Звучало неплохо. Только они вдвоем. Но тогда она больше не увидит других ундин и другие народы океана, глядя на которых она чувствовала, что этот мир еще стоило спасать.

Они помогали ей, пока его не было. Мелете, Макетес, несколько других, чьи имена она не расслышала, но они тоже были к ней добры. Действительно, искренне добры. Они приносили ей еду, задавали вопросы. Некоторые даже согласились на установку чипов, чтобы общаться полноценно. Они оказались так милы к ней, и она не хотела этого лишаться. Но меньше всего она желала, чтобы ради нее всего лишался он. Это было нечестно. Особенно если у них появился шанс все наладить.

Мира покачала головой:

– Я хочу найти способ остаться всем вместе. Чтобы у тебя были и твой народ, и я, Арджес.

– Некоторые считают, что это невозможно. – Он поцеловал ее ключицу, щекоча губами кожу. – Я говорил с древними на дне океана. Они показали мне лишь два варианта будущего. В одном из них мы семья. Во втором мы воюем.

– Может, ты видел не все, – ответила Мира, приглаживая его волосы и проводя ногтями по коже его головы. – Может, ты видел лишь фрагмент будущего. Момент, когда мы были одни. Может, в таком будущем есть и я, и твоя семья.

– Если мы хотим претворить такое будущее в жизнь, то нам предстоит многое сделать. Мой народ. Твой народ. Никто из них не хочет идти на перемирие, и я пока не уверен, что это вообще возможно. Тебе придется стать нашим переводчиком, прежде чем они вообще согласятся с нами говорить.

– Это я могу. – Она плохо понимала, как и что из этого выйдет, но была готова попытаться.

Арджес провел когтями по ее бокам, и от этих точечных прикосновений у нее вырвался протяжный вздох. По венам расплылась внезапная вспышка тепла, и, о боже, она и забыла, каково это, когда он касался ее.

Словно ничего больше не имело значения. Словно мимо них могла проплыть акула и даже их не заметить. А если бы та даже откусила от нее кусок, Мира бы только улыбнулась и попросила Арджеса тронуть ее снова.

Выгибаясь навстречу его рукам, она попыталась вспомнить, о чем они говорили.

– Так, значит, ты планируешь работать с ахромо? Договориться с ними?

– Я планирую отнести тебя в пещеру и трахнуть тебя там, где вода теплее и тебе будет удобнее. – Он прикусил ее шею, наверняка оставив след своими острыми зубами. – Хочу снова услышать твои звуки, на этот раз безо всяких преград. Хочу знать, что ты моя, а я весь твой.

Она кивала. Почему она кивала, как дура?

Обхватив его шею руками, а талию ногами, она тесно прижалась к нему.

– Давай так и сделаем, Арджес. Может, на этот раз я даже смогу удовлетворить… обе твои потребности одновременно.

Он с придыханием зарычал и сверкнул черными глазами.

– Это невозможно, ахромо.

– Для ундин, может, и нет. – Опустив руку между ними, она схватилась за то место, откуда, по ее расчетам, он появлялся. В качестве награды Арджес качнул бедрами ей навстречу, и она поклясться была готова, что чешуя под ее ладонью начала расходиться. – Зато для человека – еще как.

– Чтоб меня, – простонал он, уже уплывая с ней прочь от купола, туда, где их никто не потревожит.

– И меня, – с булькающим смехом согласилась она.

Глава 40

Глава 40

Мира расслабилась, позволив ему просто нести ее по течению. Всю дорогу Арджес не переставал гладить руками ее бока. Проводить ими по ее коже. Он касался ее так, словно не думал, что ему снова доведется это делать. Может, он боялся, что это никогда не повторится.

Пусть Арджес и ничего не говорил, но его прикосновения явно значили, что он волновался за нее. Хотел ее увидеть и не соврал, говоря, что ему нужно было сначала все исправить. Его народ не желал видеть их вместе. Да что там, и ее люди тоже этого не хотели.

Но все же они были вдвоем. Крепко связанные воздухом, который он вдыхал в ее легкие, неся по воде, пока наконец они не оказались посреди насыщенной синевы. Все вокруг было одного и того же цвета. Бесконечный синий, куда ни посмотри, разбитый лишь лучами солнечного света. Здесь они могли почувствовать себя единственными живыми существами на планете. Никаких звуков, кроме тех, что издавал он, да и те были немного приглушенными.

Он сжал руки на ее талии, прижимая ее ближе к себе. Его жабры затрепетали, втягивая в себя ее запах, и два сердца под ее ладонями забились сильнее. Что-то не от мира сего, так непохоже на человека. И ей всегда будет мало.

Наклонившись вперед, Мира прижалась губами к его жабрам. Развевавшиеся по течению тонкие плавнички немедленно застыли. Наконец-то она могла касаться его так, как ей хотелось. Могла покрыть тонкие мембраны поцелуями, подразнить их языком, – девушка явно давно об этом мечтала.

Замерев в ее руках, он только наклонил голову набок, открывая ей больше своей шеи, и простонал:

– Почему это так хорошо?

Откуда ей было знать. Она лишь почувствовала, что ему это нравится, еще в тот раз, когда впервые коснулась их пальцами.

Он был так красив, выгибаясь, словно не в силах выдержать такого удовольствия, но в то же время прижимая ее к себе, потому что не мог ее отпустить. Все его впечатляющие мышцы напрягались, выступали под ее пальцами, пока она пыталась коснуться его везде и сразу. Она хотела почувствовать каждый его сантиметр, всю его теплую кожу, которой не удалось коснуться в прошлый раз, когда желание захватило их обоих с головой.

Мира поерзала в его хватке, изворачиваясь, и ему пришлось отпустить ее бедра. Его руки дернулись, пытаясь схватить воду, словно ему нужно было за что-то держаться.

– Мира, – прорычал он, но тут же затих, когда она провела губами по его шее, груди, ниже, к жабрам на его ребрах. Очертив их языком, она посмотрела наверх и увидела, как широко распахнулись его черные глаза. Он тяжело дышал. Она чувствовала, как то же дыхание врывается в ее легкие, наполняя их воздухом, а ее тело – его возбуждением.

– Покажи, где ты прячешь их, – пробормотала она, не отрываясь от его ребер. – Я хочу увидеть тебя, Арджес.

Он со стоном развернул бедра, и она увидела, как расступается в стороны чешуя и два его члена появляются в морской воде. В прошлый раз ей не удалось хорошенько их рассмотреть, только почувствовать мягкую кожу и гладкую поверхность, прежде чем они уже оказались в ней. Но теперь? Она могла смотреть, сколько ей было угодно.

Член оказался очень гладким и просто огромным. Хоть он и сужался к концу, она все равно была поражена, что он поместился в ней в прошлый раз. В то же время они же уже прошли через это. Мира не понимала, почему сейчас ее так это удивило.

Схватив верхний член, она попробовала плавно провести по нему рукой. О да, его мышцы снова содрогнулись. Напрягся пресс, и Арджес закинул голову назад, все его рельефные мускулы выделялись на фоне черноты за его спиной. Его волосы разметались вокруг его головы, и она могла лишь любоваться метрами мышц и чистой силы, обезоруженными ее маленькой рукой.

– Такой сексуальный, – пробормотала она, наклоняясь и целуя головку. – И весь мой.

Дернув бедрами, он запустил когти в ее волосы и заставил посмотреть на себя. В его глазах был вопрос и немного страха.

– Что ты делаешь, Мира? Это какая-то человеческая проверка?

Она хмыкнула, осознав, что со стороны, наверное, казалось, что она собирается его укусить.

– Тихо ты. Просто наслаждайся.

У отсутствия необходимости дышать самостоятельно были свои плюсы. Мира взяла его член в рот и с силой втянула его в себя так глубоко, как только могла. Эффект оказался именно такой, на который она рассчитывала. Арджес дернул бедрами, но она контролировала ситуацию сама, все еще держа руку на его толстом члене, который скользнул в ее горло даже слишком легко.

Подавшись назад, она обвела языком головку, наблюдая за его реакцией. Он смотрел на нее так, словно она только что открыла для него новое божество. Может, так оно и было.

Никуда не торопясь, Мира изучала все способы заставить его извиваться, привыкая к его солоноватому вкусу. Его член не был похож на человеческий, так что она заново открывала для себя самые чувствительные его части. Он кричал и прикусывал костяшки пальцев каждый раз, когда она всасывала, облизывала или проводила зубами по основанию – потому как, оказалось, ему это нравилось.

Мира не останавливалась, пока его жабры не встали дыбом и не задрожали так быстро, что за ними практически было не уследить. Потом у него вырвался громкий, свирепый стон, он схватил ее под руки и подбросил в воде. Поймав девушку за талию, Арджес обернул ее ноги вокруг своей шеи и зубами сорвал с нее белье.

Его жабры вновь затрепетали, и на этот раз она знала, что он вдыхает ее запах. Пропускает его сквозь жабры, как и всегда.

И тут он достиг цели. Длинный, бугристый язык прошелся по всем ее складочкам, а потом резко проник внутрь. Она выгнулась дугой, пытаясь сильнее прижаться к его губам. Она хотела, чтобы он коснулся ее везде и сразу, одновременно. После того как они чуть было все не потеряли, она желала лишь отдаться ему целиком и полностью.

Удерживая ее на месте, сжимая пальцы на ее бедрах почти до боли, он задевал клыками ее губы. Он ее не просто лизал, он ее поглощал. Громко, неаккуратно, со стонами и причмокиваниями, от которых ей казалось, словно она была главным удовольствием в его жизни. Каждый сантиметр ее тела стал для него сокровищем, и она знала, что ей больше никогда не придется сомневаться в себе.