— В столице она очень ценится. Если дадите рецепт как выращиваете её и где нашли, буду очень признателен, — кидая несколько щепоток чая в кружку, попросил я.

— Не понимаю, ваше сиятельство, — садясь с нами за стол, отрицательно покачал головой Александр Иванович. — Зачем кому-то в столице может пригодится моя трава?

— Она помогает магам быстрее восстанавливать силы. Также её применяют в различных зельях.

— И вы считаете, что я вам выдам секрет её выращивания, ваше сиятельство? — хитро прищурился Александр Иванович.

— Я думаю, вас убедит та плата, которую я готов вам предложить, — подливая к себе кипятка, спокойно произнёс я.

Александр Иванович усмехнулся.

— Думаете, мне предложить деньги, ваше сиятельство? Так на них ничего не купишь. Золото или другие драгоценности также тут не в ходу.

— Я хочу предложить полный амбар еды.

На старческом сморщенном лице проскользнула улыбка, быстро исчезнувшая.

— Это сильное заявление, ваше сиятельство, — осторожно произнёс Александр Иванович.

— Я никогда не бросаюсь пустыми обещаниями. И, если я что-то обещал, то сдержу слово. К тому же мне нужно поменять полы в доме. Ваши руки ещё способны на такое?

Уязвленное самолюбие старика укололо его так, что он чуть ли не подпрыгнул на стуле.

— Да я… Да вы… — вскипел Александр Иванович. — Вот увидите, ваше сиятельство, что эти руки ещё на многое способны!

Я сдержанно улыбнулся.

— Не сомневаюсь, — подметил я, — но позвольте и мне доказать, что я не бросаюсь пустыми обещаниями. Раскройте секрет выращивания Рукреции, и я достойно заплачу вам за ваши труды.

Александр Иванович продолжительно посмотрел на меня и наконец-то выдал:

— Хорошо, ваше сиятельство. Будь по-вашему. Но мне не нужны полные амбары. Я уже стар и мне не нужно уже так много еды, поэтому вы бы лучше разделили все обещанное между сельчанами.

— Еды всем хватит. Не переживайте! — поспешил успокоить я старика.

Его беспокойство за односельчан было похвально и подтверждало мой тезис о том, что общая беда сближала их.

— Может вам понадобятся помощники? — уточнил я у плотника.

— Нет, ваше сиятельство, моих рук и головы хватит, чтобы перестелить полы в вашем доме. Я ведь там уже бывал и знавал бывшего владельца дома.

А вот это уже интересно.

— И кем же он был? — сухо спросил я, стараясь не выдать собственного интереса.

— Магом. Он единственный из нас, кто искусно владел своей силой.

— И куда же он делся? — отхлебывая из кружки, уточнил я.

— Говорят, что лес поглотил его, — плотник вдруг усмехнулся какой-то своей мысли. — Вообще много чего говорят в народе. Кто-то даже рассказывал о тайнике в его доме, где маг хранил все свои артефакты. Но я в это не верю.

— Почему же?

— Приходилось мне латать дыры в том доме, но ничего и близко похожего на тайник я там не находил. Может вам повезет больше, — старик усмехнулся.

А мы тем временем допили чай.

— Пройдемте со мной во двор, — пригласил нас Александр Иванович.

Мы прошли через чёрный вход и оказались в зимнем саду.

Небольшая пристройка с множеством окон обогревалась наскоро собранной кирпичной печкой. Так что внутри оказалось душно и жарко, как в июльский полдень. А земляной пол вдоль и поперек был засажен тёмно-красной травой, меж которой тянулись тонкие тропы.

— Секрет не только в теплолюбивости травы, — заговорил Александр Иванович, заводя нас на грядки, — но и в земле.

Плотник присел и зачерпнул землю рукой, разбивая комочки.

— Что с ней? — уточнил я.

— Она из самых потаенных уголков леса

Оттуда, где встречаются самые страшные монстры. Земля там особенно плодородная получается. И там же эта трава водится.

— Неужели вы один туда ходили? — не поверил я.

Плотник был стар и обладал слаборазвитыми магическими способностями, о которых, видимо, и сам не подозревал.

— Я туда и не ходил. Маг мне помогал. Мы с ним долгое время дружили. Я для него тогда и выращивал траву, а после стал в чай добавлять. Она мне словно сил придаёт.

Старик был не далек от истины.

Я и сам решил опробовать землю на ощупь. Присев, я повторил ритуал плотника и ощутил, как вся земля фонит магией. Причём очень даже знакомой мне по прошлой жизни.

Теперь у меня сомнений не оставалось, что Дымные это те же Тёмные.

Но как так получилось, что мир другой, а враги старые? С этим ещё придется разобраться.

— Благодарю за всё, Александр Иванович, — я поднялся и пожал руку плотнику, — И жду вас через два дня у меня.

— Два дня? — поразился Пётр, все время стоявший у меня за спиной.

— Ну да, — подтвердил я, — Или ты хочешь сказать, что за два дня мы не найдем пару крепких рук и лошадей?

Это был риторический вопрос и Пётр это понял, потому промолчал, не проронив ни слова в ответ.

Попрощавшись с Александром Ивановичем, мы вышли на улицу. Я приказал Петру идти искать пару крепких работяг с лошадьми, а сам направился к дому, чтобы проконтролировать выполнил ли хан мой приказ и прислал кого восстанавливать забор.

Уже на подходе к усадьбе я заметил, как двое крепких ребят в грязной робе вбивают деревянные столбы в землю на месте старого забора.

Но обольщаться не стоило. Вряд ли такую оплеуху хан спокойно переживет. Однако пару дней, думаю, будет сидеть смирно.

Стоило воспользоваться затишьем, чтобы укрепить оборонительные рубежи.

Потому я прошёл усадьбу и направился к заставе, возле которой одиноко стоял солдат.

Он держал в руках оружие — длинное, слаженное, в нашем мире такое называлось швар. Здесь память подсказала другое слово — автомат.

Старый вояка тоже заметил меня и перехватил оружие поудобнее.

— Вольно, солдат! — скомандовал я.

Он хмуро посмотрел на меня, но всё-таки опустил ружьё.

— Как служба?

— Идёт, ваше… — он осёкся, глядя на герб на моей куртке и соображая, как ко мне обращаться.

— Сиятельство, — подсказал я.

— Ваше сиятельство, — выдохнул он, недоверчиво глядя на меня исподлобья. — В последнее время вот только и делают, что кочевники нападают… или Тёмные.

— Про них я уже слышал. Ты лучше мне расскажи, сколько людей в гарнизоне и в каком состоянии заградительные редуты.

— Ну вы сказали, ваше сиятельство, — усмехнулся вояка. — Редуты! Ничего такого с роду тут не видали.

— Увидят! — уверенно произнёс я.

— А народу все, кто может держать оружие при нападении. В остальное время дежурим я да Славка.

Вот так боевой отряд!

Я недовольно покачал головой и двинулся вдоль трухлявого частокола.

А, собственно говоря, разве мог я увидеть здесь что-то другое? Председатель годами думал только о своём благополучии, но никак не о поселении.

Я дотронулся до одного из кольев и тот рассыпался в труху. Такой не то, что не защитит от врага, а скорее насмешит его.

Такая защита меня никак не устраивала. Придется доплатить плотнику за работу, пока я решаю денежные вопросы. Лучше пусть у нас будет слабая, но защита, чем вообще ничего.

Увидев все, что хотел, я направился обратно к усадьбе.

Надо было определиться с местом под теплицы и раздобыть садовую тачку, чтобы перетаскать к себе на участок земли и несколько кустов Рукреции из леса. Никого другого я не мог послать за этим, поскольку никто не обладал достаточной силой, чтобы отразить атаку монстра или тем более Тёмного.

Работники ножа и топора во всю трудились, устанавливая забор.

Похвально!

Пройдя на участок, я смерил его взглядом и сразу пришёл к выводу, что оба разрушенных сарая под снос. От них все равно никакого толку. Но прежде я осмотрел их в надежде найти садовую тачку. И ни-че-го не нашел.

В старых сараях был такой же хлам, как и они сами.

Решив, что Пётр наверняка знает у кого можно найти садовую тачку, я побрел до сельской управы.

В прихожей меня встретила все та же полная женщина за компьютером. Но теперь она сразу подорвалась с места, как только я вошёл, и начала докладывать:

— Пётр Геннадьевич отошёл по делам, ваше сиятельство, но я могу ему позвонить.

Как её взбодрило увольнение прежнего начальника!

— Звоните! — спокойно приказал я.

Она быстро набрала номер Петра, сообщила по телефону, кто пришёл и мгновенно доложила мне, что начальник уже бежит сюда.

Такой подход со стороны управляющего поселением мне нравился больше.

Через две минуты, как и обещался, вбежал запыхавшийся Пётр с красным лицом.

— Вызывали, ваше сиятельство? — переводя дыхание, спросил он.

— Вызывал, — спокойно подтвердил я. — Нужна садовая тачка с лопатой. Знаешь, у кого можно взять? С возвратом, конечно.

— Тык знаю, ваше сиятельство.

— Тогда пригоняй её к моему дому.

— Будет сделано, ваше сиятельство, — отчеканил Пётр и убежал, а я не спеша побрел к дому.

Едва я дошёл до усадьбы, как меня уже догнал Пётр, везя перед собой тачку, а в ней лежала лопата.

— А, если не секрет, ваше сиятельство, неужели вы решили в лес пойти? — затороторил он, отдавая мне тачку.

— Решил, Пётр. И тебе со мной не стоит идти, если ты об этом.

Петя весь аж покраснел, не зная, что ответить. Видимо, я угадал ход его мыслей.

Перехватив тачку, я побрел в направлении леса.

— Ваше сиятельство, куда же вы? — увидя меня, смело вышагивающего в сторону леса, испугался вояка.

— В лес… По грибы, — отшутился я.

— Но там же опасно!

— Только не для меня! — спокойно возразил я, пересекая лесополосу.

Лес встретил меня тишиной и едва слышным шуршанием листвы. Даже птицы здесь не пели.

В полнейшей тишине я прошёл несколько сотен метров, пока не наткнулся на ту самую землю. С виду она ничем не отличалась от остальной, зато я ощущал, как от нее фоном несло магией. И рядом с ней росло несколько кустов тёмно-красной травы.