Я повернулась к шерифу.

– Я пришла не для того, чтобы красть у вас. Вообще-то мне нужна ваша помощь. – Стеклянная ручка комода впивалась мне в спину, сердце выскакивало из груди. – Мисс Мэйв Донован не та, за кого вы ее принимаете. Это кольцо доказывает, что она врала о своей личности. Вы выслушаете меня?

Шериф нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

– Говорите уже.

– Я ездила в Ардженту к мистеру и миссис Мэйхью. У меня были вопросы об их дочери Мэри. И теперь, пообщавшись с ними, я уверена, что она не погибла в зиму своего исчезновения. Она переехала в Уилер и с тех пор живет тут под именем Мэйв Донован. По времени все сходится, и мисс Мэйв рассказывала мне о своей сестре, которую звали так же, как воображаемую подругу Мэри Евы, – я заговорила быстрее, не сводя глаз с угрюмого лица шерифа. – Мой отец… у них с Мэри Евой был ребенок. Он подарил ей золотое кольцо, а затем уехал из Арканзаса. Перед тем как Мэри закопала кольцо вместе с дочкой, от него отломали кусочек. Я хотела посмотреть на кольцо, чтобы проверить, от него ли золотая пластинка, которую мисс Мэйв носит на браслете. Все совпало. Это доказательство, что кольцо было у нее вплоть до того момента, как ребенок родился мертвым.

– Да как вы смеете копаться в прошлом?! – его голос стал низким, опасным. – Мэйхью потеряли дочь и даже не смогли похоронить ее тело. – Он нервно потер рот. – Никто не мог им помочь.

Я изумленно заморгала и поняла, что он чувствует ответственность за то, что дело осталось нераскрытым.

– Вы суете нос в чужую жизнь, пробуждаете призраков, – шериф скрестил мощные руки на груди. – Я больше не стану об этом слушать. Золото на ее браслете могло взяться откуда угодно.

– Но, шериф…

– Я работаю с фактами, – перебил он. – А не с безумными домыслами девчонки, которая плетет ложь о невинных людях из собственных эгоистичных соображений. Вы уже однажды солгали насчет мисс Мэйв.

Мое лицо запылало от злости.

– Ничего подобного. Она опасна!

– Мисс Мэйв Донован надежный, уважаемый член нашего общества, – он подчеркнул последние два слова, акцентируя внимание на том, что я здесь чужачка, и смерил меня суровым взглядом. – А вот вы, напротив, завладели моим имуществом без разрешения. Я поймал вас за серьезным преступлением, мисс Прюитт.

– Я ничего не крала! Мне просто нужно было взглянуть на кольцо. Мой отец купил его для мисс Мэйв. Вот же его имя!

Шериф мельком посмотрел на кольцо.

– Мэтью достаточно распространенное имя. И даже если ваш отец когда-то давно подарил его, это не доказывает вашу безрассудную теорию.

Лофтис подошел так близко, что я учуяла табак в его дыхании.

– Как бы мне ни хотелось, я не могу арестовать вас за взлом и проникновение, потому что вас впустила моя дочь, – он скривился. – В будущем она не совершит такой глупой ошибки. – Его рука потянулась к наручникам на ремне. – Верните мою собственность, и мы оставим этот вопрос в покое. Пока что. Но если вы снова переступите черту, я уже не буду таким снисходительным. Мы друг друга поняли?

– Прекрасно поняли.

Я положила кольцо на его ладонь и протолкнулась к двери.

Когда я схватилась за ручку, шериф снова меня окликнул. Его взгляд пронзал мне спину, словно стрела.

– Я буду следить за вами, мисс Прюитт.

– Ничего другого я и не ждала. Хорошего вечера, шериф Лофтис.

И, не оглядываясь, я ушла в сторону фермы. Пусть думает, что победил. Меня так легко не заткнуть.

Скрывшись из виду, я сделала крюк и вернулась в город. Будущее моей сестры висело на волоске. Я не собиралась быть паинькой и помалкивать.

Сжав юбку в кулаках, я побежала вдоль задних двориков магазинов и домов в центре Уилера. Небольшое депо, где остановился наш поезд, находилось меньше чем в четверти мили к северу от города. Мои ребра пронзила острая боль, но я опустила голову и упрямо пошла дальше.

Впереди появилось обветшалое здание с плоской крышей. На квадратной табличке, прибитой к двери, было написано: «ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНОЕ ДЕПО УИЛЕРА», а ниже, буквами помельче: «Телеграф».

За стойкой, уткнувшись носом в бульварный роман, сидела девушка с прямыми темными бровями. На броской обложке был нарисован мужчина посреди чернильного моря, который вырывался из тисков морского чудища.

– Чем я могу вам помочь? – спросила телеграфистка, не отрываясь от книги.

– Мне нужно отправить телеграмму.

Она вручила мне карандаш и бланк для заполнения. Я посмотрела список с расценками, выложила монеты, которые Хэтти дала мне для бабушки Ардит, и написала:

Мисс Агате Пимслер, попечителю Детского благотворительного общества, штат Нью-Йорк, Нью-Йорк Нужно поговорить по неотложному и личному делу. Садитесь на первый же поезд до Уилера. Укажите ожидаемое время прибытия. Прошу, поторопитесь и сохраните это между нами. Верити Прюитт.

Мисс Агате Пимслер, попечителю Детского благотворительного общества, штат Нью-Йорк, Нью-Йорк

Нужно поговорить по неотложному и личному делу. Садитесь на первый же поезд до Уилера. Укажите ожидаемое время прибытия. Прошу, поторопитесь и сохраните это между нами. Верити Прюитт.

Телеграфистка набрала текст, то и дело косясь на книгу, лежащую у нее на коленях.

– Интересная книга? – непринужденно спросила я, надеясь отвлечь ее от скрытного характера своей телеграммы.

– Просто чудесная, – девушка улыбнулась. – Это серия о детективах Брэди. Каждую неделю выходит выпуск с новой загадкой – кто-то всегда попадает в опасность и нуждается в спасении. – Она вручила мне квитанцию и вернула внимание к книге. – Но они всегда хорошо заканчиваются. Отчасти поэтому мне так и нравятся эти истории.

– Попробую раздобыть себе выпуск, – я открыла дверь и глубоко вдохнула, наполняя грудь влажным воздухом и надеждой. – Мне как раз сейчас такое необходимо.

Окутанные туманом ночи тянулись одна за другой. Каждую одинокую секунду девушка пребывала в сознании, и так длилось годами. Днем тоже не удавалось поспать – она играла свою роль, улыбалась и надевала маску, чтобы не выделяться из толпы. Правду знали только старик, притворявшийся ее родственником, и старая карга, которая наложила заклинание и заперла ее в ловушке. Но остальные ни о чем не догадывались. Глупцы, все как один.

Она ожидала, что ее дух очнется в пустом небытие, как всегда. Ожидала, что проведет бесконечные часы до рассвета одна. Как всегда.

Но сегодня у реки, скрестив ноги, сидела маленькая девочка.

Она медленно подошла к ребенку, подол ее платья волочился по черному песку. Девочка взглянула на нее, узнала и ничуть не удивилась ее присутствию. Она кинула камешек маленькой ручкой, и тот запрыгал по обсидиановой воде к дальнему берегу.

– Я упала в колодец и не смогла дышать, – сказала девочка.

Девушка вспомнила тот давний вечер, когда сама нырнула под поверхность воды. Будь такая возможность, она бы все сделала иначе. Абсолютно все. Она бы осталась. И выжила.

Но теперь для этого было слишком поздно.

– Я наблюдала из леса, как какие-то мужчины с лестницей достали меня из колодца, – продолжила девочка. – Но они не слышали и не видели меня, потому что теперь я мертва.

Смерть все делала таким прозаичным.

За плечом девочки, паря высоко в воздухе, возникли врата. Они появлялись каждую ночь и всегда оставались закрытыми. Девушка точно не знала, что находилось по ту сторону, только то, что ей следовало пройти через них.