– Что?

Взгляд Таува смягчается.

– Источник выбирает того, кто, по его мнению, лучше всего подходит для решаемой задачи. Так работает Свет. Тот, кого выбрали, обязан исполнить долг. Вообще-то я удивлен, что он выбрал одного из вас, но источник сделал свой выбор, и его нельзя изменить.

По-прежнему со злостью дырявлю его глазами.

– Даю тебе слово, Страж, что до вынесения решения Трибунала вам никто не навредит, – обещает Таув.

– Что ж, было бы приятно узнать это до того, как ваш бомбический шар попал в моего Избранного, – взрываюсь я. – В следующий раз проявите к нам уважение и расскажите, что происходит. Или я не проявлю уважения и приму ответные меры, когда вы прикоснетесь к тому, что принадлежит мне! – угрожаю я, указывая на него коротким мечом.

– Прими наши извинения, Страж, – вмешивается Сориэл, и я еще мгновение смотрю на всех четверых, прежде чем убрать меч и вернуться к своим парням.

Встречаюсь взглядом с Сабином, и он слегка улыбается мне и ободряюще кивает.

– Значит, теперь Сабин будет решать нашу судьбу? – уточняет Райкер, удивленный положением дел.

– Нет, Сабин один из пяти, кто примет решение о том, что должно произойти с Сурин, ее Отмеченными и с вами, – поправляет Таув.

– И как это работает? – интересуется Сабин, потирая грудь, куда только что попал шар.

– Пять членов Трибунала займутся установлением фактов. Вы будете опрашивать фигурантов, а затем, принимая во внимание законы Тиерита, решите, следует ли выполнить приказ Суверена или нет.

– И мне позволено принимать в этом участие, даже если судят меня?

– Ситуация нестандартная, согласен, но, как я уже сказал, источник выбирает, и его выбор нельзя оспорить. Тебя выбрали, и поэтому ты будешь принимать решение в составе Трибунала на благо Тиерита, Стражей и Отмеченных.

– То есть как в суде? – спрашиваю я, чтобы убедиться, что я все правильно понимаю.

– В каком-то смысле, – отвечает Сориэл. – Пять членов Трибунала принимают окончательное решение. Но вам – то есть представителю от вас – разрешается присутствовать на обсуждениях. Представитель может задавать вопросы, и он должен предоставлять информацию Трибуналу, чтобы помочь принять решение.

– Скоро придут другие члены Трибунала, – объявляет Таув. – Они разместятся в отдельном зале и немедленно приступят к выполнению своих обязанностей. У вас есть представитель, которого вы бы хотели привлечь к участию в разбирательстве?

Моей первой реакцией было назвать себя, но я останавливаюсь и поворачиваюсь к парням, чтобы узнать, что они думают.

– Кто-то из вас подрабатывал юристом? – беззаботно спрашиваю я, хотя мои чувства совершенно противоположные.

Вокруг меня раздаются смешки, а затем все в задумчивости замолкают.

– Вообще-то я могу, – предлагает Торрез. – Я чувствую эмоции, и это может помочь. А еще я участвовал в допросах, когда был Бетой в стае.

То, как Торрез произнес слово допрос, вызвало во мне интерес. Делаю пометку, чтобы узнать об этом позже. Все остальные соглашаются с его предложением.

– А у нас тоже может быть представитель? – уточняет Каллан у Таува. – Мы ведь все-таки другой ковен.

Мы все смотрим на троны в ожидании ответа.

– Сурин Вторая выбрала в качестве своего представителя Сориэла Второго. Так как вы ее Отмеченные, ее представитель автоматически становится и вашим, – заявляет Таув.

– Как здорово, что к нам относятся как к собственности, – огрызается Каллан.

– Есть вещи и похуже, – успокаивает его Сабин.

– Да, быть казненными, – весело добавляет Нокс.

Я усмехаюсь.

– Думаю, это хорошо, что у нас будет возможность наблюдать за Трибуналом, – примирительно говорит Райкер.

– И да, у нас при любом раскладе есть один голос против нашего убийства, – соглашается Энох.

Киваю Торрезу и похлопываю Сабина по груди. Потом Торрез выходит вперед.

– Я добровольно вызываюсь быть представителем своей стаи в Трибунале, – объявляет он.

Сабин делает шаг вперед и запоздало бьет его кулаком. Сурин фыркает, когда Торрез использует слово стая, и я бросаю на нее свирепый взгляд.

– Отлично, – говорит Сориэл и кивает Торрезу.

Задние двери открываются, и, обернувшись, я вижу женщину-Стража. На вид ей за пятьдесят. У нее каштановые локоны, тронутые сединой, и довольно светлые карие глаза. Она с решительным видом входит в зал. Следом появляется еще одна женщина, помоложе. У нее длинные светлые волосы до пояса и, по контрасту, черные глаза. Она смотрит на меня, затем оглядывает мою группу, но, как я ни стараюсь, я не могу прочесть на ее лице никаких эмоций.

Входит высокий долговязый мужчина, похожий на подростка. Он бросает презрительный взгляд в мою сторону, прежде чем пройти мимо нас и присоединиться к двум другим женщинам, которые уже стоят у подиума. Я вдруг почувствовала себя гораздо менее комфортно, узнав, что этот тип входит в состав Трибунала.

Последней заходит пожилая женщина, опираясь на трость. У нее молочно-белые глаза, и каждый дюйм ее кожи покрыт морщинками. Она раздраженно ворчит, направляясь к остальным, и я предполагаю, что быть выбранной для этого дела – это что-то вроде обязанности присяжного заседателя: нравится или нет, вам просто придется бросить все свои дела. На мгновение задумываюсь, на что похожа повседневная жизнь всех этих Стражей. Чем они занимаются в свободное время? Есть ли у них семьи, дети, работа?

– Отлично! – Таув хлопает в ладоши, отвлекая меня от моих мыслей. – Трибунал, вы решили, с кем хотите поговорить в первую очередь?

– Мы допросим Сурин и ее Отмеченных, – говорит седая женщина, и Таув кивает.

Я изумленно смотрю на нее. Как эта женщина поняла, что происходит. Неужели новость о том, что произошло вчера, уже дошла до каждого Стража Тиерита?

– Когда шар попал в меня, мне показалось, что я получил всю информацию о том, что происходит и что от меня ожидают, – шепотом объясняет Сабин, и мои брови удивленно взлетают вверх.

– Они могут не только летать, но и передавать информацию с помощью летающих шаров? – спрашиваю я, прекрасно осознавая, что в моем тоне слышится завистливый скулеж.

– Похоже на то, – подтверждает Сабин с ухмылкой на лице.

– Что ж, отлично, – раздраженно восклицаю я.

Сабин притягивает меня к себе и чмокает в нос.

– Охрана, проводите членов Трибунала, представителей и тех, кого вы собираетесь допросить, в отведенную для них комнату. Страж, ты и твои Избранные свободны до тех пор, пока вас не вызовут на допрос или пока Трибунал не примет решение, – объявляет Таув, поднимаясь со своего трона.

По команде Таува подбегает стражник и выводит Сабина и остальных. Торрез подмигивает мне, прежде чем покинуть тронный зал, и я улыбаюсь ему, хотя мне неприятно наблюдать, как он и Сабин уходят. С ним уходят и все мои Щиты. Большие деревянные двери закрываются, и в зале повисает мрачная тишина.

Таув слегка кашляет, и я подпрыгиваю, когда этот звук раздается ближе, чем я могла ожидать. Оборачиваюсь и обнаруживаю, что он внимательно оглядывает меня.

– Пойдем со мной, у меня кое-что есть для тебя, – говорит он и с этими словами спокойно направляется к боковому выходу.

Я смотрю на своих Избранных. Не знаю, что и думать об этом. Ребята пожимают плечами. Как бы там ни было, они не оставят меня.

– Да пошло оно все, – заявляю я и направляюсь вслед за Мистером Жуткие Глаза. В конце концов, у нас есть время – откуда мне знать сколько: неделя или час, – для небольшой разведки, пока Трибунал заседает. А Таув такой же хороший источник информации, как и любой другой.

Таув доходит до боковой двери и выжидающе поворачивается ко мне.

– Что ж, Потерянный Страж, давай посмотрим, сможем ли мы найти тебя.

Глава 16

Глава 16

Мы уверенно идем по улицам города. Темно-фиолетовая мантия, которую Таув накинул поверх своих доспехов такого же цвета, зловеще колышется у него за спиной. Я не осмеливаюсь спросить, куда мы направляемся. Просто я чертовски беспокоюсь, что, если скажу хоть слово, он вдруг вспомнит, что я тут никто и что он не должен мне помогать… То есть это при условии, что он действительно хочет помочь мне, а не заманивает в какую-нибудь ловушку.

Прохожий кладет кулак одной руки на бицепс другой, и Таув кивает ему. Когда нас вели во дворец в самом начале, я не заметила, чтобы кого-то еще так приветствовали. Это какая-то особая форма уважения? У меня голова кругом идет от вопросов, но я держу рот на замке и пытаюсь уследить за тем, в какой части города мы находимся и в каком направлении движемся.

Таув выводит нас к рынку. На деревянных тележках выставлены на продажу всевозможные товары. Бирюзовые фрукты – или, может быть, это овощи? На одной из тележек разложены украшения, «наполненные Светом» (по крайней мере так гласит вывеска). На нескольких тележках ворохи одежды в серых и черных тонах, и я удивляюсь, почему нет других вариантов. Может ли скудный выбор цвета что-то значить? Таув и Финелла щеголяют в цветной одежде, им можно? Постельное белье и мебель в наших комнатах разных оттенков тревожного красного, золотого и синего. Этому тоже есть объяснение? Серый и черный все больше кажутся мне ритуальным выбором, а не результатом отсутствия красителей.

Здесь же, на рынке, продают те или иные магические штучки. Я удивляюсь, когда вижу несколько прилавков, посвященных фертильности. И в этот момент понимаю, что не видела здесь ни одного ребенка. Возможно, родители держат своих драгоценных отпрысков подальше от больших и страшных незнакомцев, то есть от нас. А может быть, Стражам просто трудно заводить детей. Судя по очередям около прилавков по борьбе с бесплодием, я подозреваю, что у них это все-таки острая проблема.