Пара коней из княжеской конюшни стояли не распряженными, а рядом на скамеечке, словно задремав и прикрыв глаза, сидел Крен. Его поза казалась расслабленной, и только при приближении князя оборотень поднялся, приветствуя своего вожака.

— Где княжич? — спросил князь, переводя свой взгляд с мощного оборотня на гостиницу, а потом на трактир.

— Там, — отрапортовал Крен, кивнув на входную дверь двухэтажной гостиницы, и князь поспешил туда, не обращая внимания на цокот копыт, вызванный приближением собственного отряда.

Деревянные двери послушно распахнулись, предпочитая не связываться с взбешенным оборотнем, а пропустить его вовнутрь. Но едва створки раскрылись, как навстречу вышел хмурый княжич.

— Отец… — начал было Властислав, но Радомир прервал его.

— Где она?

— Там, сняла комнату и не выходит. Ночь на улице, наверное, уже спит. Её Быстрый стоит в конюшне.

— Ты знаешь, с какой стороны её окно?

— Вон то, — княжич кивнул на третье от угла, — но пап, не трогай её пока. Леди заказала бутылку рейнского несколько часов назад, так что, скорее всего она уже спит.

Зверь заворочался, пытаясь напомнить человеку, что тут не просто случайная женщина, а его пара, та, которую он должен оберегать. А если ей плохо от выпитой целой бутылки?

Князь слушал сына, а сам всматривался в затемненное окно, в котором не было видно ни родного силуэта, ни отблеска огня от свечи. Ярослава спала, а может быть ворочалась, измученная мыслями и переживаниями от услышанного. Рейнское скорее всего помогло успокоиться и это не было плохим вариантом расслабления.

— Ты тоже тут остановился? Если нет, то можешь ехать домой, сын.

— А ты? — нахмуренный Властислав обернулся на черноту окон, — а леди?

— Как пожелает Яра, — скрипя зубами, выговорил князь, которому подобное решение далось очень и очень нелегко. Но никакого насилия над Ярославой ни зверь, ни человек не приемлет. Вот только попробует объяснить ей, а дальше….

— Пап, — рука сына коснулась отцовского плеча, — она всё поймет, ты, главное не скрывай правду.

— Так думаешь? — горько усмехнулся оборотень, подозревая, что реакция может быть абсолютно противоположной. Ведь смерть женщин была действительно на его совести.

— Уверен, — кивнул княжич, да ты и сам знаешь, не хуже меня.

— Если бы так все и было, — вздохнул Радомир, провожая взглядом сына и Крена, отправившихся домой.

* * *