Когда последние семена ложатся в подготовленную почву, а клумбы приобретают законченный вид, я не могу сдержаться. Легкое движение руки, тихое нашептывание простого, бытового заклинания. И… чудо! На глазах из земли пробиваются тонкие стебельки, тянутся к небу, и вот уже распускаются первые бутоны. Бархатцы вспыхивают золотом, петунии раскрывают свои нежные лепестки, львиный зев приветливо "открывает пасть", а розы раскрываются во всей своей величественной красоте.
Как же красиво! Воздух наполняется тонким, сладким ароматом, а двор преображается, превращаясь в настоящий цветочный рай. Я смотрю на это чудо, и мое сердце поет.
Глава 45
Глава 45
Следующую неделю мы вместе с Лили неустанно курируем ремонт будущей школы. Над ней работает целая бригада умельцев. Каждый из них – настоящий мастер своего дела, и их дружная работа уже преображает школу.
Появляются ровные дорожки, будущие клумбы уже намечены, а на месте, где будет главный вход, уже выложены первые камни. Мужчины работают слаженно. Мы с Лили обходим территорию, обсуждаем детали. Где будет лучше всего расположить детскую площадку? Как оформить входную арку? Каждый наш совет, каждое пожелание мужчины принимают с уважением и стараются воплотить в жизнь.
В большом сарае, который мы специально для этого приспособили, уже кипит работа. Мастера вооружились рубанками, пилами и молотками создают настоящие произведения искусства из дерева. Парты, крепкие и надежные, с гладкими столешницами, уже начинают выстраиваться в ряды. Стулья, удобные и прочные, ждут своих будущих учеников.
Я с удовольствием наблюдаю за процессом. Мне нравится запах свежего дерева, звук работающих инструментов, сосредоточенные лица мастеров. Лили, с присущей ей энергией, помогает им, подает инструменты, подносит материалы.
Я кое-что попросила мастеров сделать и для меня. Лавочку с резными ножками и с удобной спинкой, чтобы я могла там сидеть, укутавшись в плед, наслаждаться вечерней тишиной, любоваться цветами и ждать Арвида.
В один из таких вечеров я сижу на мгновенно полюбившейся мне лавочке в саду, укутавшись в мягкий шерстяной плед. Воздух наполнен ароматом цветущих роз и свежескошенной травы – лето в самом разгаре, и каждый вечер оно дарит нам такие тихие, умиротворяющие моменты. Но даже в этой благодати мое сердце не может найти полного покоя.
Уже которую неделю я жду Арвида. Каждый день я стараюсь убедить себя, что все будет хорошо, что он вернется целым и невредимым. Я представляю, как он войдет в нашу дверь, усталый, но с той самой теплой улыбкой, которая всегда заставляет мое сердце таять. Я готовлю его любимые блюда, перебираю его вещи, словно это может приблизить его возвращение. Иногда, когда ветер шелестит в листве, мне кажется, что я слышу его шаги, и бросаюсь к окну, но это лишь обманчивые звуки.
Сегодняшний вечер особенно тих. Я наблюдаю, как последние лучи солнца играют на лепестках роз, и пытаюсь отвлечься от тревожных мыслей. Мой взгляд цепляется за что-то в небе. Сначала это лишь крошечные черные точки, едва заметные на фоне голубого полотна. Я моргаю, думая, что это просто птицы, но точки не исчезают, а наоборот, становятся все больше и больше.
Я отбрасываю в сторону плед и вскакиваю с лавки.
- Лили! – зову свою маленькую дочь, которая играет неподалеку.
Точки стремительно приближаются, и теперь я вижу их отчетливее. Это не птицы. Это… драконы. Огромные, величественные существа, чьи крылья рассекают воздух с завораживающим свистом.
- Папа! – Лили бросается к поляне, и я бегу вслед за ней.
Не только я заметила приближение драконов. Другие жены, матери, дети – все выбежали из домов. В глазах многих блестят слезы.
Драконы снижаются, их тени скользят по траве. Один за другим они опускаются на землю. Чешуя мерцает, крылья складываются, и перед нами предстают мужчины. Мужчины, которых мы так долго ждали.
Жены бросаются к своим мужьям, объятия долгие и крепкие, полные невысказанных слов и пережитых страхов. Дети с криками радости бегут к отцам.
Мое сердце колотится в груди. Я ищу его среди толпы, среди знакомых лиц.
- Арвид! – стараюсь перекричать гул. – Арвид! Где ты, любимый!
- Эва! – родной голос заставляет меня облегчённо вздохнуть.
Он стоит немного растерянный, но его глаза, такие родные и любимые, находят меня. Находят нас с Лили.
Я бросаюсь к нему, не чувствуя земли под ногами. Он шагает навстречу, и в тот момент, когда наши руки сплетаются, а губы встречаются, весь мир вокруг перестаёт существовать. Я чувствую тепло его тела, слышу его дыхание, и все тревоги, все страхи растворяются в этом мгновении.
Руки Арвида обнимают меня так крепко, словно боятся потерять. Я утыкаюсь лицом в его грудь, вдыхая знакомый и такой любимый запах. Его сердце бьётся ровно и мощно под моей щекой, и это биение для меня самая успокаивающая музыка на свете.
- Ты вернулся, – шепчу, и голос мой дрожит от переполняющих меня чувств. – Скажи, что всё закончилось, и ты больше не улетишь, пожалуйста.
Арвид прижимает меня еще сильнее.
- Всё кончено, Эва! Я больше не покину вас.
Лили с визгом радости прижимается к ноге Арвида. Она протягивает к нему руки, и Арвид, отпустив меня, подхватывает дочь на руки, кружа в воздухе. Ее звонкий смех, смешанный с его, наполняют поляну, заглушая радостные возгласы других.
Я смотрю на них, на эту картину абсолютного счастья, и слезы текут по моим щекам. Арвид ставит Лили на землю и снова поворачивается ко мне, проводит рукой по моей щеке, его пальцы немного грубые, но прикосновение такое нежное, от чего щемит сердце.
Я беру его руку, переплетая наши пальцы. Вокруг нас продолжается суматоха. Мужчины, вернувшиеся с войны, обнимаются с женами, рассказывают о своих приключениях. Я слышу обрывки разговоров, но все это кажется далеким фоном. Мой мир сузился до Арвида, до его присутствия, до тепла его руки в моей.
Мы идём домой, держась за руки. Лили бегает вокруг нас, то и дело хватаясь то за мою руку, то за руку Арвида, словно боясь, что мы снова можем исчезнуть.
Эпилог
Эпилог
Солнечный луч, как свежий мед, пробивается сквозь окошко нашей кухни и ложится на дощатый стол, подсвечивая каждую царапинку и кружащую в воздухе пылинку. Я улыбаюсь. В такие дни кажется, что само лето заглядывает ко мне в гости, чтобы посмотреть, чем я занята. А занята я сегодня делом важным и очень приятным – готовлю для Арвида его любимое блюдо.
Он вернется с важного собрания только к закату. И я хочу, чтобы дом встретил его теплом и ароматом, который он так любит. Я называю это блюдо «Птица в медовом плаще».
Я стою у стола, и мой живот, уже заметно округлившийся, мягко упирается в его край. Малыш внутри сегодня спокоен, лишь изредка легонько толкается, словно напоминает о себе. Я кладу ладонь на живот, поглаживаю плотную ткань передника.
- Слышишь, маленький? Это мы с тобой для папы стараемся.
Начинаю я всегда с птицы. Сегодня у меня славная, упитанная куропатка. Натираю ее солью и смесью сушеных трав: тимьян, розмарин и щепотка дикой мяты для свежести. Аромат тут же наполняет кухню, смешиваясь с запахом дерева и дыма из очага.
Пока птица пропитывается травами, я принимаюсь за «плащ». В глиняной миске смешиваю густой вересковый мед с горчичными зернами и парой ложек терпкого яблочного сидра. Мед тянется янтарными нитями, ловит солнечный свет и переливается, как драгоценный камень. Добавляю щепотку молотого имбиря.
Теперь самое интересное – овощи. Я беру несколько крепких корнеплодов: сладкую морковь, белую репу и пару луковиц, острых до слез. Чищу их, неторопливо срезая кожуру, и нарезаю крупными кусками. Я не тороплюсь. Готовка для меня – это не просто обязанность, это своего рода магия, способ вложить в еду свою любовь и заботу.
В чугунный котелок, уже разогретый на очаге, я бросаю немного жира, а затем обжариваю птицу со всех сторон до золотистой корочки. Огонь весело потрескивает, подбрасывая искры, и я чувствую его тепло на лице. Это тепло, которое я так люблю, тепло нашего дома, нашего очага.
Когда птица подрумянивается, я вынимаю ее из котелка и откладываю в сторону. Теперь очередь овощей. Я бросаю их в тот же жир, где жарилась птица, и обжариваю до легкой мягкости, чтобы они впитали в себя все ароматы. Затем возвращаю птицу обратно, заливаю все это небольшим количеством воды и накрываю котелок плотной крышкой.
Теперь начинается самое долгое – томление. Это время, когда я могу позволить себе немного отдохнуть. Я выхожу во двор, где Лили весело резвиться с подружками, сажусь на скамью, обложившись мягкими подушками, и снова кладу руку на живот. Малыш снова шевелится, более активно на этот раз. Я улыбаюсь, представляя, как он будет расти, как будет бегать по мощёным дорожкам, как будет помогать Арвиду.
В такие моменты я чувствую себя по-настоящему счастливой. У меня есть дом, у меня есть любимый муж, у меня есть Лили и скоро у нас будет ребенок. Что еще нужно для счастья?
Время идет незаметно. Ароматы из котелка становятся все более насыщенными, и я возвращаюсь в дом. Я открываю котелок. Птица уже почти готова, мягкая и нежная. Теперь самое время для «медового плаща». Щедро поливаю птицу медово-горчичной смесью. Она стекает по ней янтарными ручейками, покрывая ее блестящей глазурью. Добавляю еще немного воды, чтобы соус не пригорел, и снова накрываю крышкой.