Меня передёрнуло во второй раз, ведь тон его сделался подобно яду. И я даже не успела отшатнуться, как он схватил меня двумя пальцами за ворот ночнушки и притянул к себе, заглядывая в лицо.

– Здесь я нашёл его истинную, – выдохнул он, не обращая внимания на мои тщетные попытки вырваться из его хватки. – Да ещё и в интересном положении. Да ты настоящее сокровище… Как думаешь, Рейн ведь теперь сделает всё, лишь бы ты осталась цела, верно?

Мысли мои лихорадочно бились друг об друга, не позволяя уловить ни одной. Всплывало лишь обрывочное: хорошо, что Искру, свою племянницу, Рейн всё же забрал с собой, не оставил здесь, иначе бедняжка перепугалась бы до смерти, увидев вновь своего отца.

А также: хоть бы Славка, уже мой племянник, не застал сейчас этой сцены. Иначе с него станется – бросится в бой.

– Марьяна? – словно насмешка судьбы, именно в этот момент услышала я его сонный голос и зевание. – Что тут за толпа? – ещё не заметив Эмранта, вышел Слава ко мне, сладко потягиваясь в своей красной (я недавно сшила ему), можно даже сказать – рождественской, пижаме.

Он замер, наконец разглядев то, что происходит. Светлый взгляд моего Славки тут же прояснился. Более того, сонливость и замутнённость в них вмиг сменилась на грев. Не на страх даже! И он сжал руки в кулаки.

Однако прежде, чем Слава успел что-либо сделать или сказать, я прикрикнула на него:

– Вернись к себе! Сейчас же! И все остальные, это вас тоже касается.

Кто-то из деток, особенно из новеньких, действительно попятился к лестнице, собираясь выполнить мой приказ. Но по какой-то причине (подозреваю, что из-за промедления остальных и любопытства пополам со страхом) застыли на первых же ступеньках.

– Ну, уж нет, – угрожающе и упрямо протянул Слава и перевёл взгляд на Эмранта. – Отпусти мою тётю, тварь.

Тот рассмеялся. Раскатисто, вроде как даже искренне, что меня и пугало.

– Как бесстрашно… – протянул он. – А если не отпущу, то что?

Славка растерялся. Я видела, как взгляд его метнулся к камину, у решётки которого стояла железная кочерга.

– Слав, не вздумай, – попросила я напряжённо.

Что сможет мальчишка против взрослого мужчины-воина? Да ещё и дракона…

Но Слава, по всей видимости, размышлял совсем иначе.

Он бросился за своим импровизированным оружием, а в следующий миг уже заступил Эмранту за спину, пытаясь огреть того по затылку или спине, куда попадёт.

Естественно, Эмрант сразу же увернулся, да ещё и меня не выпустил из своей хватки. К счастью… иначе я полетела бы куда-нибудь в сторону и видит бог, могла бы убиться, обо что-нибудь ударившись.

– Отпусти Марьяну, – сверлил его Славка недобрым взглядом. – Ты уже проиграл. Никто из людей твою сторону после содеянного не примет. Ни к чему совершать ещё больше преступлений!

Эмрант побелел, но голос его звучал всё так же насмешливо и холодно:

– Я изменил своё мнение, ты не смел, ты безумно глуп, мальчик… Это печально. Безрассудство у меня наказуемо. И хоть вести разговоры с глупцами против моих правил, я всё же скажу. Может это убавит наивности в твоей светлой, детской голове. Не всегда правителям нужна народная любовь. Достаточно держать людей в страхе и власть будет твоей.

У него из за спины со стальным звоном выросло длинное тёмное крыло, и звук этот заглушил детские крики.

Я опомниться не успела, как ребром крыла Эмрант, по-прежнему держа меня перед собой, прижал Славку за горло к стене, оторвав его на метра два от пола.

– Не надо! – вскрикнула я, видя, как Слава бледнеет, задыхаясь, и тщетно пытается отнять от себя драконье крыло или хотя бы его поцарапать, но ногти то и дело соскальзывают с гладких крепких чешуек. – Прошу, отпусти его, он всего лишь ребёнок!

– Не такой уже и ребёнок, птичка, – ответил Эмрант, не отводя от Славки взгляда, будто зрелище это доставляло ему наслаждение.

– Отпусти его и я залечу твои раны.

В ответ он лишь передёрнул плечом:

– Они затянутся сами.

– Отпусти, и я буду сотрудничать! Не доставлю никаких трудностей! – взмолилась я в панике.

Но и это не убедило его:

– Мне всё равно, смиришься ты или нет, милая.

Тут уже не выдержал мой Арго. Он всё это время стоял в тени за лестницей, возле двери в читальную комнату и наблюдал, не решаясь выйти. Наверняка не из страха перед Эмрантом, а опасаясь всё усугубить, ведь не так давно Эмрант приказал своему воину его казнить, а Арго пожалели и сохранили жизнь. Кто знает, как отнесётся к этому Эмрант теперь и оставит ли после этого хоть кого-то здесь целым?

Но терпеть Арго больше не мог и ступил на полосу света, отбрасываемого окном, держа в руках лук, направляя стрелу на Эмранта.

И, не говоря ни слова, отпустил тетиву…

И я знаю, просто уверена – он ни за что бы не попал в меня. Если бы Эмрант, потешаясь над нами, рывком не подставил меня под удар…

Чей-то крик, оглушительное «Нет!» взорвался в холле и свет в моих глазах на мгновение померк.

Я не чувствовала боли. Я вообще ничего не чувствовала, ошеломлённая мыслью, которая звучала просто и коротко: это конец, и все надежды, и маленькая жизнь во мне, убиты… Будущего больше нет. Вот так нелепо, до смерти обидно, оно прервалось в одночасье.

Но после я вдруг поняла, что боли не чувствую отнюдь не потому, что всё кончено.

Просто между мной и стрелой выросло красное, полыхающее от жара крыло незнакомого мне дракона.

Незнакомого на первый взгляд…

Ведь Славка исчез. А Эмранту пришлось разжать свою хватку и выпустить меня из рук, потому что самого его отбросили в сторону с такой силой и яростью, что он снёс собой всю мебель и вещи, которые попались ему на пути.

Дракон, лишь слегка меньше, чем сам Эмрант в воплощении монстра или Рейн, огненно-красный, с чешуёй, сверкающей, будто гранатовые зёрна, укрывал меня крылом и едва ли не дышал пламенем, буравя Эмранта знакомым мне взглядом голубых глаз…

Славкиных глаз!

Все вокруг замерли, а я медленно осела на пол, прижимая ладони к груди, тщетно пытаясь унять колотящееся сердце. А в следующее мгновение два дракона вихрем вырвались на улицу, срывая с петель тяжёлые двери и пуская по стенам узорчатую сеть трещин, едва не разрушив их.

Дети, будто приколоченные к полу, не сдвинулись с места, хотя в другой ситуации я ожидала бы совершенно иного.

Опомнились первыми Арго, Софи, Ива и несколько ребятишек. Они подбежали ко мне, наперебой справляясь о моём самочувствии, помогли подняться и чьи-то заботливые руки набросили мне на плечи плед, защищая меня от ворвавшегося в холл холодного ветра вперемешку с колким снегом.

– Как это возможно? – выдохнула я, взглядом выцепив из окружившей меня толпы Арго.

Он лишь покачал головой, глядя на меня широко распахнутыми глазами.

– Я не знаю…

– Славка, – опомнилась я, наконец, сбрасывая с себя оцепенение, и хотела было подбежать к окну, но Ива схватил меня за локоть и потянул совсем в другую сторону.

– Куда? Стой! – попыталась сопротивляться я, но мальчик вёл меня за собой с непоколебимой решимостью.

– Ты ему ничем не поможешь, – отрезал Ива, открывая дверь в подвал, – а пострадать можешь. Вдруг они нам крышу снесут или кто-то из них упадёт и проломит стену, за которой будешь стоять? Спрячься, Марьяна.

И, запустив ко мне Софи, Асю, Милаха и нескольких ребят (лишь после я поняла, что всех в подвале он не спрятал, чтобы мне не стало тесно и душно…) Ива запер за нами дверь.

– Ты ведь знаешь его, – прошелестел у меня над ухом голос Софи, и её ладони успокаивающе обняли меня за плечи, – всё будет в порядке. Ива наверняка поспешил передать Рейну весточку. Он зажжёт огонь на башне. Рейн всегда, всегда, помнишь, матушка, – с недавних пор это было ласковое прозвище, данное мне ею… – замечал этот знак и приходил сюда очень быстро.

– Так будет и теперь, – отозвался из темноты Милах, стараясь говорить очень бодро, очень-очень. Хотя голосок его и дрожал.

Губы мои против воли дрогнули в улыбке.

Я нисколько не пожалела и, видимо, не пожалею никогда, что не оставила этих детей. Что всё ещё нахожусь рядом.

Глава 3

Глава 3

Мы буквально забились в угол, жались друг к другу и тихо-тихо всхлипывали. Наверняка в мыслях у всех было одно: что, если вновь складывающийся по осколкам мир разрушится? Если враг на самом деле не повержен и победы нам не видать, ведь только в сказках побеждает правда и добро?

Но небо на нас не рухнуло, стены всё так же стояли непоколебимо, лишь раз мы ощутили, как мелко и коротко дрогнула земля. В этот миг Софи тихо вскрикнула, и я крепко обняла её, успокаивающе погладив по спине.

После этого минуты потекли ещё более медленно и мучительно. Будь здесь настенные часы мы, уверена, не сводили бы с них глаз, хотя бы для того, чтобы не казалось, будто в подвале сидим уже целую вечность, не меньше…

И хоть умом я понимала, что на самом деле здесь находимся около часа, терпеть дальше не было сил.

Страх по какой-то причине таял и почти истлел. Уверенность в Рейне же напротив возросла. Ведь когда, как не теперь, ему появиться в этом доме?

И я, выпорхнув из детских мягких объятий, подошла к двери и потянула за ручку.

Ася, всегда такая энергичная и живая девчушка с двумя чёрными косами, тут же оказалась рядом.

– Постой! – преградила мне путь.

– Не волнуйся, – ответила ей, стараясь запретить голосу дрожать, – я осторожно. Сначала прислушаемся…