Я недоуменно на нее посмотрела. Судя по гладким белым рукам, дочь мэра не перетруждала себя.

– Однажды я стряхну пыль этого места со своих туфель и уеду навсегда, – заявила она.

В жалобах Кэтрин слышалась знакомая горечь. Она говорила как я в первые дни по приезду, когда была охвачена негодованием, порожденным утратой. До чего познавательно и удручающе видеть себя в девушке, которая мне не нравилась.

– И куда бы ты поехала? – поинтересовалась я.

– Куда угодно, лишь бы подальше отсюда, – ответила Кэтрин, и ее хандра сменилась раздражением. – Не всем повезло родиться в городе с настоящими возможностями, как тебе.

– Кэт, – строго осадил ее Джаспер. – Ты несправедлива. Верити едва ли повезло. Ты помнишь, как мы горевали по маме. Верити прошла через это и многое другое.

На секунду меня разозлило вмешательство Джаспера. Я вполне могла сама за себя постоять. Но затем – медленно, как включенная лампочка, которая наполняется светом – я поняла, что он заступился бы так же за Абеля или Деллу. Он относился ко мне как к подруге. Каким-то чудом, почти не приложив усилий, я завела друзей в Уилере.

– И все равно, я бы предпочла жить в худшем уголке Нью-Йорка, чем в лучшем Уилера, – парировала Кэтрин, но по алым пятнам на ее щеках я поняла, что замечание Джаспера попало в цель.

– Некоторые части города просто великолепны, – сказала я, глядя на Лайлу, которая прожигала Кэтрин взглядом. – Но многое из того, что мы видели последние пару лет, определенно не те места, в которых тебе хотелось бы побывать.

– Ты сама говорила, что вернешься туда, – возразила Кэтрин. – Мэйв рассказала мне…

Она быстро поджала губы, проглотив последнюю часть фразы.

– Что тебе рассказала мисс Мэйв?

Кэтрин с каменным лицом помотала головой и пошла к дому, буркнув: «Ничего».

– В последнее время она сама не своя. Не понимаю, что на нее нашло, – хмуро заметила Делла. Не успела я задать ей вопрос, как вернулся Большой Том с охапкой дров.

Пока Джаспер с Деллой строили из них пирамиду у печи, Абель склонился над сковородкой; пар поднимался вокруг его лица и завивал пшеничные пряди у шеи.

– Я могу помочь? – спросила Лайла.

– Конечно, – ответил он. – Можешь ловить шумовкой всплывающие кусочки грязи и листьев.

Лайла забрала шумовку и сосредоточенно прищурилась, наблюдая за пузырящимся сиропом.

– А я пока помешаю.

Мои пальцы коснулись предплечья Абеля и задержались на его теплой коже. В голове промелькнули воспоминания о прошлой ночи в его спальне. Румянец, согревший мое лицо, не имел никакого отношения к жару от печи. Абель прочистил горло и быстро покосился на остальных. Меня охватило тревожное подозрение, что, возможно, он не хочет, чтобы Делла узнала о нас.

Хлопнула сетчатая дверь.

– Обед готов! – крикнула Хэтти тем же громким, мелодичным голосом, каким звала свиней к корыту. – Ребята, быстро в дом!

Меня затошнило от мысли, что придется сидеть напротив мисс Мэйв за столом, передавать ей масленку, будто ничего не произошло.

– Мы с Лайлой еще поработаем. Принесите нам тарелки попозже, – попросила я, и остальные ушли.

– Знаешь, я пропускаю обед только потому, что тебе не справиться без моей помощи, – заявила Лайла, когда мы остались одни.

Я рассмеялась.

– Вы с Кэтрин те еще эксперты.

Она закатила глаза.

– Эта девчонка постоянно приходит к нам домой. Она такая высокомерная и никогда, никогда не смеется. Не представляю, почему она нравится маме. Наверное, ей просто все нравятся.

Я проглотила ответ, чуть не сорвавшийся с моих уст. Загрузив еще несколько стеблей в пресс, взяла Леди Мэй за поводья и медленно повела ее кругом. Стебли хрустели и трещали, как костер. Или кости.

– Мисс Мэйв всегда такая милая? Даже когда вы вдвоем?

Лайла удивленно подняла взгляд.

– Почему ты спрашиваешь?

Я отошла, позволив Леди Мэй крутить колесо без меня.

– Просто волнуюсь за тебя. Я хочу, чтобы ты была счастлива. И в безопасности.

Лайла нахмурила рыжеватые брови.

– Не будь паникером. Мама чудесная. И она очень долго меня ждала.

Несмотря на все произошедшее, мне было больно за мисс Мэйв. Она оплакивала свою мертвую дочь дольше, чем я жила на этом свете.

– Мне было суждено стать ее малышкой, – продолжила Лайла. – Она говорит, что все рождаются с семьей, но порой это не та семья, для которой мы рождены. – Она замолчала, по-прежнему сжимая в руке шумовку. – Я с самого начала должна была быть с ней.

– И ты в это веришь? – обиженно спросила я. – Некоторые родители не заботятся о своих детях, но для мамы ты была важнее всего мира. И для папы. Я знаю, что ты не помнишь те времена, но…

– Что хорошего в мертвой матери и отце, которого я никогда не вижу? – Лайла говорила без злобы, но ее слова все равно ранили меня в самое сердце. – Это к лучшему, что я сюда приехала.

– Это тебе тоже сказала мисс Мэйв? – поинтересовалась я, повысив тон. – Что тебе будет лучше с ней, чем со своей семьей?

Чем со мной.

– Нет, – слишком быстро ответила Лайла. Она сунула кончик косички в рот – старая нервная привычка, – осторожно прислонила шумовку к краю сковородки. И обняла меня. Она все еще была низенькой для своего возраста, ее голова едва доставала мне до груди. – Пожалуйста, перестань беспокоиться, Вери. Я рада, что мы приехали в Арканзас. Жаль, что ты – нет.

Я выдавила лживую улыбку.

– Мне тяжелее обосноваться на новом месте, вот и все. Но я рада, что ты счастлива.

Она вздохнула, и ее напряжение немного спало.

– Я проголодалась. Пойду возьму чего-нибудь поесть.

Лайла попыталась уйти, но я схватила ее за плечо. При мысли о том, чтобы отпустить ее к мисс Мэйв, мне стало дурно.

– Что ты делаешь? – спросила Лайла со смесью раздражения и беспокойства в голосе.

– Не могу поверить, что ты бросаешь меня работать в одиночку, – ответила я напускным шутливым тоном и снова помешала сироп. – Наградил же Бог сестрой!

Она вприпрыжку побежала к дому – бесстрашная, как всегда, – ее косички задорно подскакивали в воздухе.

– Я лучшая сестра в мире, и ты это знаешь!

– Ты, наверное, хотела сказать, что у тебя лучшая сестра в мире, – крикнула я ей вслед. Лайла меня проигнорировала и скользнула в дом как раз в тот момент, когда из него вышел Джаспер.

– Хэтти оставила тебе бутерброд и немного печенья с патокой, – сообщил он. – Но лучше поспеши, пока Кэтрин все не съела. По ней не скажешь, но эта девчонка ест так, будто у нее бездонный желудок.

– Когда на кону печенье, я становлюсь опасной, – я передала ему лопатку. – Никто не удержит меня от десерта.

Джаспер откашлялся.

– Значит, ты пойдешь с Везерингтонами на фестиваль мороженого? – внезапно он очень сосредоточился на том, чтобы достать невидимые пылинки из сковородки. – Если да, я надеялся, что ты согласишься быть моей парой?

Я замешкалась, и в наступившей неловкой паузе из дома послышались звуки разговоров. Абель, Делла и Кэтрин болтали о чем-то на крыльце. Делла поймала мой взгляд и прошептала что-то Абелю, многозначительно улыбаясь и кивая на Джаспера. На долю секунды он посмотрел мне в глаза, а затем быстро отвернулся.

– Если ты не захочешь… то есть, я надеюсь, что захочешь, но…

Кончики ушей Джаспера покраснели. Я не знала, как отказать ему и не ранить его чувства. Позже я непременно объясню Абелю, что Джаспер совершенно мне не интересен, хотя вряд ли он так решит после прошлой ночи.

– Дружеская прогулка? – спросила я.

Джаспер сдержанно улыбнулся, но и не впал в уныние.

– Безусловно. Встретимся у мешалок с мороженым. Я покажу тебе лучшие сладости – таких вкусных ты в жизни не пробовала.

– Ловлю на слове, – кивнула я и отошла так быстро, как только позволяли приличия.

Делла сбежала с крыльца и преградила мне путь.

– Он пригласил тебя на фестиваль, да? – она так широко улыбнулась, что я испугалась, как бы она не начала выбирать имена для нашего с Джаспером первенца.

– И я согласилась пойти… как друзья.

– Верити, ты такая стеснительная рядом с мальчиками, – Делла рассмеялась. – Нужно быть смелее, если хочешь найти себе кавалера.

Я подумала о прикосновении губ Абеля и поняла, что потираю шею точно как он, когда смущается.

– Учту на будущее, – ответила я, слегка улыбнувшись.

– Думаю, все лучшие романы начинаются с дружбы, – добавила Делла.

Улыбка сползла с моего лица. Я знала, что ее чувства к Абелю были не чисто платоническими. И хоть он не отвечал ей взаимностью, Делле будет больно, когда она узнает о нас. Нужно взять себя в руки и рассказать ей. Так и сделаю, как только мы останемся одни. Я не хотела, чтобы она чувствовала, будто я каким-то образом обманула ее. Делла слишком хорошая подруга, чтобы так с ней обращаться.

Она вздохнула.

– Что ж, пора возвращаться к работе.

Прежде чем уйти, она кинула взгляд на Абеля, прислонившегося к белым крылечным перилам. Кэтрин встала с верхней ступеньки и с враждебным видом направилась в мою сторону, но затем прошла мимо, не сказав ни слова.

Наконец-то представился случай поговорить с Абелем наедине. Я поспешила к нему и заметила его настороженное выражение лица.

– Похоже, у тебя день серьезных разговоров, – сказал он, выпил настойку, которую мы привезли от бабули Ардит, и спрятал ее в карман. – Сначала Джаспер, потом Делла.

Я прислонилась к перилам рядом с ним.

– Я не хочу, чтобы между нами возникло недопонимание, Абель. Джаспер пригласил меня…