– Ты знал об этом? – спросил он, пытаясь перевести тему. Я сразу поняла, что король пытается настроить Винсента против меня.

– Да, разумеется, – солгал Винсент. – Но даже если и нет, не нужно публично ее отчитывать.

Эстес явно колебался. С одной стороны, он хотел наказать меня за неподчинение, с другой – жалел, что обидел сына.

Я молилась всем известным и неизвестным богам, чтобы в нем взыграл отцовский инстинкт и он не навредил сыну.

– Я не такая, как она, – недовольно подала голос Рена, возмущенная сравнением.

Винсент опасно вздернул бровь.

– Она – законная жена принца, а ты – женщина, чья судьба висит на волоске, которую в любой момент могут выставить из дворца.

Я приоткрыла рот, удивившись, как рьяно защищал меня Винсент. Мое замешательство сменилось ужасом, когда Андре демонстративно швырнул свой стакан на пол и уставился на брата.

Слова Алис всплыли в памяти, когда я смотрела в сверкающие злобой зеленые глаза Андре. Рядом с вами честолюбивый человек, принцесса. Остерегайтесь его.

Винсент и Андре приковали друг к другу взгляды. Я заметила, как мимолетная улыбка проскочила на губах Эзры, который мгновенно посерьезнел, когда понял, что я ее заметила.

Подлец!

– Прошу прощения, – произнесла я, глядя на Эстеса. Столкновение между Андре и Винсентом грозило печальными последствиями, и я поспешно увела мужа.

Мы молча вошли в спальню. Винсент налил вина из кованого серебряного кувшина на столе у окна. Я стянула плащ и села на расшитые золотом подушки у камина. Огонь приятно согревал. Вскоре рядом со мной устроился и Винсент, протягивая мне бокал.

– Куда ты сегодня ходила?

Я прищурилась и внимательно посмотрела на мужа. Он смотрел на меня с искренним любопытством, поэтому я ответила.

– Я не врала. Я ездила в город.

– Зачем?

– Не хочу говорить, – уклончиво ответила я.

– Значит, я должен сам разузнать?

– Ты будешь издеваться. – Я капризно пожала плечами, словно ребенок.

– Не буду, обещаю.

Я понимала, что не должна доверять его словам, но призналась.

– Я ездила к гадалке.

Как я и предполагала, Винсент откинул голову назад и расхохотался. Я ударила его по руке.

– Ты же обещал!

Винсент наклонил голову, пытаясь сдержать улыбку. Совладав с эмоциями, он посмотрел мне в глаза.

– Извини, я не ожидал подобного. Я думал, ты разумный человек. Как ты могла отправиться к подобной обманщице?

– Не я, а одна из служанок. Она не может покинуть дворец одна, поэтому попросила о помощи меня. Мы поехали вместе.

Винсент округлил глаза в притворном изумлении.

– Ты сделала это лишь ради служанки?

Я махнула на него рукой и отвернулась к огню, но почувствовав, что он все еще смотрит, и оглянулась.

– Ты очень странная девушка, Китана, – заявил он. Я хотела спросить, что он имел в виду, как он продолжил: – Скажи мне, что Алис, о которой я столько наслышан, увидела в твоем будущем?

Я вдруг вспомнила предсказание. Мое лицо вытянулось.

– Она видела смерть, – призналась я, заразив Винсента своим унынием. Он сразу перестал улыбаться. – Я отказалась от кого-то или кто-то отказался от меня. Мне велели остерегаться амбициозного человека рядом.

– О боги, неужели она не сказала ничего хорошего? – помрачнел Винсент.

– Вообще-то, – с улыбкой ответила я, – в моей жизни появилась настоящая любовь, благословленная богами.

Затем я поджала губы:

– Но он разобьет мне сердце.

Я думала, мои слова его позабавят, но Винсент продолжил потягивать вино. Я сообразила, что сама не сделала ни глотка, и жадно поднесла бокал к губам.

– Спасибо, что заступился за меня, – поблагодарила я после короткого молчания. – Но больше так не делай.

– Почему? – нахмурился Винсент.

Я вспомнила нашу вчерашнюю ссору и поежилась. Я почувствовала, что снова начинаю сердиться, но взяла себя в руки.

– Помнишь, что я сказала тебе вчера?

В глазах Винсента снова появилась боль.

– Я сказала тебе это не для того, чтобы обидеть. Я искренне верю в свои слова.

– Не хочу тебя обидеть, Китана, – ответил он, уставившись на огонь, – но не поднимай эту тему.

– Извини, но я не могу. Ты не заметил, как злорадствовал Эзра, когда вы сцепились с Андре. К тому же народ не просто перестал замечать тебя, тебя перестали любить. Ты не сможешь противостоять врагам, ссорясь с отцом.

На несколько секунд я замолчала, глядя на огонь.

– Причина, по которой твой народ тебя не любит, – я. Если я завоюю их любовь, ты вернешь их расположение. Я должна чаще выходить в город, помогать людям, обвинять обитателей Зиракова в жестокости.

Я говорила очень быстро, и Винсент поднял руку:

– Китана, остановись на минутку. Что с тобой случилось? Я помню твои слова прошлой ночью.

– Думаю, у меня открылись глаза, – ответила я, пытаясь скрыть намек в голосе.

Винсент с тихим вздохом потер шею:

– Разве мы не можем об этом забыть? И ты пыталась причинить мне боль, используя Эзру.

– Это называется самообороной, – враждебно прищурилась я.

– Прости, – слегка поклонился принц. – Ты получила, что хотела?

Он спросил это так по-детски, так искренне, что я ответила.

– Нет. Рыдай.

– Что? – искренне изумился принц.

– Рыдай, – повторила я.

Сначала он улыбнулся, затем прочистил горло и попытался сосредоточиться. Я прикрыла смеющийся рот ладошкой.

– Я здесь выполняю важную работу, – укоризненно заявил он, и я с напускной серьезностью вздернула подбородок.

Винсент поджал губы, наклонился вперед и сделал вид, что плачет. Его голос звучал выше обычного, и я несколько раз похлопала его по плечу, словно утешая. Когда он наконец выпрямился, мы заулыбались.

– Я и раньше чувствовал твою поддержку, но сейчас ты кажешься иной.

Его внезапные слова стерли улыбку с моих губ, плечи опустились.

– Я не собираюсь тебя обманывать, Винсент, – начала я с глубоким вздохом, наматывая подол платья на палец. Да и как я могла скрывать от него правду? – С самого первого дня, как я здесь оказалась, я надеялась, что смогу вернуться домой. Даже когда мы поженились, внутренний голос твердил мне, что мама заберет меня, и он не умолкал. До прошлой ночи. Вчера вечером она официально заявила, что отказалась от меня.

Я немного помолчала, собираясь с мыслями, затем вздохнула и продолжила:

– Вчера вечером я впервые приняла тебя, как мужа. Впервые назвала себя Сентерия, а не Зиракова.

Я говорила с опущенной головой, и слезы, которые я сдерживала, душили, мешали дышать. Наконец эмоции возобладали над разумом, и я расплакалась. Я лила слезы по матери, но постепенно росла и моя обида на Винсента.

– Ты – ужасный человек, – заявила я ему, не в силах сдержаться. Я заметила краем глаза, что он удивился. – Я рассказала тебе, как много значит для меня Армин, я открыла тебе душу, а ты использовал это против меня при первой же возможности.

Что произошло? Почему эти слова вырвались у меня вместе со слезами? Почему меня так волновало это? Разве я не должна, как обычно, небрежно пожать плечами и двигаться дальше?

Вопросы лишь накапливались в голове.

– Я проклинаю мгновения, когда видела в тебе друга. Я больше никогда ничего о себе не расскажу, – продолжала я.

Мне показалось, что угроз недостаточно, и я безуспешно попыталась его толкнуть. Винсент обхватил меня сильными руками.

– Прости, – извинился он искренне в этот раз. Он больше не смеялся. – Я просто… Я бы ни за что не сказал ничего подобного, если бы знал, что сделаю тебе так больно.

– Нет, – бормотала я в ответ, – ты бы все равно это сказал.

– Почему я должен наслаждаться твоими страданиями?

– Потому что ты не любишь меня, – ответила я. – Я для тебя лишь преграда между тобой и любимой женщиной.

Я думала, что он станет возражать, но принц молчал. Может быть, оттого, что я оказалась права, может быть, оттого, что считал бесполезным переубеждать меня в обратном, кто знает?