— Тшш, — повернувшись ко мне, Кройст приложил палец к губам. — Мы уже почти пришли. Теперь главное не разбудить его раньше времени.

— Не разбудить… кого… — беззвучно проговорила я. И тут, обойдя выступающий край бюро с множеством ящиков и ящичков, где, должно быть, хранилась библиографическая картотека, мы оказались в той самой третьей секции. Здесь было еще темнее, лишь на одном столике, прямо перед нами, стояла лампа, горящая ровным мягким светом. Рядом с ней, откинувшись на спинку высокого кресла, дремал худой старик с крючковатым носом, похожий на птицу. Мне даже на мгновение показалось, что его мохнатые брови — из перьев, а на руках вместо ногтей — когти.

— Лейр Горрот почти всегда спит во время рабочего дня, — шепнул мне на ухо Кройст. — Об этом, конечно, все знают, но делают вид, что сие одна из величайших тайн академии. А первокурсники, только начиная овладевать своим даром, то и дело прокрадываются сюда и тренируются на снах лейра дежурного библиотекаря. Я и сам так делал… Когда начинал учиться здесь.

Я невольно улыбнулась. Представила, как год за годом, курс за курсом юные повелители снов приходят сюда на цыпочках и всматриваются в сны лейра Горрота. А тот прилежно спит, и никто его не тревожит. Интересно… дежурный библиотекарь знает, что на самом деле он — учебное пособие? А лейр Кройст продолжил шептать:

— Теперь посмотрите на огонь, лейри Лаймо. Смотрите на него внимательно, и через некоторое время вы увидите тени. За спиной у лейра библиотекаря. Быть может, за книжными шкафами. Или у окна. Постарайтесь не переводить на них взгляд, делайте вид, что не замечаете их, тогда они будут проявляться все более четко. А вы сможете потом рассказать мне, что именно видели.

— А вы? Разве вы их… не увидите?

— Как вы думаете, лейри Лаймо, сколько раз я бывал здесь? Сначала будучи студентом, а потом уже со своими учениками?

— Думаю… часто.

— И выучил их наизусть. Поэтому важны именно ваши наблюдения, не мои. Но я буду рядом. На всякий случай, если вдруг испугаетесь, то вот моя рука, — он коснулся моего локтя, и я вздрогнула. И тут же одернула себя. Сосредоточила взгляд на лампе и вглядывалась в огонек под абажуром, пока вокруг него не стали расплываться туманные радуги, а в уголках комнаты не закопошились предсказанные куратором тени.

Если бы он не упомянул о них, то я бы, пожалуй, испугалась. Однако зная, что они обязательно возникнут, и чувствуя, что Кройст стоит сзади, совсем рядом — я не волновалась. Почти.

Тени приходили и уходили. Одни были похожи на людей, другие были неверные и дрожащие, скорее сгустки тьмы, чем чьи-то образы. Через некоторое время я даже поймала ритм их движения и стала подмечать отдельные детали. И старалась запомнить, как можно больше, чтобы не разочаровать куратора. Вот там, за шкафом, сгорбленная старуха, за нашей спиной — человек с военной выправкой, за плечом у библиотекаря — то ли собака. то ли волк, и еще, и еще… Казалось, самые интересные скрывались дальше всего, на самой границе зрения. Поэтому я не сразу заметила кое-что интересное совсем близко, на столе, рядом с рукой лейра Горрота. Там лежал костяной нож для бумаг. Обычный костяной нож… С парой красных пятнышек на лезвии. Только вот его не было на столе, когда мы вошли в эту секцию библиотеки. И он совсем не походил на тень.