Может быть, это место – Тиерит – не всегда было таким неприступным, а может, дело в чем-то другом. Почему-то мне это кажется важным. Какая-то часть меня соглашается с мыслью, что у меня здесь, должно быть, все еще есть семья. Таув сказал, что близкие Гриер надеялись, что она жива. Так что кто-то здесь все еще беспокоился о ней.

Легкие начинают гореть, я неохотно выныриваю на поверхность. Отдышавшись, прогоняю все мысли о возможной семье среди Стражей, потому что, даже если это так, для меня это ни черта не значит. Они беспокоились о Гриер, но я не она.

Вытираю воду с лица и подпрыгиваю, когда глубокий голос Валена наполняет ванную.

– Я тут на секунду задумался, не придется ли мне поработать спасателем, – говорит он, стоя у входа.

– О, ты найдешь любой предлог, чтобы сделать мне искусственное дыхание, так что уверена, ты бы не слишком расстроился, обнаружив меня на дне, – шучу я, но мои слова звучат невесело.

Уголки полных губ Валена слегка приподнимаются, но если я хочу увидеть одну из его умопомрачительных улыбок, мне нужно придумать что-то получше.

– Могу я присоединиться к тебе, или ты надеялась продолжить пытку водой в одиночестве? – спрашивает он, и я фыркаю.

Жестом приглашаю его залезть в воду. Вален секунду смотрит на меня, словно прикидывая, как поступить правильно, затем стягивает рубашку через голову. Распускает волосы, и они густыми волнами падают ему на плечи.

– О, да ты хороший стриптизер, – отмечаю я, наслаждаясь шоу.

– Спасибо, я тренировался, – невозмутимо говорит Вален, и я усмехаюсь.

– И как? Перед зеркалом? Или у вас проходят совместные тренировки, о которых вы мне не рассказывали? – взволнованно спрашиваю я.

– Репетируем иногда. Мы хотели, чтобы все прошло идеально, – отвечает он, медленно стягивая черные штаны. – Поэтому заказали ослепительные стринги.

Вален слегка крутит бедрами, и я разражаюсь смехом.

– А пальцы вы разминали? Потому что ничто так не возбуждает меня, как хорошо выполненные движения пальцами.

– Тогда тебе повезло, любовь моя, потому что лично у меня о-о-очень ловкие пальцы, и их движения заставят тебя кричать.

Мои соски твердеют. Жадно наблюдаю, как невероятное тело Валена погружается в воду. Когда он выныривает, от него веет сексом, и я облизываю губы.

– Движения, говоришь? – переспрашиваю я с похотью.

– Подожди, когда мы перейдем к взмахам волос, Винна, твои трусики будут мокрыми.

Я издаю надрывный стон.

– О, ты правда знаешь, как возбудить меня.

Вален хихикает и подмигивает мне, но его игривый взгляд внезапно становится грустным.

– Я заметил, что тебя многое беспокоит, и это ужасно. Нужно выговориться, вытрахать, выбить… или все перечисленное? – спрашивает он.

Я потираю лицо и вздыхаю.

– Ничего, я справлюсь. Просто слишком много навалилось… С того момента, когда я познакомилась с Лахланом и остальным, и до сегодняшнего дня одно безумие следовало за другим. У меня даже нет времени осмыслить, какого хрена произошло, а следующее дерьмо уже дышит в затылок.

Вален понимающе кивает.

– Думаю, в этом все дело. – Я указываю на себя. – Меня переполняют эмоции. Возможно, я все больше понимаю, что мое будущее среди Стражей не будет таким радужным, как я втайне представляла себе. Я просто пока не разобралась во всем этом.

Откидываюсь на стенку ванны, как будто мое признание лишило меня сил.

– Как мы можем помочь тебе? – спрашивает Вален, усаживаясь напротив.

Я наблюдаю, как капельки воды медленно стекают по его щекам и подбородку. Пухлые губы влажные, и я не в силах оторвать от них взгляд.

– Ты часто думаешь о будущем? – внезапно спрашиваю я, и этот вопрос застает его врасплох.

– Наверное, да. Точнее, мы с Бастьеном с детства знали, что станем паладинами. Поэтому, когда я думал о будущем, я думал в основном об этом: о следующем тесте, который нам предстоит пройти, или о тренировках в академии. Иногда я задумываюсь о заданиях, которые мы могли бы выполнять… в общем, все в таком духе.

Я киваю, размышляя над его словами.

– А каким ты видишь его теперь? – спрашиваю я, теребя кончики мокрых волос.

– Теперь, когда паладинами мы не станем?

Я снова киваю.

– Не знаю. Как ты и сказала, все происходит довольно быстро, сначала Адриэль, теперь это. – Он обводит рукой стены, окружающие нас. – Единственное, в чем я уверен, – это что мы будем вместе, – добавляет Вален, и его тон излучает уверенность. – Думаю, это все, что мне нужно знать прямо сейчас.

Я слегка улыбаюсь, но вопрос «Что теперь?» заседает у меня в голове.

– Как думаешь, что сделают с Сильвой? – спрашивает Вален, и его взгляд становится задумчивым.

Я пожимаю плечами.

– Понятия не имею, честно. Ты лучше знаешь, как поступают в таких случаях старейшины.

– Да. Хотелось бы понять, что случилось с ним, – признается Вален, и от этих слов у меня щемит сердце. – Мы с Басом думали, что он смирился с тем, что случилось с нашими родителями. Сильва хороший человек, но то дерьмо, которое он творил… Трудно совместить в голове дядю, который воспитал нас, и сумасшедшего, который истязал ламий и который напал на тебя.

Вален смотрит в воду, и мне тяжело слышать нотки ужаса в его голосе.

– Надежда та еще сучка, – через некоторое время говорю я.

Вален поднимает удивленный взгляд.

– Я не говорю, что Сильва поступил правильно, это совсем не так, и он должен ответить за свои поступки. Но я не думаю, что таким образом он сразу же попадает в список плохих парней. Думаю, встреча со мной вселила в него надежду. Возможно, он даже не осознавал это, но если добавить к этой надежде «существование Винны», то из этого огонька в мгновение ока может разгореться костер. Сначала надежда затопила его, а потом отчаяние, – объясняю как могу.

– Да, понимаю, – признает Вален, печально кивая.

– Некоторые кастеры ставят себя выше всех других суперов, – безрадостно усмехаюсь я, понимая, что Стражи, очевидно, делают то же самое. – Проще ранить тех, кого считаешь ниже себя. Не то чтобы у ламий, оборотней и других суперов не было собственных паладинов, которые защищали их, когда что-то происходило. Сильва и остальные смотрели на ламий как на врагов, вместо того чтобы попытаться понять, что некоторые из них просто случайно стали ламиями. Айдин и Эврин, вероятно, тоже столкнутся с последствиями, если вспомнить тех ламий, которых они допрашивали, чтобы получить информацию, – размышляю я.

– Тут есть нюансы, – возражает Вален. – У них был приказ уничтожить этих ламий, и они просто предварительно вытаскивали из них информацию. Технически это не противоречило правилам. А вот то, что делали Сильва, Лахлан и Киган, было несанкционированным, и это категорически запрещено.

Я фыркаю от такой логики. Судя по тому, что говорят ребята, Сильва всего лишь лишится титула, а может, и того меньше. Вероятно, его просто переведут в другой клан паладинов, но, учитывая количество смертей в его нынешнем клане, это все равно было неизбежно.

– Ты ненавидишь его? – спрашивает Вален, и я не знаю, как ответить.

Я ненавижу его?

– Нет, – наконец отвечаю я. – Я не ненавижу его, но и не уважаю.

Меня беспокоит, что мое признание создаст проблему. Сильва – семья близнецов, их единственная семья.

– Но я не жду, что ты будешь относиться к нему так же, как я, – быстро добавляю я. – Мой опыт с Сильвой, Лахланом и Киганом определенно отличается от твоего.

– Тебя напрягает, когда мы говорим о них? – спрашивает он, и мое беспокойство тает.

– Нет. Это твоя семья. Они вырастили тебя. Когда я вас слушаю, мне интересно узнать о другой их стороне.

Вален кивает, и я вижу, как его плечи приподнимаются, словно с них спал груз.

– Ты думал, я буду злиться, если узнаю, что ты беспокоишься о них? – с любопытством спрашиваю я. Раньше мне и в голову не приходило, что кто-то из парней может переживать по этому поводу.

– Нет. Просто мне казалось, что я таким образом предаю тебя. Все мы. Мы видели, как они относились к тебе. Никто из нас не думал, что они так могут.

– Вален, то, что я оказалась не нужна им, вовсе не значит, что им не нужны вы, – уверяю я.

Взгляд Валена блуждает по моему лицу, как будто он что-то ищет в нем.

– Иди сюда, – наконец говорит он, и теплота в его голосе обволакивает меня, как целебный бальзам.

– Зачем? – спрашиваю настороженно.

Вален усмехается.

– Просто иди сюда. Я хочу, чтобы ты сидела на моем члене, пока я буду рассказывать тебе кое о чем.

Я смеюсь, бабочки трепещут у меня в животе.

– Как я могу отказаться от столь щедрого предложения? – фыркаю я и придвигаюсь на дюйм ближе, а потом и еще.

Когда я оказываюсь на расстоянии вытянутой руки от Валена, он хватает меня за талию и притягивает к себе. Я взвизгиваю и раздвигаю ноги, чтобы оседлать его. Вален прижимает меня к груди, проводит рукой по рунам на моем позвоночнике, и я вздрагиваю, отчетливо ощущая его эрекцию. Я просто балдею от близости его обнаженного тела.

– Я хотел тебя с того самого момента, когда мы смотрели кино. Помнишь? Мы заснули, а потом ты проснулась в моих объятиях. Я понял, как сильно в тебя влюбился, когда ты исчезла после того, как мы пошли потанцевать. А потом я увидел тебя на заднем сиденье внедорожника, покрытую пеплом и кровью, оберегающую прах твоего друга, и окончательно понял, что мне конец.

Вален нежно целует меня, и я пытаюсь проглотить комок в горле.